Разбитые небеса (СИ)

Я вздохнул, отлепился от такой надежной стены и осмотрелся: скупо освещенное поднимающимся где-то за пеленой облаков солнцем поле боя выглядело впечатляюще. Парящая искалеченная взрывами мощных фугасов земля был покрыта частями тел чужих, залита их фосфоресцирующей оранжевой кровью. Рядом со мной догорали руины блокпоста и оплавленный развороченный взрывом БМП, лежали тела гранатометчиков и расчета пулемета – без тяжелой брони у них не было ни единого шанса выжить. Над всем этим безобразием колебался и перетекал с места на место живой туман.
- Тварей больше не чувствую, - сказал я, - И где вообще эта колонна застря…
Мои слова прервали взрывы и заполошная стрельба со стороны города. Мы дружно развернулись в ту сторону – над городом медленно поднимались струи нехорошего черного дыма – так дымит горящая техника.
- Обошли, твари… – растерянно сказал Бош.
Гена разразился длинной матерной тирадой, а замерший было на секунду Гном, с утроенной скоростью принялся снаряжать боекомплект Мародера. С чего вообще мы взяли, что чужие подобно людям предпочтут наступать по удобному тракту? Плевать они хотели на наши расчеты, обошли посты по болотам и спокойно вышли на город, пока мы героически отражали атаку другой стаи здесь.
- Что эээ делать будем? – задал волнующий всех вопрос Сыч.
- Что делать, что делать – воевать будем! – зло рявкнул Гена, - Там сейчас гибнут женщины и дети! Мужчина таких вопросов вообще задавать не должен! Горелый, ты что молчишь?!
- Глеб? – с вопросительной интонацией протянул Гном.
Я вздохнул. Этот бой дался мне нелегко – чувствовал я себя преотвратно, что называется: краше в гроб кладут. И отбились мы в этот раз просто чудом и еще точным расчетом Гнома, который подорвал фугасы ровно в тот момент, когда было нужно. Там, в городе мы будем совсем в других условиях – на равных. Снова лезть в мясорубку было откровенно неохота, но… если я сейчас отдам приказ отступать, останется ли у меня хоть капля самоуважения? Я уже молчу про автортитет в команде, все-таки мы не армейское подразделение, и парни подчиняются мне только потому, что уважают. Куда не кинь – всюду клин!
- Идем в город, - с решимостью в голосе, которую сам не испытывал, скомандовал я, - Только никаких кавалерийских наскоков, ясно? Не надо героизма, парни, вы его сегодня достаточно показали, наша задача не перебить всех чужих в Челябинской Зоне, а продержаться до подхода вояк! Гена, это к тебе тоже относится, ты меня понял?!
- Да понял я, понял, - с раздражением в голосе ответил мутант. Что-то с ним было неладно, надо бы с ним поговорить по душам, вдумчиво. Но это если мы выживем.
Парни споро построились в боевой ордер и с ощутимым нетерпением ожидали пока я дам команду выдвигаться. Я что, один не хочу лезть в хаос городского боя? Бойцы были воодушевлены почти бескровной победой и рвались раскатать чужих тварей одной левой. Эта самоуверенность могла кончится плачевно, с другой стороны – я хотел дать парням распробовать вкус победы? Получилось именно так как я и ожидал – гражданские люди, инженеры, расправили крылья и теперь сами рвались в бой. Даже новички поддались общему воодушевлению, тот же Бош нетерпеливо топтался на месте, глядя в сторону Снежинска. Скоро мы умоемся кровью и энтузиазма след простынет – я знал так же верно, как и то, что солнце восходит на востоке.
Чужих я почувствовал на подходе к первым пятиэтажкам на окраине некогда закрытого города. В очередной раз подивившись непонятно откуда проклюнувшимся способностям я сказал:
- Три химеры, расстояние – километр, за третьей от нас пятиэтажкой. Работаем по схеме «длинная рука».
Бойцы активировали огнеметы, гранатометы и достали из креплений молоты, расходясь двумя крыльями по правую и левую руку от меня. «Длинная рука» была одна из тактических схем, которые мы только начали отрабатывать на полигоне, и была проста и эффективна: я выступал в роли застрельщика, поражающего противника на расстояниях до четырехсот метров, все остальные служили прикрытием и добивали подранков. Эх, если бы у нас был еще хотя бы один Мародер! Прикрывая друг друга, мы бы расстреливали тварей на расстоянии, вообще не вступая в ближний бой и не теряя бойцов. Мечты, мечты. Я подумал, что совсем не чувствую обычного воодушевления перед боем – перегорел что-ли адреналиновый наркоман? Или это потому, что я чувствовал себя так, как будто в камнедробилке побывал? А неважно – драться не хотелось, но придется. В городе тем временем шел бой, то затухая, то активизируясь стучали пулеметы и стрекотали автоматы. Потом что-то грохнуло, и над крышами многоэтажок поднялся огненный гриб – взорвалась бензоколонка? Вездесущий желтый туман уже был здесь, ограничивая видимость до жалких трехсот метров.
 
Первую химеру я подстрелил еще до того, как мы подошли к пятиэтажкам – тварь вынырнула откуда-то из гаражей, рядом с домами, замерла на секунду, увидев врагов, и оранжевой кляксой растеклась по кирпичной стене после моего выстрела.
- Прямо в лоб залепил! – восхищенно воскликнул Киря.
Я раздраженно фыркнул – в голову твари попал случайно, ибо целился вообще-то в туловище. И это после часов, проведенных на стрельбище! Ладно, спишем это на последствия контузии.
- Две твари на подходе. Еще две где-то рядом! – напряженно сообщил я, разворачивая Мародера в сторону многоэтажок. В этот момент из-за ближайшего дома послышался слитный женский и детский крик. Так кричат люди, которых рвут на части. Гена, все это время следующий в на своем месте в ордере слева от меня, сорвался с места и бросился на голос.
- Назад, придурок, вернись в строй! – прокричал я, но мутант только ходу прибавил.
- Все за ним, строй держать! – прикрикнул я раздраженно и максимально быстрым шагом направил перегруженного Мародера между домов. Гену мы обнаружили возле развороченной и разорванной малолитражки– химера походя вскрыла тонкий металл автомобиля, в которой кто-то пытался укрыться. Сама тварь раздраженно шипя пятилась под напором остервенело размахивающего тяжелым молотом мутанта.
- Гена, назад, ты перекрываешь мне директрису! – надрывался я, пытаясь выцелить тварь, но мутант, ничего не слыша, пытался достать чужого холодным оружием, позабыв про свой огнемет. Да что с ним такое происходит?!
Вторая химера появилась на поле боя очень эффектно – спрыгнула с козырька подъезда, приземлившись прямо в нашем строю, разметав бойцов. Радиоэфир наполнился ругательствами, стонами и проклятиями. Применить огнемет или гранатомет было нельзя – тварь бесновалась среди растерянных парней, щедро раздавая оплеухи и укусы, броня Витязей пока не поддавалась, но надолго ли? Впереди Гена продолжал свой идиотский поединок, забыв обо всем, строй развалился окончательно.
Вишенкой на торте стало появление еще двух химер, вынырнувших с территории детского сада. Просто прекрасно! Ругаясь как сапожник я прицелился и спустил курок. Хлоп – урановая болванка подобно молоту отшвырнула тварь прямо в окно детского сада. В ответ оставшаяся тварь распахнула пасть и плюнула плазмой – огненный шар взорвался рядом со мной. Броню Мародера лизнул нестерпимый жар, волосы под шлемом затрещали и свернулись, взрывная волна в очередной раз за сегодня швырнула меня на стену дома. Многострадальные ребра отозвались новой волной боли, и я застонал, добавив свой мотив в какофонию, царящую в радиоэфире. Бой потерял всякое подобие организации, превратившись в безобразную свалку. Прямо на моих глазах одна из тварей прыжком подмяла под себя Витязя и ударом лапы оторвала голову пилоту вместе с шлемом. Впрочем, радоваться ей пришлось недолго – сразу трое бойцов обрушили на чужого свои молоты, за пару секунд превратив чужого в мешок фарша.
 
Гена, к моему удивлению, все еще продолжал свой безумный поединок и даже ухитрился серьезно ранить химеру – тварь припадала на одну лапу, по морде густым потоком стекала оранжевая кровь. Я хмыкнул, прицелился, выждал, пока поединщики в очередной раз разорвут дистанцию, и пристрелил тварь. Гена недоуменно закрутил головой и, осознав, что вокруг него кипит бой, с безумным энтузиазмом берсерка бросился на новую цель.