Спаси меня! (СИ)

Мимо пронеслось несколько машин. Последний автомобиль притормозил возле Алины.
– Мадам, что случилось?
– Я не понимаю по-испански, – ответила она, но потом добавила по-английски, – все в порядке.
Артур на противоположной стороне тоннеля временно затих. Даже фары потушил, чтобы в их свете никто не разглядел людей и номера джипов.
– Может быть, у вас сломалась машина? – продолжал настаивать незнакомец.
– Тебе сказали ясно, что все в порядке, вот и вали отсюда быстрее, – грубо рявкнул из-за плача Алины Хулио.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Добровольный помощник пожал плечами, ругнулся сквозь зубы и уехал. Как только его фары пропали из виду, из темноты материализовался Артур. Он подошел так незаметно и бесшумно, что Алина вздрогнула, увидев его рядом с собой. Лицо, свободное от пластыря, покрывали мелкие красные пятна ожогов, вызванные рассеявшимися капельками жира. На голове торчал свалявшийся клок волос: видимо, сюда попала горячая сковорода. Алина молча ждала ответа, не испытывая к этому человеку уже ни капли сочувствия. «Так тебе и надо!» – даже злорадно подумала она.
– Что, любуешься, сучка! Смотри, что ты со мной сделала!
– Сам виноват! – парировала Алина. – Если бы ты не напал неожиданно, ничего бы не случилось. Где ребенок?
– Успокойся, он спит в машине, – сквозь зубы процедил Артур, – сходи и забери его.
Алина облегченно вздохнула. Кажется, ее версия о том, что похищение мальчика – идея Артура, подтверждается. А значит, он и сам находится в шатком положении.
– А ты не боишься дров наломать? Деннис знает о твоей самодеятельности?
– Не твое сучье дело. Он велел привезти тебя сегодня, я еле выкрутился.
– Артур, может, попробуем договориться? – тихо спросила Алина. – Прости за сковородку и дай мне уйти. Скажи, что ты не виноват. Меня упустил тот козел в зале, которому меня подсунул на вечерок сам шеф. Вот пусть с ним и разбирается. Я клянусь, что не дам показания в полиции, а без них и дело завести не смогут: нет улик.
– Ты что мелешь! – ткнул ее в бок Хулио. – Молчи!
Но Артур не обратил внимания на его слова. Он смотрел только на Алину.
– Не выйдет. Слово хозяина – закон. Если он узнает, что я тебя отпустил, из-под земли меня достанет и туда же закопает живьем. А рядом и тебе могилку выроет. Еще никто с боссом так не поступал. Он не простит. А если по-тихому вернешься, он может, и не догадается, что ты исчезала.
– А разве твои помощники не проболтаются?
– С чего бы это? Они же и упустили, пока я делами шефа занимался. Их тоже погладят не по голове, а по шее, да так, что головенка отвалится.
Артур посмотрел на Хулио и быстро заговорил по-испански, показав на машину пальцем. Тот кивнул и потрусил к автомобилю. Менеджер в это время крепко держал за руку Алину.
– Боишься, что сбегу? – спросила она, наблюдая за суетливыми действиями друга Карлоса. Вот он открывает дверку джипа, вот показывается вместе с Антонио, который спит.
– А кто тебя знает! Можешь, – устало прикрыл глаза Артур.
И тут произошло то, чего никто не ожидал. Хулио не успел и два шага сделать к выходу из тоннеля, как мальчик проснулся и закричал:
– Пусти меня! Я не пойду! Я буду защищать Алину.
Хулио растерялся и поставил ребенка на асфальт.
– Алина! Алина! – закричал Антонио и бросился к девушке. Его сонное личико сияло от счастья. Он бежал, совершенно не замечая машину, только что показавшуюся из темноты тоннеля.
Волна страха за ребенка ударила Алине в голову, и она бросилась под колеса автомобиля. Успела вытолкнуть мальчика с опасного пути, но сама отпрыгнуть не смогла. Последнее, что осталось в памяти – это визг тормозов, удар и летящее в лицо полотно асфальта.
***
Высокий, обнаженный по пояс, мужчина стоял на краю обрыва. Алина находилась сзади, но так близко, что хорошо видела загорелую спину, перекаты мышц при каждом движении, с наслаждением вдыхала пряный аромат его тела. Хотелось подойти и обнять. Прижаться к этой жаркой спине, провести руками по гладкой коже, почувствовать губами ее сладость. А она просто смотрела и любовалась.
 
Это ее мужчина. Именно тот, кто уготован судьбой. Тот, о котором говорила бабушка, толкуя пророческий сон мамы. Алина не видела его лица, но сердцем знала: это он. Слезы счастья текли по щекам, но она их не вытирала, просто подставляла ветру и солнцу мокрое лицо и понимала, что за этот невероятный миг прозрения готова отдать свою жизнь.
Вот мужчина начинает поворачиваться. Красиво очерченный профиль, легкая щетина на подбородке, седина на висках. Кто он? Сердце замирает от восторга: сейчас, через секунду, она узнает его…
– Папа, Алина… – и дальше целый поток незнакомых слов, который прогоняет сладкую картинку. Девушка напрягалась, желая удержать ее усилием воли. Но, увы, она исчезла, растворилась в сознании, будто сказочная птица махнула крылом и улетела в заоблачные дали.
Знакомый детский голосок. Алина прислушалась. Вот он встревоженно окликает ее. А теперь теплая ладошка прикасается к е мокрой щеке, но тут же исчезает.
– Антонио, тише. Ты разбудишь ее.
Алина смотрит сквозь опущенные ресницы. Внимательные зеленые глаза так близко, что она вновь сжимает веки.
– Папа! – и снова быстрая тирада слов на неизвестном языке.
Кто это? О чем он говорит? Почему ей кажутся знакомыми эти зеленые глаза, и этот мужской бархатный голос. Алина решительно распахивает веки и поворачивает голову. Мальчик, который сидит на коленях у красивого смуглого мужчины, радостно взвизгивает и хлопает в ладоши.
Что это? Алина встречается взглядом с темноволосым красавцем. Стоп! Это же тот пациент, за которым она должна была ухаживать, когда получила приглашение на работу от агентства «Carer». Только он тогда был без сознания и лежал в постели, а теперь…
«Это сон. Приятный сон», – улыбнулась Алина и облегченно закрыла глаза.
– Алина, просыпайся! – сказал кто-то, и (о чудо!) она поняла его слова. Чужие пальцы прикоснулись к ее руке и слегка потрясли.
Девушка открыла глаза и сфокусировала взгляд.
– Где я?
– В больнице. Ты попала в аварию и получила сотрясение мозга.
– В аварию? Не помню, – Алина подняла руку и прикоснулась к лицу, которое саднило. Но ладонь мужчины тут же перехватила ее пальцы, слегка сжала и нежно опустила на кровать.
– Не торопись. Ты ударилась лицом об асфальт. Какое-то время будет больно, но не смертельно. Твоя красота не пострадала.
– Правда? Какая красота?
– Алина, – мальчик снова прикоснулся к ней, – спасибо.
Он слез с колен мужчины, забрался на кровать и поцеловал ее в лоб. Алина рефлекторно погладила ребенка по голове, все еще до конца не понимая, где она, кто эти люди и почему ее сердце так щемит, когда она смотрит на них. В уголках глаз снова закипели слезы и покатились к вискам. Мальчик вытер их ладошкой и показал отцу.
– А что ты здесь делаешь? – обратилась она к мужчине. – Ты же был в коме. В Испании. Или я ошибаюсь?
Наступила неловкая пауза. Черные глаза из-под нахмуренных бровей внимательно посмотрели на Алину.
– Антонио, побудь немного с Алиной. Я сейчас приду, – сказал он и встал, нащупав, не глядя, трость.
Чуть прихрамывая, он пошел к дверям. Алина посмотрела на его широкие плечи и спину, обтянутую светлой футболкой, и вдруг поняла: та самая, из видения. Сознание еще не осмыслило этот факт, но сердце заколотилось где-то в горле и перекрыло дыхание.
 
Алина закашлялась, и он обернулся, еще раз окинул взглядом девушку и покачал головой. Столько тревоги было в его глазах, столько заботы, что Алина растерялась. Она совершенно не помнила этого человека, но он казался таким близким, таким родным!