Спаси меня! (СИ)

– А что между вами произошло? Расскажешь потом? Я сразу догадался, что ты не просто так мчался ночью по серпантину, ведя машину одной рукой.
– Как-нибудь расскажу. Я сам не понимаю, что случилось. Обдумать надо.
– Если не секрет, насколько правдива история, которую я слышал от Ремей?
– А что ты слышал? – заинтересовался Карлос.
– Вы с дядей поехали на ужин в ущелье. Потом ты много выпил вина, и у тебя ветром снесло крышу. Ты сел в машину и погнался за кем-то. Результат очевиден: разбитая раритетная машина и переломанный хозяин.
– Ладно тебе! Грех смеяться над увечным, – поддержал шутку нового друга Карлос. – Этот старый Мерседес спас мне жизнь. Он сделан из более прочного металла, чем современные машины. Помоги мне одеться. Хочу сходить, нет, – он посмотрел на роскошное инвалидное кресло с моторчиком, – съездить в церковь. Заодно и этот агрегат обкатаем.
Когда они вернулись в отель, Хулио помог Карлосу лечь в постель и ушел. Антонио на время переехал жить к бабушке, поэтому номер под крышей сейчас был в полном распоряжении Карлоса. Ему нравилось просыпаться утром и видеть в потолочном окне, как солнце встает над горами.
Карлос расслабленно потянулся и зажмурил глаза: сила гор, солнца, неба и любви сейчас вливалась в него и делала крепче духом и здоровее телом. Он дал себе зарок: к осени обязательно встать на ноги.
  
Глава 15. Змеи нам не нужны
 
– Ирина Ивановна, быстрее, быстрее собираетесь, к поезду опоздаем! — кричала Алина, подзывая добрую дворничиху.
– Вот неугомонная! Иду уже, иду. Ещё есть время, – отвечала та, на ходу накидывая на плечи ветровку.
Сегодня как на зло с утро зачастил моросящий дождь. Сразу резко похолодало. Такое в центральной полосе России случается последние годы все чаще. Без зонтика на улицу не выйдешь. Того и гляди попадешь под водопад воды.
Женщины сели в такси и отправились на вокзал. Сегодня приезжает Филипп, поэтому Алина чувствовала, как бешено колотится в груди сердце. Месяц переписки с весёлым австралийцам прошёл здорово. Она даже не ожидала, что жених окажется таким легким для общения человеком . Алина расспрашивала его обо всём: как далеко находится школа от его дома, чем он питается, сможет ли она найти в Австралии работу.
Ответы Филиппа её удовлетворили. Он отвечал с юмором, рассказывал о своих животных, о том, каких породистых лошадей разводит на ферме. Только работы для Алины, увы, поблизости не было. На протяжении нескольких километров вокруг находились одни фермы. Да и Филипп искал себе помощницу. Алина сначала расстроилась. Однако скоро пришла к выводу, что ей предлагают ту жизнь, к которой она привыкла, когда была замужем. Просто отлично! Не придется тяжело приспосабливаться к новым условиям.
Алина закрывала глаза и представляла, как утром она соберет яйца в курятнике, потом сорвет свежие огурцы и помидоры с грядки, запасется зеленью и пойдет готовить детям и мужу завтрак. Ей нравилось, что девочки будут питаться только натуральными продуктами. О сложностях и проблемах она старалась не думать.
От переписки они быстро перешли к общению по Skype. Неприязнь этот мужчина у Алины не вызывал. Иногда она, конечно, вспоминала о предложении поехать работать в Испанию, но всё было отлично, поэтому скоро Алина жила сегодняшним днем, не заглядывая далеко в будущее. «К цели надо идти пошагово», – сказал кто-то мудрый, и Алина следовала этому совету.
Они бежали с Ириной Ивановной по перрону, плавно огибая чемоданы и людей с зонтиками, к месту, где должен остановиться вагон Филиппа.
– Волнуешься? – с трудом проговорила запыхавшаяся Ирина Ивановна. Она запрокинула голову, подставив разгоряченное лицо под струи дождя и тяжело оперлась на ручку зонтика.
– Не то слово! Руки трясутся, никак не справлюсь с дрожью.
– Ничего. Все будет хорошо, – ответила переводчица Катя, которая пришла раньше их. – Я думаю, что вам повезло с женихом. Он хороший и добрый человек.
«Надеюсь», – хотела сказать Алина, но промолчала. Какое-то тревожное чувство вдруг стало расти в груди. Она глубоко вздохнула. Это естественно, что неизвестность пугает.
 
Поезд показался вдали, медленно приблизился и плавно затормозил. Женщины с нетерпением смотрели на выход из вагона. Люди спрыгивали на перрон один за другим. Их встречали родственники и знакомые. Филипп вышел последним. Когда Алина увидела этого мужчину вживую, она растерялась. Ей показалось, что по ступенькам спускается гора, настолько Филипп был огромен. С помощью проводницы он поставил ноги на перрон и огляделся.
– Мы здесь! – крикнула Алина и помахала рукой.
Она уже была не так счастлива как пять минут назад. На фотографии она видела немного искаженный образ. А во время разговора по Skype Филипп всегда сидел, поэтому Алина не представляла по-настоящему его размеры. Теперь она видела, насколько он огромен. Хотелось этот большой живот положить на отдельную тележку и везти как самостоятельный багаж.
Но делать было нечего. Переводчица подвела Филиппа к Алине и представила их.
– У гостя заказано место в отеле. Сейчас я отвезу его туда, затем вы встретитесь, чтобы поговорить. Где вы хотите назначить встречу?
– Можно у нас дома, – вступила в разговор Ирина Ивановна. – Мы приготовим вкусный ужин и за бокалом вина поговорим. Катя старательно переводила слова. Алина молчала. На нее вдруг напал столбняк. Она не могла произнести ни слова, а мерзкое чувство, что она сделала неправильный выбор, поднималось из желудка тошнотой.
– Good, – ответил Филипп и улыбнулся. Он увидел растерянное лицо Алины, поэтому тоже смутился.
– Алина как ты с ним будешь жить? – воскликнула Ирина Ивановна, когда они посадили Филиппа и переводчицу в такси.
– Ирина Ивановна, ничего пока не говорите. Мне плохо, – выдохнула Алина. – Я уже не хочу замуж, не хочу ехать в такую даль. Теперь мне кажется, что добровольно сую голову в петлю.
– Слушай, а если позвонить в агентство «Carer»?
– Скажете тоже! Уже месяц прошел. Они давно нашли сиделку. Я даже потребовала, чтобы мой файл удалили, чтобы другие предложения не поступали, – тихо ответила Алина.
– Ты сошла с ума, не иначе! – покачала головой Ирина Ивановна. – Ладно, чего уж о несложившемся говорить. Что на ужин будем готовить?
– Надо Кате позвонить. Я не знаю, что любит Филипп.
Она поговорила с переводчицей и занялась ужином, чтобы работой выгнать из головы дурные мысли. На удивление вечер прошел хорошо. Филипп зашел в квартиру и сразу заполнил ее крупным телом. Ирина Ивановна посмотрела на кухонный стол, уставленный блюдами к приходу гостя, вздохнула и вытащила старинный стол-книжку из кладовой. Катя помогла заново накрыть ужин в зале, пока Алина развлекала гостя.
Когда они зашли в спальню, Филипп, наклонив голову, как попугай, удивленно посмотрел на кровать Ирины Ивановны. Чем так его привлекла обычная советская полуторка, Алина понять не могла.
– А, здесь твой ребенок спит? – догадливо спросил он у Алины.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ – Нет. Это кровать Ирины Ивановны.
Филипп поднял брови, посмотрел в зал, потом снова на кровать.
– А как она здесь помещается?
Теперь пришла очередь удивляться Алине. На такой кровати спали ее родители, причем вдвоем, прекрасно на ней отдыхала и Ирина Ивановна. Неловкую паузу прервала хозяйка, позвав гостя и Алину к столу.
Филипп оказался приятным человеком. Он много шутил и сумел обаять не только Катю и Алину, но и Ирину Ивановну. Но в его речи вдруг появилась горделивая нотка. Иногда он вел себя так, будто приехал в Россию как спаситель красивой девушки. Алине это очень не понравилось.
 
– Ты чего такая кислая? – спросила дворничиха, когда они проводили гостей.
– Да так. Ирина Ивановна, мне только одной показалось, что Филипп слегка посмеивался над нашей жизнью? – спросила Алина, намыливая тарелки.