Твои атомные дирижабли (СИ)

Грыга спасла троллиха, обрушив на голову разорителя ось от тяжёлого грузовика. После чего, несколькими размашистыми ударами, добила его этой осью, словно дубиной.
— Твоя цела? — с тревогой спросила Зурмази у Грыга закончив превращаться верхнюю половину разорителя в фарш.
Гоблин только и сумел, что кивнуть.
Прекрасно показали себя казаки, не растерявшись и добив разорителей выстрелами из обрезов своих чудовищных винтовок в упор или молодецкими ударами шашек, набрасываясь по пять, по десять человек на одного демона и рубя того со всех сторон.
Увы, но и потери людей были соответствующие. Вступать в ближний бой с демонами никому не рекомендуется. Иногда просто не имеется другого выхода. Треть казаков выбыла из строя раненными или убитыми. Пострадали и земляне. Зина Портнова погибла. Клим Ворошилов лежал с разбитой головой, в своей и чужой крови. Сначала Грыгу показалось, что его брат, его освободитель из детских сказок, которые мамы-гоблины рассказывали детям-гоблинам, мёртв. Но обхватив и прижав его к своей впалой груди, гоблин понял — брат Клим ещё дышит, а значит его можно спасти.
Маги занимались ранеными. К сожалению, ни архимагистр пространственной магии, ни два боевых мага не специализировались на целительстве, но азы, разумеется, знали и могли стабилизировать состояние больных на какое-то время.
В одиночку расправившийся с двумя разорителями, представляющий в экспедиции Империю и Императора, кровавник Былин Буянович, никого не стесняясь, плакал держа в руках мёртвое тело Портновой. Если не переводить взгляд на нижнюю часть тела, то можно представить будто Зина всего лишь спит. Только слишком бледное лицо и капли крови на руках Былина Буяновича и на одежде Портновой не вписывалась в эту картину.
Кроме того, погибли Шмыг и один из зверолюдей. Но, хотя бы, бывшие рабы умерли свободными, если для них этот факт имел какое-либо значение.
— Нужно уходить, здесь нас больше ничего не держит, — решил Красин, оглядев груды перекорёженного металла. Работать в таких условиях было невозможно, да и опасно. Остатки шестой имперской армии ещё держали фронт, не позволяя демонам большими группами прорываться в город, но были вынуждены оставлять одну линию обороны за другой и вскоре машиноремонтный завод должен будет оказаться в прямой досягаемости тварей.
Время пока ещё было. Отошли в город спокойно. С собой забрали не только раненных, но и убитых тварями товарищей. Их сложили между двумя яблонями: молодой и старой, чтобы похоронить нормально, когда вернутся. Раненных оставили в госпитале. После чего Красин увёл боеспособных казаков и магов туда, где они, по его мнению, были нужнее.
Грыг остался в госпитале рядом с Ворошиловым, а Зурмази осталась рядом с Грыгом.
Усталый, выжатый как половая тряпка, врач заверил, что с Климом всё будет в порядке, но в себя тот так и не приходил.
Грыг и Зурмази остались при госпитале выполняя обязанности санитаров. Последних не хватало, поэтому их помощь пришлась к месту. Мелкий, размерами с ребёнка, зелёнокожий гоблин и дородная, похожая на чемпиона по борьбе в сверхсверхтяжёлом весе, троллиха привлекали к себе избыточное внимание. Но ещё больше раненных, из числа тех, кто находился в себе, интересовала скорость откатывающегося к городу фронта. Сейчас бой шёл уже практически в городе. Заняв последнюю линию обороны в пригороде, имперцы стояли насмерть, погибая, но не пуская демонов дальше.
В один момент, в госпиталь ввалился сотник с покрасневшей от крови перевязкой на руке. Отмахнувшись от попыток дежурного врача посмотреть, что у него с рукой, сотник быстрым шагом прошёл через общие палаты с лежачими больными вглядываясь в каждого, лежавшего на кровати. Пройдя все палаты насквозь, он в сердцах плюнул прямо на пол.
Наткнувшись взглядом на Зурмази сотник сначала схватился здоровой рукой за пистолет, потом, разглядев, что она совсем не похожа на демона, немного успокоился и подозвал троллиху и гоблина к себе.
— Стрелять умеете? Тогда я вас обоих реквизирую.
Грыг спросил: — В чём дело?
 
— На улице полный грузовик огнестрела, а воевать некому, — пожаловался сотник. — Думал хоть здесь найти бойцов, а теперь вижу, что тут твёрдо стоят на ногах только одни врачи и медсестрички. Пусть лучше они тут и остаются, полезнее будут.
— Полный кузов огнестрела? — переспросил гоблин. — А патроны?
— Всё есть. Людей почти не осталось.
Гоблин предложил: — Поднять гражданских?
— Пробовал, не открывают, — помотал головой сотник. — Я их звал, а они заперлись, каждый у себя, словно крысы. Что мне теперь, их силой что ли гнать навстречу демонам?
— Хоть бы и силой, — упрямо нахмурился Грыг. — Твоя думать, что демоны пощадят тех, кто в них не стрелял если захватят город? Наоборот, сожрут с особым удовольствием!
— Что же делать? — состояние сотника ухудшалось на глазах. Проступая через повязку закапала на пол кровь. Беднягу качало и штормило. Чтобы не упасть, сотник был вынужден прислониться к стенке.
— Поехали! — потребовал гоблин.
Сотник попытался отойти от стены, но оказался вынужден почти сразу ухватиться за неё обратно: — Не могу!
— Тогда моя сама поехать, — решил Грыг.
Сотник удивился: — Ты умеешь водить?
— Уметь, не уметь. Моя быстро научиться! — пообещал гоблин.
Сотнику было уже всё равно, он, кажется, терял сознание. Выполнявший функции добровольного санитара старик с одной сухой рукой и одной вполне действующей подхватил теряющего сознание бойца и повёл в общую палату.
— Идём, — сказал Грыг Зурмази и ни слова, не говоря троллиха последовала за гоблином.
Вообще-то Клим, в своё время, дал Грыгу пару уроков вождения и тот даже ездил самостоятельно, правда под тщательным присмотром старшего брата. Как управлять грузовиком он разобрался. Посадив Зурмази в кузов, потому, что в кабину она не вмещалась, подложив на водительское сиденье какое-то тряпьё, чтобы сидеть повыше и хотя бы видеть куда он едет, гоблин направил грузовик в центр города.
Насколько он знал, в городе оставалось ещё достаточно много людей. Молино был крупным городом и важным узлом транспортной сети. Две прошедшие волны мобилизации не могли забрать всех мужчин в армию. Кому-то нужно было трудиться на тяжёлых работах. Кроме того, оставались женщины, дети и старики. Резкий прорыв демонов не дал времени эвакуировать гражданских из города. Они все остались здесь, просто заперлись по домам, по подпольям и сидят там наедине со своим страхом.
Может быть он поступает неправильно, но Грыг просто не мог поступить иначе. Не тогда, когда брат Клим лежит в переполненном госпитале, вместе с тысячами других раненых и демоны вот-вот ворвутся в город.
Грузовик останавливался у жилых бараков и у ухоженных домиков с красивой оградой и ухоженным садиком. Гоблину было абсолютно всё равно. Мощным пинком или ударом, Зурмази сносила входную дверь. После чего мелкий гоблин врывался в помещение, находил его обитателей, выгонял их наружу и раздавал оружие. Порой приходилось действовать силой. Гоблин оставался непреклонен к жалобам, безучастен к угрозам и бездушен к любым оправданиям или слезам.
Женщины, дети, старики, среди которых иногда попадались вполне боеспособные мужчины, выгонялись им наружу. Грыгу пришлось прострелить полсотни потолков, чтобы его, в каждом доме, воспринимали серьёзно. Особенно непонятливых он предоставлял Зурмази, одна пощёчина которой здорово прочищала голову как самым требовательным, так и самым трусливым.
— Твоя держать оружие, — требовал гоблин. — И твоя тоже. Стрелять умеете? Отлично! Нет? Смотри как делают другие и делай также.
Масштабные гражданские учения, проводимые несколько месяцев, назад принесли свои плоды. Худо-бедно направить автоматы в нужную сторону и нажать на спуск умели практически все. Заменить опустошённый магазин на новый тоже.
Люди не хотели брать оружие. Они боялись. Возможно даже, что стоящего перед ними с оскаленным лицом гоблина они боялись как бы не больше чем демонов, которые хотя и близко, но всё-таки ещё далеко.