Жажда борьбы (ЛП)

За моей спиной раздался голос Николая.
— Я подумал, что немного оживлю это место.
Сжимая свою сумку, я повернулся к нему лицом. Сегодня вечером он играл роль хозяина, одетый в свой модный костюм и с аккуратно уложенными волосами. Он идеально вписался в компанию остальных мафиозных ублюдков, которым нравилось смотреть, как умирают люди.
— Почему мы здесь? — Спросил я. — Разве это не место Шрама?
Николай откинул голову назад и рассмеялся.
— Сюрприз мать твою! — Он обвел рукой комнату. — Это все мое, было с самого начала. Но я заставил Шрама думать иначе.
— Зачем?
Его глаза заблестели.
— Чтобы добраться до Эммы и других. Ты был неожиданным неудобством.
— Рад, что смог помочь, — огрызнулся я.
Николай пожал плечами.
— Да, ну, все это было напрасно. Сегодня твой последний бой.
— Что заставляет тебя так думать?
Он прошел мимо меня, его внимание переключилось на ринг.
— Потому что я знаю, с кем ты сражаешься. — Николай взглянул на меня через плечо, его губы скривились. — И ему есть за что бороться.
— Кто он? — Спросил я. Не то чтобы мне было не наплевать, но я должен был знать свой финал.
С весельем в глазах Николай обошел меня.
— Он наемный убийца моей семьи, как ты бы его назвал. Видишь ли, он утаил деньги от моего отца. Теперь он должен проявить себя, чтобы вернуть расположение нашей семьи. — Он остановился передо мной. — И для этого он должен сразиться с тобой. Это была моя идея, — похвастался он, широко улыбаясь. — Если он проиграет, он заплатит за это своей жизнью. Если он победит, мы простим его.
Я усмехнулся с отвращением.
— Не мог сделать это сам, да? Чертова киска.
Николай сердито посмотрел на меня и шагнул ко мне, но я отказался отступать.
— О, ты умрешь, Рейнольдс. Но, если ты выживешь сегодня вечером, это ненадолго. Я добьюсь своего.
— Нет, если я прикончу тебя первым. — Сжав руки в кулаки, я был готов нанести первый удар, но у Николая зазвонил телефон, и он отступил.
— Прощай, Рейнольдс.
Он ушел, и я не сводил с него глаз, пока он не вышел из комнаты. Я понятия не имел, что должно было произойти, и единственным человеком, о котором я мог думать, была Эмма. Достав телефон, я отправил ей сообщение, чертовски надеясь, что оно не последнее.
Я: Я люблю тебя, Эмма.
ЭММА
Я написала Картеру "Я люблю тебя", но я знала, что он, вероятно, больше не напишет. Мое сердце болело, когда я видела его слова, это было почти как прощание. Я не хотела так думать, но я была в ужасе от того, что должно было произойти сегодня вечером. От неопределенности у меня заболел живот.
Схватив свою сумочку и ключи от Бентли отца, я вышла из парадной двери и заперла ее за собой. Я должна была быть в доме своего брата тридцать минут назад, но я не хотела покидать дом Картера.
Я нажала на брелок, чтобы открыть дверь машины, но прежде, чем я смогла взяться за ручку, в моей сумочке зазвонил телефон. Сердце колотилось в моей груди, я молилась, чтобы это был Картер, но это был не тот, кого я ожидала.
Я приняла вызов и поднесла телефон к уху.
— Чего ты хочешь?
Николай мрачно усмехнулся.
— Ты видела новости?
Желудок сжался, я втянула воздух.
— Нет.
— Набери “мертвое тело на складе в Калифорнии” и посмотри, что всплывет.
После нажатия кнопки громкоговорителя я поискала в Интернете, и появился целый список статей, все они об убийстве Маршалла Джина Уиттакера в стиле казни, который только что вышел из тюрьмы.
— Почему мне нужно смотреть на это? — Фыркнула я. — Я уже знаю, что Шрам мертв.
— Я просто хотел сказать, что уверен, твои родители будут счастливы, когда узнают. Если бы они только знали, чем занимаются их дети.
Закатив глаза, я открыла дверь машины и запрыгнула внутрь для уединения.
— Почему ты убил Шрама?
Николай рассмеялся.
— Я могу объяснить тебе это, когда заберу тебя.
Страх покалывал мой позвоночник, как крошечные осколки льда, пронзающие мою кожу.
— Забрать меня? Зачем?
— Для боя, — объяснил он. — Я подумал, что ты захочешь поддержать Рейнольдса. Я имею в виду, это может быть последний раз, когда ты его видишь.
 
Мое горло сжалось от этой мысли. Это не последний раз, когда я увижу Картера. Я бы этого не допустила. Даже если бы мне пришлось самой выскочить на ринг, чтобы помочь, я бы это сделала. Тем не менее, единственное, что пришло мне в голову, это то, что это должно быть ловушкой. Николай использовал бы меня, чтобы насмехаться над Картером. Зачем еще он хотел, чтобы я была там? Но, с другой стороны, я не хотела, чтобы Картер боролся за свою жизнь в одиночку в логове зверя.
— Эмма?
Я прерывисто вздохнула.
— Я все еще здесь.
— Ты хочешь, чтобы я приехал за тобой? — Спросил Николай.
— У меня есть выбор?
Он усмехнулся.
— Конечно. Я не собираюсь заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь.
Поверила ли я ему? Ни в малейшей степени.
— Хорошо. Приезжай, — сдалась я.
Я слышала улыбку в голосе Николая, и это меня бесило до чертиков.
— Я скоро буду. О, и Эмма…
— Что? — Фыркнула я.
— Оденься красиво.
Я повесила трубку и откинулась на сиденье водителя, глядя на свои джинсы и розовую майку.
— Оденься красиво, гребаная задница, — прорычала я с отвращением. Я не собиралась ничего менять в своем гардеробе. Николай увидит меня такой, какая я есть.
* * *
Примерно через час Николай подъехал к подъездной дорожке на своем черном внедорожнике. Он вышел, одетым в модный костюм, и я могла видеть кобуру и пистолет, привязанные к его телу. Я боялась садиться с ним в машину, но я не собиралась показывать ему это.
Открыв дверь, я вышла и быстро заперла ее за собой. Я бы ни за что не пустила его в дом Картера.
Николай расхохотался, окинув взглядом мое тело.
— Почему я не удивлен?
Я бросилась к нему по дорожке.
— С моей одеждой все в порядке. Мне насрать на то, вписываюсь ли я в твое общество.
Он недоверчиво покачал головой.
— Не беспокойся. Ты все еще сексуальна даже в этом.
— Держи это при себе, — прогремела я, отмахиваясь от него.
Мой гнев был единственным, что преодолело страх. Я должна была держаться за это. Подойдя к пассажирской стороне, я открыла дверь и запрыгнула внутрь, от нервов у меня скрутило живот. Совершаю ли я огромную ошибку? Скорее всего, но я не могла продолжать сидеть в стороне, не тогда, когда Картер нуждался в моей помощи.
Николай завел машину и повез нас в направлении долины Сан-Фернандо.
— Куда мы едем? — Спросила я, выглядывая в окно. Несмотря на то, что было темно, я бы предпочла смотреть ни на что, чем на него.
— В мой дом.
— Что? — Я ахнула, мотнув головой в его сторону. — Зачем?
Николай ухмыльнулся.
— Там бой, Эмма. Тебе не повредит немного довериться мне. Мы будем рядом друг с другом очень долгое время. Тебе нужно привыкнуть ко мне.
Фырканье сорвалось с моих губ.
— Я бы предпочла геморрой.
Его грудь наполнилась смехом.
— Принято. В конце концов я тебя измотаю.
Ни единого шанса в аду.
Снова повернувшись к окну, я сосредоточилась на городских огнях и на том, как они пролетали так быстро, как падающие звезды. Я больше не хотела разговаривать с Николаем, но сомневалась, что он будет держать рот на замке до конца. И, конечно же, он этого не сделал.
— Расскажи мне о себе и моем брате, — сказал он.
Я отмахнулся от просьбы.
— Нечего рассказывать.
— Я сомневаюсь в этом. — Это звучало так, как будто между братьями не было любви.
— Ты не разговариваешь с Сетом? — Спросила я, вглядываясь в него.
Николай так сильно сжал руль, что кожа хрустнула.
— Мы с братом не разговаривали с тех пор, как я уехал из Нью-Йорка пару лет назад.
Сет был совсем не похож на Николая, и я знала это наверняка.
Он взглянул на меня, и я издевательски захлопала ресницами.