До конечной (СИ)

— Жень.., — ощущая нарастающую в теле дрожь, прикрываю веки и продолжаю твердить, как мантру, заклинившие в голове слова, — тебе нужно… согреться…
— Ни хрена со мной не случится! Посмотри мне в глаза!
Несмотря на уверенный и даже настоятельный тон, в голосе Жени звучат мягкие и просительные нотки, по которым без труда узнаю прежнего мужчину. Того, кем он был до аварии. Поднимаю взгляд, инстинктивно засовывая руки в карманы его пиджака. Сама того не ожидая, нащупываю кое-что интересное и до боли знакомое. Зажимаю в ладонях «горькие воспоминания» и вытаскиваю наружу, в тот момент, когда его ладони обхватывают моё лицо, а губы, по которым я ужасно скучала, врезаются в мои, вдребезги разбивая между нами последние ледяные стены недопонимания.
Как же сладко, больно и нежно…
Губы Захарова мягкие и в то же время напористые. Вторгаясь в мой рот языком, Женя на пару секунд теряет контроль. Руки уверенно опускаются к пояснице, ласкают то попу, то спину, переключаясь с нежности на грубость и наоборот. Я чувствую его эрекцию, и у самой живот скручивает сладостными судорогами. В нём разливается покалывающий жар. Белье бессовестно намокает. Стоит ему коснуться меня между ног, и я позорно зафиналю...
— В ночь перед аварией я набрал твой номер и спросил, — говорит охрипшим голосом, прервав на секунду поцелуй. — «Мышь, почему ты ещё не спишь?» Я чувствовал, ты рассматривала своё помолвочное кольцо, которое я тебе подарил. Ждал, когда вынесешь вердикт.
— Ты же знаешь, что я без тебя не смогу уснуть, — отвечаю ему, с трепетом в душе вспоминая свои слова.
Господи, он вспомнил???
— Затем ты вывернула мою душу наизнанку за считанные секунды. Твоя пауза была длинною в целую вечность, любовь моя.
С трудом сглатываю образовавшийся в горле ком. Я и сейчас не в силах разговаривать. Тем более верить в происходящее.
— Оно очень красивое… — шепчу дрожащими губами ответ. В груди нарастают эмоции такой силы, что могут меня отключить в любой момент. — Прости… — чувствую, как подкашиваются колени. Женя подхватывает меня, не позволяя упасть.
— Выйдя на свежий воздух, чтобы не терять трезвый разум, я тогда спросил: «Девочка моя родная, Януль, ты выйдешь за меня?» А потом ты ответила…
— Я и так твоя, — хриплю я. Горло по-прежнему душат слёзы. — Ты же знаешь это. И я действительно хочу чтобы ты был только моим, но кольцо ты наденешь мне сам. Я хочу видеть твои глаза, когда соглашусь принять статус твоей невесты…
Задыхаюсь. Воспоминания бьют потоком, вынуждая гулко бухающее сердце замирать в груди. Голова идёт кругом. В глазах то темнеет, то рассветает. Смотрю на своё Счастье, которое свалилось на мою голову так неожиданно, и боюсь снова его потерять. Вцепляюсь за его крепкую шею мёртвой хваткой.
— Теперь ты их видишь, малыш. Они перед тобой. В них можно прочесть искреннее желание жениться на тебе и жить с тобой в печали и в радости, долго и счастливо. И если тебе нужно время, чтобы подумать, я готов подождать. Но только ровно полтора часа. Засекай. Время пошло, Мышка.
— У тебя на вечер планы?
— У нас в Монако запланирован уикенд...
  
Глава 38. Медовый месяц
 
Яна
Три дня спустя…
— Боже, как же здесь хорошо. Свежий воздух. Море. Солнце и пальмы. Тишина и покой… — мама отходит от панорамного окна, залитого лучами вечернего солнца, и переключается на нас с Тимом.
Вот уже третий день мы гостим в небольшой, но очень уютной квартире Захарова, расположенной на девятом этаже тринадцатиэтажного дома, на роскошном побережье Монако. Женя приобрёл её пару лет назад, в честь своей победы на гонках. Резиденция с садом, с бассейном и круглосуточной службой портье, рядом с пляжем Лавротто и трассой Формулы-1. Отсюда виден порт с роскошными яхтами, развлекательные центры, неоновые вывески казино, ночных клубов, ресторанов и кафе.
Сказать по правде, к такой бурной жизни я всё ещё не привыкла и вряд ли когда-нибудь смогу. Хочется вернуться в наш уютный загородный дом и спрятаться от всех, побыть с ним наедине, что до сих пор ещё не удавалось сделать. Он постоянно занят. То съёмки, то интервью, то какие-то деловые встречи. Домой возвращается за полночь. Уходит рано утром. Нам же с мамой и Тимом остаётся проводить время за развлечениями.
 
— Ты закончил с ужином? — спрашиваю, когда племянник приступает вытирать салфеткой рот.
— Я бойсе не хосю. Сматли, — демонстративно потирает ладошкой округлившийся животик. — Наелся. Спасибо.
— Отлично, — целую его в щёчку и позволяю подняться со стула. — Беги в ванную, умойся и пойдём сказки почитаем.
— Давай-ка я сама ему почитаю сказки, а ты отдохни. Уморил тебя за день Тимошка. Весь в своего родного отца, — добродушно смеётся мама, обнимая меня со спины.
— Так хорошо от того, что ты рядом, — вскидываю на неё счастливый взгляд. — Я так рада за тебя, мамуль. Наконец-то болезнь отступила. Теперь ты сможешь нянчиться с внуками когда пожелаешь.
Улавливаю щелчок входной двери. Сердце мгновенно замирает. Прислушиваюсь к шорохам.
«Что-то он сегодня рано», — от этой мысли губы расплываются в улыбке.
— Кажется, Женя пришёл. Я пойду, посмотрю.
— Иди, дочка. Я уберу здесь, затем мы с Тимочкой сказками займёмся, — мама разжимает объятия. Быстренько целую её в знак благодарности и тихонько ускользаю из кухни в коридор.
Замираю у стены. Мой взгляд ловит высокую фигуру в стильном чёрном костюме. Залюбовавшись любимым мужчиной, на секунду выпадаю из реальности. Женя снимает с себя пиджак, избавляется от обуви, подхватывает с пола ворох пакетов и натыкается взглядом на моё довольное лицо.
— Привет, Мышка, — растягивает загадочную улыбку, подходя ко мне вплотную. — Скучала?
— Очень, — ныряю в уютные объятия, зарываясь носом у него на груди. Дышу им и схожу с ума от счастья… — Ты сегодня рано.
Слышу довольный смешок любимого, а затем ощущаю, как его дыхание опаляет макушку.
— Наконец-то всё закончилось, и я смог сбежать от назойливых журналистов. Теперь я весь твой. Больше никаких дел здесь не намечается в ближайшее время, если только с одной очень милой и приятной девушкой...
— С кем же это? — подыгрываю, поднимая к нему свои опьяневшие глаза.
— С моей невестой, с кем же ещё?
На минуту сливаемся губами, чтобы исполнить каждодневный ритуал. Когда Женя теряет контроль, отрываюсь первой.
— Тим может увидеть. Ты голоден?
— Очень…
— Жень, я же не об этом, о чём ты подумал, — отвечаю, так же сильно изнывая желанием побыть с ним наедине.
— Когда у тебя заканчивается курс лечения? — спрашивает, поглаживая поясницу, затем и вовсе перебирается ладонью на ягодицы. Тискает их, прижимаясь ко мне каменной эрекцией. Ещё немножко, и разлившееся в животе тепло перерастёт в пожар.
Почти две недели без секса. Это целая вечность для нас обоих…
Слишком мучительное испытание.
— Сегодня приняла последнюю таблетку, а что? — инстинктивно облизав губы, изучаю его реакцию на лице.
— Как ты себя чувствуешь, малыш? — нахмурившись, опускает взгляд на мой живот. — Болевых ощущений больше нет?
— Жень, — обнимаю его за шею, соединяя наши тела так плотно, насколько это возможно, — я чувствую себя прекрасно. Так что там насчёт «голода»? — не желая скрывать возбуждение, даю понять, что готова на всё. Даже на маленькое похищение в какой-нибудь ближайший отель…
— Одевайся, — вручает мне пакеты. — У меня для тебя куча сюрпризов.
— Не слишком много для одного вечера?
— Привыкай, Мышка. Я сгоняю в душ и сразу же выезжаем. Купальник прихвати с собой. Предупреди маму, что мы вернёмся только завтра.
— Заинтриговал…
— Тебе очень идёт это платье. Рад, что угадал с размером, — оценивая мой вид, Женя захлопывает позади меня дверцу арендованного двухместного спорткара.
Минуту назад мы заняли место на платной стоянке у берега моря. Здесь пляж для тех, кто любит тишину и спокойствие. Это всё, что мне удалось выпытать у моего любимого гида.