Становление Патриарха (СИ)

— Феи — прекрасные создания, — тактично улыбнулась жрица. — Жаль, что сейчас не полнолуние — обручиться во время него было бы идеально. Вы не хотите подождать?
— Боюсь, мы не можем, — виновато покачала головой Айвел. — Нам ещё нужно вернуться к месту работы до сильных снегов, иначе сорвётся очень важный найм.
— Жаль, — вновь вздохнула красавица (а жрица богини любви была очень красива). — Хотя я не удивлена — авантюристы всегда спешат. Готовы?
— Да.
— Хорошо…
Сам процесс «заключения брака» был… быстрым. Нас даже не спросили сакраментальное «согласен ли ты… согласна ли ты». Там было конкретное обращение жрицы к богине с просьбой засвидетельствовать любовь этих разумных и благословить молодую семью. И… как бы… всё. Вся церемония — минут десять, включая молитву-обращение и передачу пожертвования храму, о котором, разумеется, никто не просил, но которое, так же разумеется, считалось правилом хорошего тона. И, честно сказать, я был несколько разочарован. Нет, оно и хорошо, что никакого фурора мы не произвели и весь результат — это мимолётное прикосновение более «сконцентрированной» энергии веры к нашим персонам, но… даже не знаю… Тут и от обычной-то свадьбы ждёшь какого-то эмоционального взрыва, а уж когда настоящий жрец настоящего бога по-настоящему к этому богу обращается… тут уместно ожидать почти чуда, что ли, пусть и небольшого, а тут… как-то… Ну, вот оно случилось… И мы теперь вроде официально женаты… Но что-то как-то ничего особенного я не почувствовал. Обидно.
Хотя ладно, главное, что вон, мои девочки явно довольны и радостны, а коли так, то что ещё нужно? Разве что снять номер в местном трактире, заказать вина и как следует отметить это событие, ну а там можно и в обратный путь.
Позже…
— М-м… — в крайнем неудовольствии от мешающей спать щекотки на лице разлепляю глаза.
— Не подглядывай! — тут же шикнула на меня Тмистис, обнаружившаяся зависшей в нескольких сантиметрах от моего носа с… кусочком уголька в руках.
— Что ты делаешь? — накануне я был очень старательным и хорошим мальчиком, который сделал для своих девочек буквально всё, что только может сделать мужчина для женщины, дабы её порадовать. И пусть я успел даже увидеть сон, но я был готов поклясться, что уснул вот совсем только что, а тут побудка. Я, конечно, выносливый и могу не спать неделями, но, блин, есть моменты, когда уснуть — это хорошо и правильно, будить во время которых — это бесчеловечно!
— Не скажу. Засыпай обратно, — потребовали от меня, а вот уголёк перехватили как-то прям воинственно-боеготово.
— Ты что… рисуешь мне усы? — прихожу к смелой догадке.
— Нет, — мгновенно замотала головой фея, однозначно веря в свои слова, вот только… чего-то недоговаривая.
— Тмистис, что ты рисуешь у меня на лице?
— Не скажу тебе! Засыпай — не буди хозяйку! — оттопырила назад пяточки златовласая малышка, ничуть не смущаясь, что как раз её голос был позвонче моего и разбудить мог с куда большими шансами.
— Ох… — осторожно высвободив правую руку, которой обнимал прижимающуюся к боку Айвел, я помассировал глаза.
Не самые приятные ощущения от насильственного пробуждения всё ещё были сильны, слегка затрудняя мыслительный процесс, да и сон, который я всё-таки успел глянуть… опять он был про орков в Териамаре, а ещё про мои новые доспехи и оружие. Только во сне я их добыл из поклажи неких глубинных собратьев Рунга, что как раз и перебили отряд дроу, пока шли наверх. И на фоне привычных мне жертв в лесу Хуллак были эти глубинные орки прям какими-то супертяжами-спецназовцами, да ещё и одеты все в такие шикарные пластинчатые бахтерцы, что у Гара аж слюнки текли. А ведь пока мы сидели в Сузейле, я как раз прикупил один бестиарий, где глубинные орки, они же ороги, описывались… Ух, что же меня всё не отпускает-то тема жизни в кишащих дикарями подземельях? Ещё там какая-то дичь была с самостоятельным перезачарованием доспехов путём подключения их к собственной энергетике… Бр-р-р, нет, это слишком крутое глючево, чтобы я на такое решился, умея лишь волшебную палочку перезаряжать.
 
— Тмистис, — открыв глаза, ловлю взгляд голубых очей малышки и перехожу на шёпот, — ты же добрая фея, зачем ты делаешь маленькие пакости? Я ведь так тебя люблю: кормлю сладостями, прощаю, что ты называешь меня злым и плохим, покупаю всё, что ты просишь, даже ни разу не просил Линвэль отослать тебя обратно на План Природы, хотя ты много раз пыталась сорвать мне заслуженный отдых, — в укрепление тезиса левой рукой оглаживаю обнажённую спинку Лин, останавливая движение на округлой попке эльфийки. — Почему ты, добрая девочка, такая врединка?
— М-м-м… — малютка обиженно надула губки, искренне расстроившись от моих слов. — Тмистис не вредина, Тмистис просто переживает за Хозяйку. Я боюсь, что ты её укусишь и выпьешь. Не хочу такого! Хозяйку надо защищать, а ты очень сильный, а значит, опасный! С тобой в любой момент может случиться плохое.
— И поэтому ты меня провоцируешь?
— Да. Тебя надо вывести на чистую воду, тогда Хозяйка всё про тебя поймёт, и тебя можно будет бросить и быть дальше в безопасности, — закивала эта глупая кроха.
— Милая… — я вновь потёр переносицу, ощущая абсолютную искренность природного духа, — это так не работает. Линвэль не будет в безопасности, если рядом с ней вдруг рассвирепеет действительно злобный и коварный вампир. А ещё я не хочу, чтобы она меня бросала — мы только что поженились!
— Ты спросил, почему Тмистис так делает, Тмистис рассказала! То, что ты хочешь чего-то другого, ничего не значит! — этак… притопнула в воздухе ножкой крылатая девушка.
— Но это же глупый план…
— Глупый — ты! — сжали на меня кулачки. — Тмистис объясняет — если Хозяйка в опасности, её надо спасать! Это важное! Поэтому это надо делать!
— Но ты её так не спасёшь…
— Если ничего не пробовать — ничего не получится! — отмели мою робкую попытку воззвать к логике.
— Но ты пробуешь подвергнуть её ещё большей опасности, — продолжаю звать на встречу её здравый смысл.
— Нет, я пробую её спасать! — абсолютно проигнорировала попытку малютка.
— Твой метод неэффективен.
— Не хочу ничего слушать от того, кто сам от неё никак не отстаёт и не помогает себя прогнать! — замотала головой фея.
— Тмистис… нельзя просить злодея помочь в свержении его же самого и ожидать, что он поможет.
— Да, злодеи — плохие! Непослушные!
— О Великая Тьма… — накрыл я лицо рукой, признавая полное поражение перед логикой природного духа.
А главное — я чувствовал, что она совершенно не испытывает в мою сторону негатива и точно не ждёт, что я могу сделать что-то плохое Линвэль, она просто… кхм…
— Подожди, — вот что значит не проснулся! А ведь чувствовал эти оттенки в эмоциях, — ты что, просто развлекаешься⁈ — вновь ловлю взгляд этой мелкой хитропопой пакости.
— Нет, ты всё выдумал! — нагло соврала спрайт, всей позой уйдя в стадию резкого отрицания.
— Ах ты мелочь… тебе весело, да? Весело издеваться над злобным вампиром, ещё и получая с него за это дань⁈
— Тмистис проявляет заботу и эту… ответственность за Хозяйку, вот! — забегала глазками фея, опасливо отодвигаясь в воздухе.
— Я тебя сейчас отшлёпаю!
— Нет! Не поймаешь! — мгновенно упорхнула в другой конец комнаты мелкая.
— Ошиба-а-аешься, — расплылся я в улыбке и схватил фею телекинезом.
— А?.. О! А-а-а!!! Хозяйка, спаси-и-и!!! — заголосила эта наглая пигалица, осознав, что её тянет в мою сторону.
— Ну уж нет, принимай наказание с честью, — фыркнула Линвэль, открывая глаза и доказывая, что уже давненько не спит. Но и немудрено — как бы девчата ни вымотались, а с нашим разговором и возгласами феи не проснуться просто не могли.
— Угу, — сонно поёрзала с другого боку Айвел, — нечего будить товарищей в такую рань, — плутовка заразительно зевнула и, не открывая глаз, обняла меня покрепче, забираясь коленочкой на живот.