Упс... Ошибочка вышла (СИ)

— Ауркас, город называется Ауркас, — Дэрек жестом пригласил спускаться. — Он довольно древний, ему чуть больше трех тысяч лет.
— Прозвучало так, будто есть более старые города.
— Есть. Эвлонт очень древний мир, — он подал мне руку, заметив, что я правой подбираю шарф-юбку, а не держусь за перила. — Нашему государству, Туртасу, больше шести тысяч лет, но если спросишь о столице, то я тебе скажу, что столица — Ауркас. Житель юга назовет Дарах, на западе искренне заблуждаются, считая столицей Корс.
Так, кажется, тут все сложней, чем «Ландан из зе кэпитал оф грейт Британ».
— Ты подводишь меня к мысли, что драконье государство — совокупность феодов, а короля или иного правителя нет как такового? — осторожно опираясь на теплую ладонь мужчины, я внимательно смотрела под ноги.
— В принципе ты верно поняла, — в его голосе явственно слышалось одобрение. — Драконы — собственники, к чужой власти над собой относятся без восторга. А уж если есть магия, доступ к своему источнику, то деньги точно появятся. Значит, и до личного небольшого королевства недалеко.
Воображение нарисовало дракона, возлежащего на горе золотых, но тут же трансформировало ящера в Кощея Бессмертного. Тоже, как и местные драконы, любитель золота, юных дев, обладатель собственной армии и царства. Наверняка тангорцы, которых Дэрек упоминал, рассказывали о жизни в Эвлонте. Неужели истоки образа отсюда? Неожиданно правдоподобное объяснение!
— Прежде чем мы выйдем в город, нужно защитить тебя «поводком», — тихо сказал маг, когда мы спустились в прихожую. — Пойдем на кухню, это самое подходящее место для наложения подобных чар.
— Почему?
Какое удивительное место для волшебства! Книги, игры и фильмы надежно связали в моем сознании магию с походами, чудовищами или пыльными кабинетами в высоких башнях. Но не с кухней.
— Потому что там объединяются все стихии. Огонь в печи, металл самой печи, дымоход, в котором есть тяга, что, по сути, является ветром, ну и вода тоже есть. К тому же на кухне я провожу больше всего времени, когда я дома. Так что это место ещё и на мою энергетику настроено. Сильней настроен только кабинет на работе.
— А ты кем работаешь? — не скрывая любопытства, спросила я, послушно встав на указанное Дэреком место недалеко от печки.
— Я алхимик стражи, — скупо ответил маг.
Тему он явно не спешил развивать. Неужели думал, что я первого в своей жизни всамделишнего настоящего волшебника не расспрошу пристрастно?
— И чем ты занимаешься на работе?
— Раскрываю преступления. Я же стражник особого отдела, — опять сухой ответ.
— И как алхимики помогают раскрывать преступления?
Мою настырность вознаградили долгим оценивающим взглядом.
— Я ценю твои попытки завести разговор, но не нужно изображать интерес там, где его нет, — мрачно ответил Дэрек. — Девушку не могут интересовать убийства и проклятия. Это слишком грязно и кроваво.
— Других девушек, наверное, такое действительно не интересует, — твердо встретив взгляд нахмурившегося мужчины, ответила я. — Но не меня. Я секретарь суда. Судья, с которым я работаю, занимается исключительно уголовными делами. Убийства, нанесение телесных повреждений разной тяжести — его профиль. Я видела достаточное число потерпевших и превеликое множество фотографий с мест преступлений, что бы представлять, о чем ты мог бы мне рассказать. Не испугаюсь и в обморок не упаду. Честное слово, Дэрек.
Он долго разглядывал меня. При этом лицо и выражение глаз молодого мужчины менялось так живо, что сомнений в искренности не возникало. Он был уверен, что я просто создаю шумовой фон, а не проявляю заинтересованность. Мысль «девушка знает не понаслышке, что такое криминал» была ему чужда совершенно. Поэтому в серых глазах Дэрека отразился скепсис. Я ободряюще улыбнулась:
— Я ведь серьезно, Дэрек. Преступления — часть моей работы уже пять лет.
Он тоже улыбнулся, робко, несмело, и стал рассказывать о своих обязанностях алхимика стражи.
— Я проверяю всякие вещества на месте преступления. Не являются ли они ядами или типичными осадками, возникающими при производстве наркотических веществ. Определяю некоторые болезни людей, драконов и драконидов, если хватает для этого крови. Могу сказать, как долго жертва мертва, провожу вскрытия.
 
— Это тоже обязанности алхимика? — неподдельно удивилась я.
— Нет, это моя дополнительная обязанность. Я совмещаю две должности, — глядя мне в глаза, выдохнул он.
Сложилось впечатление, что он мало с кем говорил о работе и в некоторой степени доверил мне секрет. На сердце стало теплей, и неловкой попытке Дэрека извиниться, я поверила безоговорочно.
— Прости, я не думал, что тебе такое может быть всерьез интересно. Это ведь дела стражи.
— Ты сказал это так, будто стража приравнивается к золотарям, — хмыкнула я.
— До этого еще не дошло, к счастью, — Дэрек заметно повеселел. — И вряд ли дойдет. Тем более я ведь не простой стражник, а служу в особом отделе. Мы занимаемся тяжкими преступлениями не только в городе, но и по всей провинции.
— Горы работы? — посочувствовала я.
— Не то чтобы прям горы, к счастью, — он покачал головой. — Вот на восточной и южной границе было бы тяжелей, конечно. А так даже временами успеваю дополнительные заказы выполнять.
— Третья ставка? — с сочувствием спросила я.
Он недоуменно нахмурился, и пришлось пояснять.
— Должностей у тебя две. Алхимик и судмедэксперт, то есть целитель, который оценивает жертв, так? Плюс добавочная должность частного алхимика на заказах.
Дэрек кивнул.
— И прислугу ты не держишь, — продолжала я. — Значит, и все хозяйство сам тянешь, и за отцом ухаживаешь. Еще должность, если не две. Боюсь спросить, сколько стоит артефакт, который меня сюда вытащил.
— Почти десять тысяч золотых, — горько усмехнулся Дэрек. — И мне еще дешево достался, потому что я заказал по старой цене.
— А сколько бы ты выручил за Веронику?
Он поморщился, будто ему мысль о работорговле, прикрытой добрыми намерениями, была так же отвратительна, как и мне.
— Если бы она подошла одному из полудраконов, я получил бы тридцать пять тысяч. Другие женихи готовы заплатить за невесту меньше. Двадцать пять — тридцать. Но в любом случае намного больше, чем стоит артефакт.
— Ты сказал, после второго тура выплатят где-то половину суммы, — задумчиво нахмурилась я.
Он кивнул.
— При худшем раскладе это будет порядка двенадцати тысяч, — я рассуждала вслух. — Новый артефакт без скидки стоит..?
— Десять.
— Значит, останется тебе две или семь, напрямую зависит от того, какое впечатление я произведу. Что надо сделать, чтобы повысить мои шансы очаровать самых выгодных женихов? — в том, что хочу выбить из драконов-толстосумов максимально много деньжат, я больше не сомневалась. Не теперь, когда в полной мере осознала, как последние годы жил Дэрек, которому «чудесно повезло» вытащить меня вместо обреченной на смерть Вероники.
Он улыбнулся:
— Мне нравится твой настрой, госпожа сообщница.
— Они еще пару десятков тысяч тебе заплатят, что бы ты попробовал вернуть меня, — с усмешкой предсказала я. — Но ничего не выйдет, расчет формул сделан на Веронику. Я здесь по ошибке.
Я наклонилась к нему и кровожадно добавила:
— По роковой ошибке для их кошельков.
Дэрек рассмеялся. Светлый красивый смех покорял теплом и искренней веселостью. Именно в ту минуту я окончательно поверила, что Дэрек, долгие годы копивший на артефакт, действительно выложит огромные деньги, что бы отправить меня домой. Я улыбалась Дэреку Алистеру и просто знала, что злой, подлый человек, задумавший обман, не вел бы себя так.
— Землянку, решившую вернуться домой, не остановить, — заключил маг.
— И второй раз я себя похитить точно не дам, — я предостерегающе погрозила пальцем.
— Это подводит нас опять к «поводку». Видишь ли, добыть иномирянку — это только часть дела. Ее еще нужно сохранить и передать жениху. Во Дворце Решений это, конечно, делать проще. Там чары, не пропускающие посторонних, но во время прогулок по городу они не работают, разумеется.