Бороться, чтобы дышать (ЛП)
Аврора Роуз Рейнольдс
Бороться, чтобы дышать
Серия: Падающие звезды — 1 (про разных героев)
Переводчик: Алла Х.
Редакторы: Марина М., Виктория К.
Вычитка и оформление: Анна Л.
Обложка: Таня П.
«Бороться, чтобы дышать»
Глядя на океан, иногда забываешь, что он опасен.
Море — как женщина; вы должны ее уважать, слушать, о чем она говорит, и никогда не сомневаться, что в ее власти вас уничтожить.
Пролог
Лея
— Как красиво, — шепчу я, крепче прижимаясь к Остину и глядя в ночное небо. Клянусь, в такие ясные ночи можно рассмотреть каждую звездочку.
— Ага, — хмыкает он, заставляя меня улыбнуться, его пальцы успокаивающе двигаются по моей руке.
— Через две недели выпускной, — говорю я, а в животе порхают бабочки. Остин был моим парнем с тех пор, как мне исполнилось шестнадцать, и мы с самого начала говорили о том, чтобы пожениться, как только закончим среднюю школу. Понимаю, многие сказали бы, что мы слишком молоды, но с самого первого дня, как его увидела, я знала, — он будет моим мужем.
— Лея Вулф, — говорит он, и бабочки начинают порхать быстрее.
Приподнявшись, кладу руки ему на грудь и опускаю на них подбородок, изучая его лицо. Остин всегда казался старше своих лет. Взъерошенные темно-русые волосы, неизменная щетина, полные, мягкие губы, которые так люблю, но когда мой взгляд останавливается на его глазах, понимаю, они навсегда останутся моей любимой частичкой в нем. Кристально-голубой цвет напоминает ледники возле дома — одно из самых красивых мест на земле.
— Ты станешь моей женой, Лея. Ты к этому готова? — Он проводит пальцем по моему лицу и касается подбородка, в то время как большой палец скользит по моей нижней губе.
— Еще как, — говорю я, наблюдая, как на красивом лице появляется тревога. Понимаю, он думает, что я хочу большего, чем жизнь жены рыбака, жизнь в маленьком городке, но в глубине души знаю — это все, что мне будет нужно. Пока у меня есть Остин, ничего другого я не хочу.
— Выпускной, потом Вегас, — бормочет он, подтягивая меня к себе, чтобы я полностью легла на него.
— Выпускной, потом Вегас, — соглашаюсь я и улыбаюсь, когда его рука на моем затылке притягивает меня ближе, так, что наше дыхание сливается.
— Пора отвезти тебя домой, — выдыхает Остин мне в губы, затем перекатывает на спину, нависая надо мной, и прижимается ко мне губами.
— Жаль, мы не можем остаться здесь на всю ночь, — вздыхаю я, когда его губы покидают меня.
— Мне тоже, детка, но обещаю, когда начнется лето, мы будем спать под звездами, на лодке, посреди океана. Оттуда видно абсолютно все.
— Мне бы этого хотелось, — говорю я, крепче обнимая его и сжимая. Он отодвигается и встает, после чего протягивает мне руку, помогая выбраться из своего грузовика, где под ночным покровом звездного небосклона мы занимались любовью.
— Интересно, что случилось? — спрашиваю я, когда мы подъезжаем к дому моих родителей, рядом с которым стоит машина шерифа.
— Не знаю, — озабоченно бормочет Остин, заглушая мотор. Затем быстро вылезает, обходит капот, открывает мою дверцу, поднимает меня и осторожно ставит на ноги. Как только мы поднимаемся по ступенькам и входим в дом, мое замешательство сменяется беспокойством, когда я вижу на диване маму, раскачивающуюся взад-вперед и истерически рыдающую.
— Что случилось? — Шериф Джефферсон поворачивает голову в мою сторону, мама поднимает на меня глаза и начинает отчаянно трясти рукой, а по ее щекам текут слезы.
— Присядь, — шериф Джефферсон говорит таким тоном, какого я никогда от него раньше не слышала, и протягивает мне руку.
— Мама? — шепчу я. Желудок начинает сжиматься, и я чувствую, как Остин обхватывает меня, притягивая ближе к своему боку.
— Я… — начинает мама, затем закрывает лицо руками и всхлипывает сильнее, исходящие от нее звуки настолько душераздирающи, что я даже не могу дышать.
— Что случилось? — спрашивает Остин, притягивая меня ближе и пряча мое лицо у себя на груди. Хотя в глубине души уже знаю, что скажет шериф, ничто не может подготовить к тому, чтобы услышать эти слова. Каждое из них душит меня, пока я не начинаю задыхаться.
— Мне очень жаль, Лея, но сегодня днем лодка твоего отца пропала после того, как он подал сигнал SOS. Береговая охрана нашла догорающую лодку, а также пустую шлюпку. Они еще ведут поиски в воде, но, учитывая температуру, все выглядит не очень хорошо.
— Но ведь шанс остается, да? Может, он еще жив? — я практически умоляю, в то время как меня начинает трясти.
— Шанс есть всегда, — говорит Остин, прижимая меня ближе.
Но шансов не было. Тело отца так и не нашли. Предположили, что огонь так быстро распространился по лодке, что у него даже не было возможности надеть спасательный костюм, перед тем как попытаться забраться в шлюпку, и, оказавшись в воде, он либо утонул, либо замерз насмерть.
Глава 1
Лея
15 лет спустя
— Лея, просто дыши, — говорю я себе, садясь на паром, который доставит меня из Анкориджа в Кордову. Я не боюсь океана, но знание, насколько он опасен, заставляет еще больше бояться его мощи.
Припарковав машину, выхожу, встаю у борта парома и, когда он отчаливает от причала, смотрю вниз на спокойные воды. Никогда не думала, что после стольких лет отсутствия вернусь домой, но на звонок мамы, сообщившей, что у нее рак и она хочет жить в доме, который они делили с отцом, я могла ответить только «конечно». Даже если это означало, что я вернусь в давным-давно покинутое место, к людям, которых оставила в прошлом. Единственное, на что я могу надеяться — это избежать встречи с Остином. Каким-то образом, город, в котором я выросла, и его население, настолько увеличились, что стали походить на Манхэттен, тем самым это бы уменьшило шансы когда-либо снова его увидеть.
Пятнадцать лет назад я была раздавлена тяжестью потери отца. Тогда и поняла, как легко может измениться жизнь, как быстро у тебя могут отнять любимого человека, осознала, что не могу оставаться на Аляске с Остином, когда есть риск, что с ним тоже может что-то случиться. А еще, сказав ему об отъезде, я знала, он никогда на него не решится; его семья рыбачила на Аляске в течение нескольких поколений.
Он рос, питая любовь к морю, зная, что всю жизнь будет заниматься любимым делом и однажды передаст это чувство своим детям, как это делали до него его отец и дед. Я не могла просить выбрать меня, поэтому оставила его. Однако, уходя, сохранила частичку себя. В то время я надеялась только на то, что той части меня, которую я смогла спасти, хватит на всю оставшуюся жизнь.
Перегнувшись через борт парома, выставляю вперед левую руку и смотрю на воду. Пять лет назад я вышла замуж. Я полагала, Кен поможет мне исцелиться. Считала, что те части меня, оставшиеся после потери отца и ухода от Остина, наконец-то обретут целостность. Я знала, отец хотел бы, чтобы я была счастлива, и из разговоров с мамой поняла, что Остин стал двигаться дальше, так что пришло время и мне сделать то же самое, перестать верить, что он придет за мной, что наша любовь была больше, чем просто история любви двух подростков.
Я пыталась отдать Кену всю себя. Пыталась сделать так, чтобы все получилось, но, в конце концов, потерпела неудачу, а он нашел то, что искал, в другой. Не скажу, что мне не было больно, но наш разрыв меня не опустошил. Меня больше расстроило то, что была разрушена сама идея нас, но, если честно, я сама навлекла это на себя, произнеся наши клятвы, но не выполнив свою часть.
Снимаю с пальца обручальное кольцо, чувствуя, как в глазах собираются слезы, и бросаю металлический ободок в океан, наблюдая, как он исчезает в его глубинах, а после зажмуриваюсь. Пути назад не было, и сейчас не время себя жалеть. Нужно взять себя в руки, чтобы позаботиться о маме. Маме, которая каждые несколько месяцев, с тех пор как я покинула дом, летала в Монтану, чтобы меня увидеть. Маме, которая после потери отца так и не стала прежней. Не знаю, как справлюсь с ее болезнью или, в конечном итоге, с ее потерей, но знаю, что должна найти способ, особенно если собираюсь выжить сама.