Хомячок на лезвии. Дилогия (СИ)

В самом логове не должно быть ловушек, а вот полезных вещей можно отыскать предостаточно. Взять хоть тот странный пылесос.
Нет, красть я не собираюсь. Но понять, как и из чего оно сделано, просто обязан. Возможно, смогу воспроизвести или приобрести. Тем более рядом есть местный город. Хотя соваться туда рано. Все упирается в катастрофический недостаток информации.
— Ур-р-р, — отрицательно замахал головой зверь, опрокидывая меня обратно на постель.
— Почему нельзя? — Я сразу воспринял его предупреждение серьезно. — Все-таки ловушки?
— Р-р-р, — фыркнул сэвен мне в ноги и снова прижал меня к постели. А потом и вовсе положил голову сверху, почти придавливая меня своим весом.
— Лежать с ней? — не понял я. — Зачем?!
— Фр-р-р, — тяжело вздохнул зверь, даже не пытаясь что-то прояснить. Ладно, лежать так лежать.
Спать не хотелось. Я и так долго отдыхал в отключке, тело, можно сказать, выспалось. Если нет возможности исследовать помещение, то как минимум видное мне окружение — вполне. И самым явным объектом для изучения была моя странная спасительница-аборигенка. Тем более пока она просто спокойно лежит, а не трещит без умолку, не задает миллион вопросов, не хмыкает и не брыкается.
Ржи бы, конечно, эта настороженная и явно битая жизнью… малолетка (прародители, опять малолетка!) меня так близко подпустила. И тем более уснула в одной постели с незнакомцем. Если бы не сэвен, который с самого начала потихоньку, украдкой, воздействовал на ее энергию, внушая тепло и доверие.
Минус тут один: теперь звероящер не даст навредить девчонке, если она сама не сделает что-то явно мне во вред. Ладно, разберемся.
Нос курносый, рот большой, полногубый и насмешливый. Губы потрескались — сухо здесь. Веснушки на щеках. Выгоревшие рыжеватые пряди волос разметались в разные стороны. Хм, первое несоответствие с Горгонзолой — там мы все, независимо от пола, старались патлы обрезать покороче. Даже шлюхи в борделях. Хорошая шевелюра — роскошь, которая говорит о том, что есть возможность ее отрастить, уберечь и более-менее нормально за ней ухаживать. Так что вывод очевидный: как минимум еды, а главное, воды у нее достаточно. Хотя по пути сюда я не заметил ни одной даже самой захудалой лужи. Не говоря уже об озере или реке.
Среди наших косички-хвостики были только у Цвички, потому что недоеденная мелкая постоянно сидела в убежище, а мы ее бессовестно баловали. Я ругался и тоже таскал девчонке то кусок пожирнее, то огрызок расчески со свалки.
И сейчас машинально тронул рыжую прядь, пропустил сквозь пальцы и понял — тут бы тоже пригодилась расческа. А еще волосы пахнут пылью и чем-то будто бы знакомым…
Так, стоп! Это не Цвичка, с чего вообще такие ассоциации и странные желания?!
Я убрал руку от чужих волос. Сэвен шумно выдохнул, заставив брошенную прядь как живую колыхнуться следом и погладить пальцы.
— Твои фокусы? — тут же преисполнился подозрений я. — Ее успокаивай, не меня. — Зверь недовольно фыркнул. — Вижу, что спит. Пусти. Надо осмотреться.
Перья на затылке сэвена опять грозно встопорщились,
— Что значит «забрать себе»? Как проводника? — не понял я. — Нет, идея неплохая. Но боюсь, ты не сможешь постоянно туманить ей мозги. А иметь за спиной ненадежного напарника мне ни к рже не сдалось.
Хохолок безнадежно поник.
— Глупый? Я? — От удивления у меня даже поднялась бровь. — Ты, кажется, забываешь, зачем мы здесь. Отодвинься. Или найди воду. Нам обоим не мешает напиться. Маяться дурью и альтруизмом будешь после миссии. Так и знал, что от Ивановых обязательно какая-нибудь подлянка прилетит. Не сами охомутают, так ящера зарядят.
— Фр-р-р-р, — тяжело вздохнул зверь и наконец убрал свою голову. Точнее, демонстративно переложил ее на аборигенку. Ну и пусть, зато я уверен, что девушка не проснется раньше времени.
Теперь, когда в глазах окончательно прояснилось, я даже слегка впечатлен. Она одна отгрохала всю эту… на первый взгляд — нору в горе хлама. А на второй взгляд уже не все так просто.
Места очень много — нора просторная. И я даже с кровати вижу минимум три отнорка помимо входного, закрытого массивной стальной дверью. Неужели сама притащила сюда эту махину? Помещение круглое, и потолок в форме купола, перевитого большим количеством ребристых шлангов и стальных балок затейливого сечения. Где-то среди них спрятано несколько источников освещения, довольно ярких, но ни один не режет глаза, и в норе почти нет теней.
 
В самом дальнем от кровати углу, за перегородкой, настоящий пульт управления — три допотопных, но рабочих экрана и очень большая клавиатура с тварьей кучей клавиш абсолютно непонятного назначения. Все обесточено, потому я даже не пытался потыкать в них пальцами.
В другом углу — явная мастерская. И вот тут я уважительно присвистнул: необычные станки, пилорамы, пресс. Множество микросхем, некоторые явно в процессе пайки. А рядом некое подобие плавильной печи с крупной вытяжкой. Помимо всего этого до ржи устройств непонятного назначения.
И при всем этом рабочем хаосе непривычно чисто. Такое впечатление, что даже пыли нет, каждая железка надраена если не до блеска, то до матовой гладкости. Все, что надо, смазано. Все лежит в непонятном, но явно прослеживаемом порядке. Учитывая песчаные бури на поверхности — интересно, как ей это удается.
Ага… вот и санузел.
— Хм, — издал я редкий для себя абсолютно одобрительный звук. Кажется, мне повезло наткнуться на местную «богачку». Бассейн с водой не то чтобы большой, но сам факт его наличия на этой умершей планете поражал. Почему я решил, что это именно бассейн, а не стратегический запас питьевой воды? Да все просто — лестница. Вниз, под воду, уходила типичная самодельная лестница из нержавеющего металла.
‍Бассейн был метров пять в длину и столько же в ширину. Но очень глубокий — дна не видно. Я даже слегка опасливо взглянул на черную глубину резервуара, не понимая, зачем кому-то такой колодец. Может, тоже один из ходов? Не удивлюсь.
Еще здесь был душ. Тоже очень чистый, все из надраенной нержавейки. И унитаз такой же, только немного непривычной формы.
Дальше находилась кухня. Здесь я ничего особенного не обнаружил. Холодильная камера, отвод воды для мытья рук, непонятно как нагревающаяся каменная плита. Опять чисто. Едой даже не пахнет.
Я уже было хотел вернуться на кровать и сделать вид, что все время спал. Но не успел — откуда-то сверху раздался жуткий вой, грохот, и грубый, низкий мужской голос заорал будто в жестяную трубу:
— Эй, Хомяк! Открывай, быстро! Да открывай ты, спишь, что ли?!
 Глава 6 
 
Лали
— Крыкс! — Я взвилась над кроватью и очумело завертела головой. — Твою питомку! Че орешь?! — И нажала на кнопку у изголовья раньше, чем проснулась окончательно.
Нажала и вдруг поперхнулась воздухом, когда рука наткнулась на чье-то тело в кровати, а перед глазами встопорщился пестрый хохолок на башке огромного зубастого куцыра.
Главное, тело возле меня дышит как-то тяжело. То ли всполошился Крыксиными воплями, то ли… по дому лазил, пока я спала, и рванул в кровать, чтоб не застукали?
Так, стоп, а чего я вообще спать завалилась посреди дня, да еще с незнакомым мужиком под боком?!
— Хомяк, ты охренела?! — Крыкс уже миновал лаз и забарабанил в стальную дверь. — Чего здесь-то заперлась?! И ваще! Дура, меня чуть не сожрали из-за тебя!
— Куцыра в баню… в смысле, прячь! — шепотом рявкнула я, ногой пихая зверюгу в сторону сортира. — Быс-с-стро! И штаны снимай!
Парень витиевато свистнул, и куцыр пропал. Не убежал, не спрятался, а реально пропал! Нет, я все еще чувствовала тепло его перьев на своей ноге, но больше не видела! Ва-а-а… ладно, потом! Сначала штаны — и сама вцепилась в одежду своего гостя, стягивая с него рубашку и расстегивая ему ремень.
 
— Одеялом накрой, не суетись. Под ним сниму. — Он попытался убрать мои руки со своей ширинки.
— Залезет, — шикнула я, быстро стаскивая через голову верх от комбинезона вместе с бельем. Ногами отпиналась от низа, сдернула до колен штаны с гостя и хрипло рявкнула: