Кукла и дракон (СИ)
– И всё равно я герой! – заявил он, а потом закинул в рот горсть попкорна.
Лера фыркнула, демонстративно отряхнула руки и отвернулась к экрану.
– Нет-нет! – настаивал Ник, по-прежнему не повышая голоса. – Сама посуди, – предложил он и начал перечислять, – я познакомил тебя с новым жанром в кино, дал попробовать солёный попкорн, который ты раньше не пробовала…
– Точнее, избегала, – вставила Лера, но Ник сделал вид, будто не услышал. Лера не исключала, что он действительно её не услышал. Это она, будучи драконом, прекрасно разбирала его слова несмотря на громыхавший звук.
– Считаю, мне полагается награда, – продолжил Ник.
Лера поманила его пальцем. Он наклонился.
– Вообще-то, герои не требуют наград, – заметила Лера.
– А я герой-реалист, – возразил он.
Лера подняла правую бровь, и Ник объяснил:
– Я понимаю, что на энтузиазме и устной благодарности далеко не уедешь, поэтому…
Лера подняла бровь выше. Ник наклонился и прошептал Лере в ухо:
– …туалет или парковка?
После паузы в два долгих вдоха и выдоха Лера резко притянула Ника за шею, заставив ниже наклонить голову, и зашипела ему в ухо самое нейтральное, что пришло в голову:
– Хочешь, чтобы мы ушли ещё до середины сеанса?
Ник с беззвучным смехом высвободился из захвата.
– А почему и нет? – спросил он. – Свой попкорн ты доела. Мой есть не хочешь Концовка будет печальной, и вряд ли ты обрадуешься поплывшему макияжу… Так что выбирай! Или выберу сам.
Лера вздохнула.
– Чертовски заманчивое предложение. Прямо-таки из тех, от которых невозможно!
Ник улыбнулся, значит, услышал. От комментариев на выпад Леры он воздержался, только выжидающе поднял брови. Лера закатила глаза.
– Парковка, – сказала она.
– Правильное решение! – произнёс Ник одними губами.
Лера уловила момент и положила ладонь на плечо Нику, остановив его прежде, чем он встал.
– Но после того, как мы досмотрим фильм, – сказала она.
Ник застыл. Крик из динамиков заставил его отмереть. Ник улыбнулся, покачал головой и отвернулся к экрану. Съехав ниже по сиденью, он вытянул ноги. Картонное ведро оказалось на его животе, и Ник зашуршал попкорном.
Лера тоже вернулась к просмотру. Она не тревожилась за свой макияж – по её прогнозу концовка фильма обещала быть эмоционально терпимой. Ещё меньше Лера тревожилась за Ника. Когда его провокации не срабатывали с ней, он был доволен Лерой в той же степени, что и собой, когда они срабатывали.
***
Лера увидела на платке мелкие чёрные крапинки и остановилась.
– Вот чёрт! – выругалась она, но тут же напомнила себе: «Вдох, выдох. Это не катастрофа».
– У меня есть бумажные салфетки, – произнёс Ник за её спиной.
– Ты имеешь в виду платочки? – Лера посмотрела не него через плечо.
Ник качнул головой и замер. Лера предположила, что случайному человеку, проходившему по парковке и обратившему внимание на Ника, он мог показаться воплощением спокойствия и непоколебимости. У Леры было другое впечатление. «И снова кукла, – мысленно вздохнула она, – не спасает даже чёлка, трепещущая на ветру».
– Салфетки, – повторил Ник. – Я же знал, на что тебя веду. Не думал, конечно, что ты досидишь до конца, но подготовился. – Он пожал плечами. – Хотел предложить их ещё в зале, но ты, как начались титры, сорвалась в спринтерский забег.
Лера не сдержала-таки вздох и отвернулась.
– Давай свои салфетки.
Два раза вжикнула молния, и над плечом Леры появилась небольшая коробка. Она взяла её.
– А зеркало у тебя есть? – спросил Ник.
– А ты и его захватил? – съязвила Лера.
На парковке освещение было приглушённым, но люди ещё не успели подойти, поэтому она сняла очки.
– Нет, – ответил Ник. – Может, приведёшь себя в порядок в салоне?
Лера сунула руку в карман и нажала на кнопку брелока. Машина приветливо моргнула фарами. Ник открыл дверь для Леры. Она фыркнула, но не стала ничего говорить – было дело важнее.
– Почему ты бесишься? – спросил Ник, устроившись на соседнем сиденье.
– Не почему, а на кого, – сказала Лера, рассматривая себя в зеркало заднего вида.
– Ответ вроде бы очевиден.
Лера боковым зрением увидела усмешку Ника.
– О! Так ты понял, что я занимаюсь самоедством?
– Хм, – раздалось с соседнего сиденья.
– Значит, не понял, – прокомментировала Лера.
– А в связи с чем? – поинтересовался Ник и сам предложил ответ: – Не удовлетворена уровнем собственной эмоциональности?
– Ещё варианты будут?
Ник развёл руками. Лера посмотрела на него.
– Обычно в такой ситуации мужчина должен источать самодовольство и повторять как мантру: «А я тебе говорил». Ты же ничем таким не эманируешь и молчишь.
– И поэтому ты бесишься на себя? – Ник поднял брови в искреннем изумлении.
Она покачала головой и вернулась к прерванному занятию.
– Я бешусь на себя за то, что не радуюсь тому, что ты хранишь спокойствие, а думаю о том, что ты должен был бы сделать и как бы это меня разозлило.
– А-а-а… – протянул Ник. – Я понял концепцию в целом… И надолго у тебя это обычно?
Лера в последний раз провела салфеткой по лицу, скатала её в шарик, затолкала обратно в коробку и передала её Нику.
– По пути домой заедем в аптеку, – сказала она, не торопясь при этом включать зажигание.
– Зачем? – удивился Ник. Он прислонил голову к стеклу и, чуть ли не обнявшись с коробкой, не мигая смотрел на Леру полуприкрытыми глазами. «Как кот».
Лера заправила волосы за уши.
– У нас закончились мятные леденцы. И кое-какие таблетки в аптечке нужно заменить. Срок годности истёк.
Ник, дурачась, протянул руку и забрал у Леры очки, висевшие на горловине свитера. Он водрузил их себе на голову.
– Драконы болеют! Кому скажи – не поверят!
Лера фыркнула, но не стала комментировать его выпад, заметив:
– Вот и правильно! Всё равно не твоя форма.
Ник поиграл бровями, что Лера расценила, как: «Это всё, что ты можешь сказать?»
Она вздохнула.
– Драконы очень даже поверят! А ещё могут подробно пожаловаться за здоровье. Не хуже людей.
– Ну надо же! Тогда я воздержусь от разговоров о здоровье в присутствии твоих соплеменников.
– С чего бы это? – спросила Лера. По её мнению, Ник был их тех, кто под настроение мог подёргать за усы тигра. Очевидно, и дракона за хвост тоже.
– Не выношу, когда люди ноют о своих болячках. Раз уж драконы всё делают лучше людей, то и в нытье они должны обставить род человеческий, – объяснил Ник.
Вместо ответа Лера рукой сбила очки со лба Ника на нос. Он рассмеялся, наклонил голову, отчего очки сползли на самый кончик, и в упор посмотрел на Леру своими зелёными глазищами.
«Кто же тебя такого создал?»
– Поехали? – спросил он.
– Вообще-то, мы на парковке, – заметила Лера. – И кое о чём договорились в кинотеатре.
Ник несколько раз моргнул, глядя на Леру, потом отвёл взгляд чуть в сторону. Она предположила, что он оценивал степень многолюдности места и плотность тонировки стекла. Через некоторое время он снова посмотрел на Леру. Она подняла правую бровь. Ник открыл бардачок, забросил туда коробку с салфетками и аккуратно убрал в него очки Леры.
Щелчок отстёгиваемого ремня безопасности прозвучал чрезвычайно решительно.
***
До секса в машине дело не дошло, и не из-за недостаточной плотности тонировки. Этот фактор, как подсказывали драконье чутьё и женская интуиция, Ник и не рассматривал в серьёз. Лера ещё в зале кинотеатра, выбирая из двух вариантов, давала себе отчёт, что в купе им не хватит пространства для манёвра. Но целовались они долго и со вкусом. У Леры впервые в жизни болели губы. Даже драконья регенерация не помогла. Лера не представляла, как чувствовал себя Ник, но выглядел он довольным. Впрочем, в её присутствии он чаще всего был похож на кота, учуявшего валериану, и сумасшедшинка во взгляде разгоралась ярче по мере того, как между ними сокращалось расстояние. Вот, как сейчас, к примеру.