Напиши обо мне роман
Но все-таки неприлично с хипповскими феньками в высшее общество, да?
Что же делать? Выбрать карьеру или человеческое тепло?
Вопрос столетия, прямо хоть роман пиши. Очередной. Где герой символически разрезает леску, объявляя миру о том, что продал сердце миру чистогана за очень большие деньги.
Или наоборот – дерзко демонстрирует фенечку Самому Главному Боссу, а тот как раз ищет в заместители человека, которому важны семейные ценности и некомформность…
В жизни все было проще – купил он пиджак с рукавами подлиннее, да и пошел. Нет, с автором браслета они потом не поженились. Это была просто дружба.
Не «просто дружба», а просто – дружба. Те люди умели дружить без задних мыслей. Я немного скучаю по своей старой компании – точнее, по тем искренним и редким, как оказалось, отношениям.
У Романа на руке я успела заметить браслет из черных шершавых камней, кожаную косичку, что-то стальное, ворох разноцветных узелков и нитей, а потом он одернул рукав и встретил мой любопытный взгляд своим холодным.
Ладно, если он про цвет «Порше» никак не расскажет, про фенечки начинать бесполезно.
2– Погодите! – сказала я чуть бодрее, чем надо. – А вы точно миллионер? Вдруг у вас все же машина в кредит до пенсии внуков?
Сначала спросила.
Потом вспомнила мем.
Потом заржала.
Потом пришлось объяснять, над чем.
Живых мужиков, в отличие от книжных, просто так не заткнешь, они умеют всю душу вынимать, если приспичило узнать, что я ржу над картинкой, где девушка в машине снимает трусики с вопросом «А ты точно… …?»
Точно миллионер?
Точно психолог?
Точно владелец паблика MDK?
Ну и так далее.
Судя по взгляду Романа, мем впечатления не произвел. Ну и ладно, все равно 90 % моих шуток – для внутреннего употребления.
– Так, ладно, как считаем? – вернулся Роман к делу. – Сколько в акциях, в активах, сколько на счетах? На личных или корпоративные тоже берем? Кредиты вычитаем? Гранты куда? Облигации, которые никогда не будут погашены? ПИФы? Расходы на работников? Чистую прибыль? Не, а что ты думала? Так просто узнать, настоящий ли я миллионер?
Зеленые глаза щурились с потаенной насмешкой.
– Такое ощущение, Роман, как вас там по батюшке, что вы из специального комитета по проверке знания матчасти для писательниц любовных романов с миллионерами. Только и ждали случая, чтобы попасться мне на глаза и устроить экзамен!
– А кто тебе сказал, что нет? Вот не сдашь – и будешь писать только про инженеров и программистов.
– Можно еще про сантехников? – жалобно спросила я.
– Про сантехников это уже другой жанр… – с сомнением сказал Роман. – Немецкое что-то.
– Оооооу… – я тоже умею коварно усмехаться. – Ну, на самом деле не такой уж далекий он, этот жанр…
В этот момент он посмотрел на меня с новым интересом, а я прикусила язык.
Враг мой.
Чертова профдеформация.
Слишком спокойно я говорю о сексе. Многие мужчины почему-то принимают это за приглашение. Муж моей подруги, например, как-то счел согласием. Так потом и говорил, что ты же мне намекала! И в гости пришла сама! А я просто делилась какими-то трудностями в написании эротических рассказов и совсем не ожидала его рук в неожиданных местах.
– Ладно, давай смотреть, – Роман сунул мне под нос телефон с открытым приложением одного европейского банка. – Вот у меня на личном счете лежит два миллиона евро. Я уже могу считаться миллионером, налоговую декларацию не надо предъявлять?
Циферки были большие.
Надеюсь, это был и правда депозит, а не кредит.
Хотя какая мне разница-то? Я ж не замуж собираюсь, а убедиться, что он из нужного социального слоя. Так-то миллионный кредит тоже кому попало не дадут. И долгов на такую сумму сложно набрать, если не покупать «порши» всех цветов радуги направо и налево.
Тем временем официант принес наш заказ, и я едва удерживала язык на привязи, пока он расставлял тарелки.
Мой салат съедобным не выглядел, ей-богу.
Ворох зеленых листьев, гранатовые зерна, семена чиа, которые будут коварно застревать в зубах, какие-то полосочки мяса, больше похожие на жилы… Вот только кедровые орешки меня порадовали, но охотиться на них с вилкой – как-то чересчур экстремально, нет? Не еда, а развитие мелкой моторики для младшего дошкольного возраста.
– Ладно, – милостиво согласилась я, художественно перекладывая листики на тарелке с места на место. – Допустим, тест пройден. Давайте вы, Роман, назовете мне самый главный страх богатого мужчины в отношениях с женщиной, а я сверюсь со своим внутренним списком.
– Это легко! Все богатые мужики боятся, что баба с ними из-за денег, – рассмеялся он, откидываясь на спинку стула с бокалом минералки. Его стейк пока отдыхал под крышкой, а я ругала себя за то, что не попросила того же самого.
– Пффффф! Этот страх есть у любого нищеброда, даже если ему на «доширак» приходится три месяца копить.
– Серьезно? – неприятно поразился он.
– Один молодой человек, с которым я встретилась пару раз в глубокой юности… – рассеянно проговорила я, увлеченная ловлей кедрового орешка в своем салате. – Был уверен, что я пошла с ним на свидание, чтобы на халяву сходить в кино. Он-то был, конечно, не какой-то лох, чтобы вестись! И три часа под дождем таскал меня по выставке военной техники в Парке Победы. Но даже моя безропотность и то, что я с ним потом еще полчаса целовалась в метро, его не убедили. Ведь на второе свидание я не согласилась именно потому, что не удался мой коварный план! А вовсе не потому, что после поцелуя он сразу же списком рассказал, что мне надо сменить прическу, носить платья вместо джинсов и сумочки вместо рюкзаков. И купить чулки. Он любит чулки.
– Вау! – Роман вновь наклонился к столу, впиваясь в меня увлеченным взглядом. – Любопытный экземпляр. Ты ведь пошла с ним на второе свидание, чтобы доказать, что не такая?
– Нет, в юности я была жестока! Хотя через месяц нытья он даже назначил встречу в кинотеатре, представьте! Я правда тогда, увы, не вынесла жизненный урок, что, если как следует промариновать мужчину, он сделает все, что ты хочешь. А могла бы стать мудрой женщиной!
Кедровый орешек вновь ускользнул от меня в пещеру под грудой листьев. Да что ж такое-то… Ни в любви не везет, ни в салате!
– Не стала? До сих пор?
– В теории. Только в теории.
Я отвернулась, чтобы не сглатывать слюну, глядя на то, как он ловко разделывает великолепный стейк. Приду домой – закажу пиццу. И съем. Всю. Одна.
– Ла-а-а-а-адно… Вернемся к страхам миллионеров, – Роман прожевал кусочек мяса, отпил воды и продолжил: – Думаю, беспокойства о безопасности близких у твоих нищебродов точно не было. Когда надо учитывать, что если конкурент окажется отморозком, мои жесткие решения в бизнесе могут поставить под удар родителей, сестру, жену…
– Вы женаты? – спросила я, быстро глянув на правую и, на всякий случай, на левую руку. Кольца не было.
– В теории. Только в теории, – отзеркалил он мою недавнюю отмазку.
– Сестра тоже в теории? – фыркнула я.
– Нет, сестра настоящая.
– Странные у вас отношения с воображаемыми друзьями. Зачем придумывать жену, если можно придумать любовницу и менять хоть каждый день? Воображаемая жена – это что-то фрейдистское. Желание контроля?
Боже. Он улыбается.
Половина моих знакомых вообще не поняла бы, что я несу и зачем.
3Я решила свернуть психологические эксперименты над посторонними людьми:
– Хорошо! Дальше! Чего еще боятся миллионеры?
– Еще сплетен. Желтая пресса, скандалы… Обсасывание косточек мне и моей… воображаемой жене, – усмехнулся Роман.
– Не годится. Настоящие мужчины такого не боятся, им плевать на сплетни! – отрезала я. – А как насчет того, что после разрыва женщина сольет секретную информацию конкурентам? Она же невольно будет видеть и слышать много интересного.
– Кххххм… ммм… – он казался озадаченным. – Мне такой вариант в голову не приходил.