Напиши обо мне роман

– Пересмотрел приоритеты.
Как бы иллюстрируя этот «пересмотр», в приоткрывшуюся дверь прозрачного кабинета прошествовала греза-мечта восемнадцатилетнего Романа Витта.
Высоченная, худющая, с ногами от ушей и каблуками непристойной высоты, ну и так далее – вот это все, что он там описал, тут было в наличии. Как и деловой костюм с декольте, открывающим вид на «троечку» и все бесконечные сантиметры ног. Или уже даже метры. Полтора метра ног там точно было.
– Ваш кофе, – мурлыкнула греза-мечта и по совместительству, видимо, секретарша. И выставила две маленькие чашечки на стол. И так же с достоинством удалилась, причем на ее задницу я и сама с удовольствием засмотрелась.
– Держи, – Роман передал мне одно из блюдец. Я вдохнула аромат и замерла от наслаждения. Если на вкус это будет так же волшебно, я передумаю даже возмущаться тем, что меня не спросили, нужны ли сливки и сахар.
Я осторожно попробовала глоточек.
Бли-и-и-ин…
Даже в Италии было лучше только в двух местах: на богом забытой заправке где-то в полях и в кофейне у собора в Милане.
Можно я у него эту длинноногую в рабство заберу, а?
Роман спокойно отпил пару глотков и отставил этот божественный эликсир в чашечке остывать. Как будто так и надо!
Я не смогла оторваться и смаковала глоток за глотком, пока совсем ничего не осталось. Посмотрела в тоске на гущу на дне, узоры которой предвещали мне смерть от сердечно-сосудистых заболеваний, если попрошу еще одну порцию, и вздохнула.
– Так что – ты реально стал миллионером из разорившегося миллиардера, моя шутка попала в точку? – спросила я у Романа, ничуть не подобрев после кофе. Даже наоборот.
– Нет, конечно, – фыркнул он. – Но и не с нуля, разумеется. Отца грохнули на излете девяностых, мать вышла снова замуж, и я взял фамилию отчима, чтобы не светиться как сын «того самого». Первую часть наследства я довольно быстро продолбал, вернулся за второй и тут-то отчим и открыл мне истину, до которой отец не успел допереть.
– О! – я навострила ушки. – Ну-ну-ну! Открой мне главную цыганскую тайну!
– Какую тайну? – не понял Роман.
– Блин! Ты никогда не слышал?
– Нет… – он заинтересовался. – Какая?
– Я была уверена, что у вас, богатых и развратных она точно такая же!
– Ну? – дернул меня он, наклоняясь вперед, чтобы лучше слышать.
Я тоже нагнулась, приблизила губы к его уху – только так следует передавать Главную Цыганскую Тайну – и громко прошептала:
– Краденая лошадь дешевле купленной!
Он отшатнулся и даже откатился на кресле подальше от меня. Покачал головой:
– Вот ты все-таки…
Я махнула рукой:
– Твоя очередь. В чем же миллионерский секрет?
5
Роман тяжело вздохнул. Он-то, небось, всерьез. А я опять…
Но все же сдался:
– «Работать надо не восемь часов, а головой».
– Круто. Но я это уже слышала, – разочарованно протянула я.
Он пожал плечами:
– Это правда. Отец крутился круглые сутки без сна и отдыха. Если б не та роковая разборка, все равно бы не дожил до нынешнего дня, сердце уже шалило. А отчим ничего, до сих пор жив-здоров, до ста лет проживет.
– И ты, значит, не крутишься? – уточнила я.
– Нет.
– Не работаешь круглые сутки? Или хотя бы ночами?
– Неа.
– Не тратишь кучу денег на психотерапевта и кардиолога? Не сидишь в отпуске на пляже с ноутбуком и тремя телефонами?
– Нет, нет и нет, – развел он ладони.
– А как же ответственность? – сощурилась я.
– Делегирую, – хмыкнул Роман. – Вместе с остальной работой. В этом секрет. Когда у тебя много денег – работы меньше. И ответственности меньше. Поверь мне, я однажды успел даже в Макдоналдсе потрудиться. Деньги и работа – не связаны. Вообще. Деньги и свобода – тоже.
– Такой подход вызовет еще больше классовой ненависти у простого народа, – сочла своим долгом предупредить я.
– Да? – он поднял бровь.
– Я вот тебя уже ненавижу, – заверила его. – Раньше утешало только то, что за белую яхту в бирюзовом море ты расплачиваешься стрессом и импотенцией.
– И ты считала, уж если даже ты вешаешься от стресса, то миллионерам хуже? И если надо еще больше нервничать – то ну их нафиг, эти достижения? – насмешливо уточнил Роман.
 
– Типа того.
– Прекрасный подход! – он пожал мою руку. Я не успела ее отдернуть, хотя демонстративно вытерла о платье. – Всецело одобряю. Мне больше достанется.
Я фыркнула. Опять задел. Что-то я сегодня проигрываю по всем фронтам, надо бы подсобраться. Прийти в себя. Проснуться, в конце концов.
В чашечке совсем больше не осталось ни капельки кофе. Я немного грустно посмотрела на стол, где остывал кофе Романа, но еще не пала так низко, чтобы клянчить у миллионеров еду.
Молчание было напряженным. С моей стороны так точно. Чем сильнее стараешься выдумать какой-нибудь непринужденный заход для разговора, тем яснее становится, что спасти беседу сможет только прилет инопланетян.
Очевидно, у Романа таких проблем не было. И напряжения он тоже не ощущал – судя по расслабленной позе.
– Но ведь ты лукавишь… – сказал он, любуясь на тот независимый вид, который я приняла, чтобы не выдавать свою неловкость. – Если б тебе ничего не было нужно, ты бы ничего и не делала. Не писала свои романы – за деньги, кстати! И не сидела бы тут у меня с наглым видом.
– Деньги не главное? – предположила я очевидный вариант.
– Тебе не нужны деньги? – равнодушно-удивленно поинтересовался Роман.
Дескать, ну давай, соври. Мы все будем знать, что ты врешь, но можешь покрасоваться белизной своих одежд.
Хотя, конечно, честно на этот вопрос ответить «нет» невозможно.
Я здоровый меркантильный человек.
Если начать мечтать, стартуя с бесконечного источника средств, то сначала я куплю новый ноутбук – эх, мои пятьдесят тысяч! – потом телефон, туфли, поеду в отпуск в Испанию…
Потом пойдет нормальная еда: стейки не из «Ашана», а из Новой Зеландии, шампанское не из Крыма, а из Франции.
И отпуск не раз в год, а три! Даже четыре! Шесть! Вообще переехать в домик на берегу моря!
Личного повара, чтобы не отвлекаться на готовку. С диетологом – чтобы подобрали рацион на котором я эффективнее, здоровее и пишу быстрее.
Машина. «Поршик». Можно черный, я не гордая. И Феррари. Красненькую.
Самолет личный – чтобы в отпуск, минуя орущих младенцев в салоне… а лучше прямо необитаемый остров, да?
Только начни мечтать, разворачивая свои желания на максимум – и человеческая жадная натура возьмет верх.
– Да при чем тут деньги… – поморщилась я. – Фишка же еще в том, чем именно ты занимаешься ради них. Можно ведь старушкам фуфломицины от рака впаривать втридорога. А можно писать сказки про миллионеров.
– Совершенно верно, – довольно кивнул Роман. – Но ты сама себя выдаешь именно своими сказками. Творчество закрывает самые сквозящие дыры в жизни людей. Тебе остро не хватает денег – отсюда и мечты о миллионерах.
– Согласна, – я даже не стала спорить.
Вдосталь денег, чтобы приехать в «Икею» и кои-то веки купить там ВСЮ фигню, на которую падает взгляд, и НИЧЕГО не выложить у кассы – это вообще мой эротический сон.
Допускаю, что у кого-то мечты будут побогаче – про туфли Джимми Чу или кольца «Тиффани». А то и про французскую кондитерскую, где можно попробовать все стопицот пирожных и тебе за это ничего не будет – ни жира на жопе, ни лишних пятидесяти километров на велотренажере.
– Но чего еще, судя по романам, тебе не хватает… – вкрадчивым шепотом произнес Рома, наклоняясь ко мне вновь так близко, как при обмене «цыганско-миллионерскими» тайнами.
– Чего же?.. – заинтриговано спросила я, бездарно на это ведясь.
– Мужика хорошего! – мурлыкнул он мне на ухо самым сладким и бархатным тоном, который только сумел изобразить своим великолепно поставленным голосом.
– Да бля! – я чуть рефлекторно не засветила ему между ног.
А будь на мне те туфли на платформе, не удержалась бы!