Робби (СИ)
Лиз резко замолчала и отвернулась к лобовому стеклу, сильно прикусив щеку изнутри. Хотя на самом деле заткнуться стоило на одно предложение раньше. Роберт ничего не сказал. Или просто не знал, что сказать. Оно и к лучшему, пусть молчит, чтобы не сделать хуже.
На передней панели под стеклом все еще лежал пакет с пончиками. Выпрыгивая из машины возле дома Дадли, Элизабет не захватила их с собой. Дурацкие пончики с дурацкой начинкой. Теперь Лиз будет ненавидеть шоколадную начинку где бы то ни было. За тот короткий миг, когда Робби стирал с ее губ шоколад, она успела размечтаться и затем упасть на дно черного колодца. Сколько еще будет продолжаться вся эта медленная пытка? Пора заканчивать фарс.
Падающих и разбивающихся о лобовое стекло капель с каждой секундой становилось все больше. И с каждой новой в душе Лиз прибывала решимость. Как это ни странно, миссис Дадли и мистер Хиггс очень вовремя решили совместно приготовить обед. Робби правильно заметил: теперь его мать не будет лезть в его жизнь. А значит пришло время расторгнуть договоренность. Сейчас. Как пластырь сорвать. Сначала ранка будет болеть, но без пластыря быстрее затянется и заживет. Дружба Робби была пластырем, приклеенным к нарыву.
Дождь вдруг зарядил со страшной силой, накрывая машину настоящим водопадом. По стеклам потекли стены воды, размывая пейзаж, как в линзах очков. Погода замечательная. Лучше не придумаешь. Элизабет шумно втянула воздух.
— Послушай, Робби…
— Слушаю, — перебил парень, скрестив руки на груди.
— Раз уж все так сложилось, я думаю, тебе уже не нужно прикрываться от матери мнимой подружкой, — быстро проговорила Лиз и замолчала, чтобы перевести дыхание.
Роберт нахмурился.
— Продолжай.
— Я думаю, нам уже сейчас можно «расстаться друзьями». У миссис Дадли появилась личная жизнь, она не станет сильно мучать тебя вопросами. А со своей мамой я справлюсь. Тебе даже не обязательно тащиться на этот обед…
Все. Слова закончились. Элизабет выдохлась на половине фразы, но самое главное она сказала. И даже не заикалась, что можно посчитать достижением.
— Подожди, — коричневые брови еще больше сошлись на переносице. — Ты хочешь расстаться? — в голосе Роберта сквозило неподдельное удивление. — Сейчас?
Нет, не хотела. Но лучше сейчас. Пока не стало хуже.
— Да, — выронила Лиззи. — То есть, мы же не обязаны не общаться совсем… Ничего же не изменится, просто тебе больше не придется усаживать меня к себе на колени и… и все такое.
Она попыталась улыбнуться. Вряд ли улыбка вышла настоящей, скорее всего она напоминала жалкую гримасу. Робби ничего не отвечал. Его синие глаза хмуро вглядывались в лицо Лиз, взгляд бешено метался от лба к подбородку. Элизабет хотела отвернуться. Натянутая улыбка уже начала сползать вниз, и только сила воли заставляла удерживать кончики губ приподнятыми.
— Ладно, — наконец бросил Роб. — Если ты этого хочешь.
Он добьет ее своим недоверием. Элизабет интенсивно кивнула, чтобы уж точно развеять все сомнения парня.
— Конечно, это ведь логично, да? — Лиз тихо сглотнула. — Все к лучшему. Мы все равно собирались разойтись ближе к Рождеству, а несколько недель не изменят ситуацию.
Роберт резко отвернулся к лобовому стеклу, схватился за ключ в зажигании и завел пикап.
— Как скажешь, — бесцветно пробормотал он. — Логика — это важно.
Тойота сорвалась с места. Включились «дворники», стали разбрасывать стену воды и открывать взгляду дорогу. Лиз вжалась в сиденье. Не говоря больше ни слова, Роб вел машину по Кливдону, на полной скорости сворачивая из улицы в улицу, и всего за две минуты выехал на Дарбин Парк Роад. Тормоза громко скрипнули у коттеджа Хэйлов.
Робби Дадли очень спешил избавиться от своей Ягодки.
Элизабет нажала на кнопку чтобы отстегнуть ремень, и он легко поддался. Какое счастье. Хоть в этот раз не пришлось краснеть из-за ерунды. Дождевая туча начала отступать, уносимая ветром, стена воды обмельчала так же внезапно, как и появилась, и ничто не мешало открыть машину и пробежать небольшое расстояние до крыльца. Но Лиз продолжала сидеть на месте. А Роберт молча ждал.
— Не так давно я приезжала сюда одна, — неизвестно зачем начала Элизабет.
Но он должен знать. Чтобы потом не вышло недопонимания. Хотя, какое недопонимание может быть между людьми, которые не общаются?
— Я встречалась с подругой, и видела твою мать с Хиггсом, — все-таки продолжила Лиз. — Мы столкнулись у входа в кафе на набережной. Прости, что не сказала раньше, я забыла. Не предполагала, что это окажется так важно.
Роб смотрел прямо перед собой.
— Не думай об этом, — спокойно прогудел он. — Все хорошо.
— Ладно…
Вот теперь, вроде бы все…
— Не пропадай совсем, хорошо? — взглянула на него Лиззи.
Он коротко кивнул.
— Хорошо. Ты уверена, что справишься с матерью за обедом?
— Все будет нормально. Худшее позади.
Она дернула за дверную ручку, холодный воздух проник в салон и забросил несколько дождевых капель. Элизабет резко подалась назад. Вспомнила еще одну деталь. Глупую и неважную, но хуже все равно уже не будет. Она привстала на сиденье, подалась в сторону и быстро поцеловала веснушчатую щеку прямо над линией роста бороды. Если бы раздумывала чуть дольше — никогда бы так не поступила.
Роберт на секунду остолбенел. Повернулся к Лиз, коричневые брови ошеломленно выгнулись.
— Твоя мама просила передать, — пробормотала Элизабет, опережая его вопрос. — Тогда, на пороге кофейни она торопилась уйти и просила поцеловать тебя от ее имени. Это я тоже забыла сделать.
И с этими словами она выскочила на улицу.
Точно все. Конец.
Роберт проследил, как Лиз пробежала по дорожке, в два прыжка оказалась на крыльце и скрылась в доме. Только когда за нею закрылась дверь, он вырулил на середину полосы, переключил передачу и, стремительно набирая скорость, стал отдаляться от дома Хэйлов.
Оттуда, где его только что бросили.
И, казалось бы, ничего особенного не произошло. Школьные годы хорошо его подготовили, он научился стойко принимать отказы. Когда-то давно длинный, худой, смешной Робби Дадли мялся с ноги на ногу, пытаясь пригласить красотку Ханну Мастерс на выпускной. Она отказалась. Обняла его тощую фигуру, посмотрела сочувственно и сказала: «Прости, Робби, но я уже пообещала пойти с Диланом. Может, ты пригласишь Амелию?». Тогда Роб кивнул и улыбнулся. Но никакую Амелию звать не стал. Амелия не была ему нужна.
Сегодняшний разговор в машине будто отбросил взрослого, двадцативосьмилетнего Роберта Дадли назад на десять лет. Только в этот раз на месте Хани была совсем другая девушка, а Роб не успел ничего сказать. Она все решила, все продумала… Она не хотела иметь с ним ничего общего. И привела хорошие, логичные доводы. От которых его затошнило.
Участки с коттеджами и низкими заборчиками быстро мелькали за окном. Дорога сделала поворот, потом еще один и Тойота оказалась на параллельной улице. Куда он ехал? Зачем? Роберт вдавил педаль тормоза в пол, машина замерла. Единственная на дороге. Ветер менял свое направление каждую минуту, гоняя дождевую тучу туда-сюда по небу, и стену дождя заодно. Никто не хотел в такую погоду выползать из теплых помещений. Никто не сигналил водителю-идиоту, поэтому можно было не двигать пикап к тротуару. Роб сложил руки на руле и уперся в них хорошо-заросшим подбородком.
Шутка о том, что некрасивый мальчик Робби Дадли ждет свою Элизабет, была в ходу всю его юность. Сам Роб никогда не думал об этом всерьез. Никогда не предполагал, что все-таки дождется. Однако Вселенная слышит все, просто иногда на обработку запроса уходит много времени. Но она все-таки исполнила мечту, бросила ее под колеса Тойоты в один такой же дождливый день. И надо же было так все профукать!
Дождь вернулся окончательно и окружил машину плотной завесой. Щетки продолжали скрипеть и бешено смахивать воду со стекла.
Сегодня мечта почти прямым текстом послала Роберта в задницу. А Роб не попытался ничего изменить. Принял факт, как взрослый, адекватный человек. В старшей школе он смог пережить отказ Ханны Мастерс, но тогда было и в половину не так паршиво, как сейчас, в этом поливаемом с небес пикапе на пустой кливдонской улице. Хани была девчонкой, в которую влюблялись, которую хотели. И она не шла ни в какое сравнение с Элизабет Хэйл. Тихой, замкнутой, но с револьвером в кармане большой парки. Кто-то же должен помогать ей перезаряжать магазин при отстреле придурков. Кто-то должен заставлять ее спать по ночам и варить нормальный кофе…