Робби (СИ)
Карин ничего не замечала. Она внимательно пробегала красным ногтем по мелким строчкам своего меню, черная прядь упала на лицо и на страницу, а яркие губы тихо проговаривали наименования. Официантка снова бросила на посетительницу косой взгляд. Взяла ручку, с каменным лицом нацарапала что-то в своем блокноте, выдрала лист и протянула Робби.
«Она напьется, начнет разносить ресторан и раздевать тебя прямо здесь. И сама начнет раздеваться и садиться к тебе на колени. Попытки увернуться она считает флиртом»
Что-то такое он предполагал. Вечер изначально был обречен, но кто знал? Скомкав блокнотный лист, Роб спрятал его в кармане джинсов, поднял взгляд на официантку и молча кивнул. Развернувшись на пятках, девушка снова исчезла. Что ж, ей легко говорить. А Роберт привык был джентльменом. Как ему выпутываться из этой ситуации? Нужно было сидеть дома в компании пива и телевизора, и восхвалять ту высокую любовь, которая была между ним и Лиз. Все-таки отношения с Ягодкой — это самые светлые отношения, какие могут быть.
— А куда она снова удрала? — опомнилась Карин, подняв голову и оглянувшись по сторонам. — Я готова заказать.
— Я не готов, — возразил Роб. — Она дала нам еще немного времени.
Девушка нахмурилась. Будто и забыла, что кто-то кроме нее хочет поужинать. Но тут же исправила оплошность, улыбнувшись той же соблазнительной улыбкой.
— Ну раз так, то я отойду. Мне нужно позвонить… Буду стоять вон там.
Она ткнула пальчиком в сторону выхода из зала, встала и, не дожидаясь ответной реплики, пошагала, утопая каблуками в ковре. Она отлично ориентировалась на местности, что еще раз подтверждало опасение официантки, но никак не помогало с планом побега. В раздумьях Роб взглянул на свой мобильник, лежащий на столе. Взял его в руки, покрутил в пальцах. Идея, пришедшая в голову, была спонтанной. У него же уже есть девушка! Живая, настоящая. Ходит, говорит, и скорее всего прячет револьвер за пазухой… Робби разблокировал экран и быстро набросал сообщение.
19.56 Малыш: «Спаси меня»
Ответ не приходил. Роберт украдкой взглянул в ту сторону, куда ушла Карин, девушка стояла на месте, обнимала себя за талию, и достаточно громко хохотала в трубку. Когда смартфон пискнул сообщением, Роб ухватился за него. Оказалось, прошла всего минута, а он думал — вечность.
19.57 Ягодка: «Я постирала костюм Женщины-кошки»
19.57 Малыш: «Я пошел на свидание (настоящее) и сейчас меня хотят поиметь. В прямом смысле»
И снова она молчала. На этот раз целых две минуты. Для человека с хорошей выдержкой, у Роба подозрительно быстро начинали сдавать нервы.
19.59 Ягодка: «Для парня, которого никто не хотел поиметь до второго курса университета, ты слишком привередлив»
Робби хохотнул. Это внезапно проявляющееся чувство юмора радовало каждый раз. Нет, Карин определенно и в подметки не годилась его Ягодке.
19.59 Малыш: «Стейк-хаус «Окс». Ты моя подружка и должна меня спасти».
19.59 Ягодка: «Ладно. Отбивайся от нее вилкой. Скоро приеду»
* * *Лиз вышла из такси на Корн-стрит и сразу нырнула в здание с высокими колоннами. Она была здесь впервые, понятия не имела, где искать Малыша, но если верить сети, то здание верное. Осталось разобраться, на каком этаже находится именно «Окс».
У Элизабет выдался спокойный вечер. Она не бегала за девушкой в фате и парнем в костюме-тройке, не снимала беременную женщину с пинетками, не пряталась по кустам, пытаясь поймать хороший момент для лавстори. Она сидела дома, в пижаме, с ноутбуком, работала над уже готовыми фотографиями с фатой, пинетками и кустами. А потом пришло сообщение.
Что испытала Лиз, когда узнала, что Робби пошел на свидание? Сложно сказать. Будто тонкая невидимая игла проткнула ей живот, а горло сдавило стальными обручами. Она пыталась ругать себя за глупость и необоснованность своих маленьких тихих надежд, но это не помогало. Обручи держали, игла колола. Однако Лиззи нашла в себе силы ответить и даже пошутить. Поэтому сейчас она поднималась по незнакомой глухой лестнице в незнакомую забегаловку чтобы забрать своего не-парня от похотливой девицы. И все это вместо того, чтобы просто послать Робби в задницу.
Поднявшись на верх, Элизабет вышла в красно-рыжий зал. Как здесь можно проводить вечера? Темно, как в подвале, вычурность интерьера давит тяжелым грузом, а если напиться, то можно возомнить себя обитательницей французского борделя середины позапрошлого века. Элизабет прищурилась и пробежала взглядом по залу. Людей собралось достаточно. Место пользовалось популярностью. Роберта она заметила не сразу, а когда заметила — злорадно хохотнула: его рыжий стог волос сливался со стенной. Наверняка, он и сам это знал. Брюнетка, сидящая напротив, что-то рассказывала, бурно жестикулируя над почти пустым бокалом вина, в то время как сам Малыш был заметно напряжен. Его пальцы барабанили по крышке стола.
Лиз нашла свое отражение в маленьком зеркале на стене, поправила шапку, глубоко вдохнула и ринулась в бой. Пора спасать беднягу. Роберт заметил ее приближение сразу. Его поза, до того скованная и зажатая, почти неуловимо изменилась, плечи опустились, глаза Малыш воздел к потолку. Радовался. Возносил хвалу создателю. Лиззи остановилась возле стола, уперла кулаки в бока, и попыталась сделать самый злобный вид, на который была способна.
— Ну надо же! — воскликнула она.
Робби не растерялся.
— Ягодка? — его синие глаза расширились от ужаса.
— Ты клянешься мне, что пойдешь в паб с друзьями, а сам…
Люди за соседним столиком переглянулись и без лишней скромности уставились на театральную сцену. Как-то Лиззи не подумала о зрителях…
— Ягодка, это не то что ты подумала, — выдал Роб самую банальную фразу из всех банальных фраз.
— Я не понимаю, — удивленно округлила яркие губы брюнетка. — Роберт, ты же говорил, что у тебя никого нет!
— Он так говорил?! — почти взвизгнула Лиз, удивляясь способности собственного голоса.
Наверное, именно так она верещала бы, если бы имела на рыжего засранца хоть какие-то права. На самом деле ей почти не приходилось эмитировать.
— Э-эм, я не говорил… — пробормотал Робби.
Посетители еще за двумя столиками перестали делать вид, что увлечены едой. Брюнетка чуть не выронила бокал.
— Но ты согласился пойти со мной! — воскликнула девица.
— Но я не сказал, что у меня никого нет…
Лиззи закрыла глаза руками и издала горестный всхлип. Очень правдоподобный.
— Нет, я так больше не могу. Я прощала тебя десятки раз… Можешь не возвращаться домой. Не открою…
И с этими словами она развернулась на пятках и пулей полетела к выходу. Элизабет старалась не думать, какой идиоткой выглядит в глазах всех посетителей. Весь зал перестал жевать и провожал ее взглядом. Плевать. Ее миссия была исполнена. Сейчас все дело за самим виновником трагедии.
— Ягодка! — услышала Лиз, уже свернув за угол.
Дальше она не побежала. Остановилась, прижалась к стене и несколько раз глотнула воздух, который вдруг закончился в легких. В образовавшейся тишине зала было слышно, как громко отодвинулся стул, как застучали шаги несмотря на мягкий ковер. Через мгновение Робби оказался рядом. Ромео догнал Джульетту. Он хитро ухмыльнулся тем краешком губ, в котором поблескивало кольцо, взял Лиз за руку и потащил к выходу. Слов не говорил. Боялся быть услышанным? Но, сделав несколько размашистых шагов, затормозил. Ему в грудь почти врезалась откуда-то взявшаяся официантка.
— Поздравляю, что отделались, — заговорщицки прошептала девушка, мило улыбнувшись сначала Робу, потом — Лиз.
Роберт с опаской оглянулся, потом снова перевел взгляд на официантку.