Робби (СИ)
Хельга Петерсон
Робби
ГЛАВА 1
Капли дождя били в стёкла автобуса и быстро слетали, уносимые ветром. Серое октябрьское небо намекало, что солнечных лучей англичане дождутся не слишком скоро. В марте. А пока можно переходить на витамин-Д в капсулах и растворах.
Автобус «Бристоль-Кливдон» монотонно гудел, вгоняя в лёгкую дрёму. Этот звук был слышен даже через наушники, он вмешивался в медленную песню, создавая характерный фон. Элизабет прислонилась лбом к стеклу и вздохнула. Как ни странно, она всегда любила автобусы и поезда. Особенно, если предстояла длительная поездка. В это время можно заткнуть уши и поспать. Редкий приятный момент. Лиззи катастрофически не хватало сна, поэтому поездок на дальние расстояния она ждала с предвкушением. Даже если «дальними» считались каких-то пятнадцать миль.
Белая разделительная полоса на асфальте сливалась в одну линию. От этого мельтешения веки отяжелели и медленно опустились. Сквозь гитарный перебор раздался резкий хлопок. Лиз мгновенно распахнула глаза, сердце пропустило удар и провалилось в желудок. Тут же автобус мотнуло в сторону, прозвучал скрежет тормозов, Элизабет впечаталась лицом в стекло и сразу же её отбросило на спинку сиденья. И всё стихло. Что за чёрт? Выдернув из ушей наушники, Лиз потёрла правый висок и скулу. Если останется синяк, придётся долго объясняться с родителями. Осторожно, как сурикат, она выглянула из-за спинки противоположного кресла и посмотрела по сторонам.
— Все живы? — прозвучал взволнованный голос водителя.
Он настороженно осматривал салон, в ответ по автобусу прокатился недовольный ропот.
— Какого хрена? — выкрикнул белобрысый толстяк, сидящий по левую сторону прохода. Элизабет отметила, что его живот не позволил ему как следует прочувствовать шторм.
— Похоже, колесо лопнуло! — выкрикнул ещё один голос.
— Давайте не будем паниковать!
— А кто паникует?
— Тихо! — перекричал всех водитель. — Сохраняйте спокойствие, я сейчас приду.
Он открыл дверь и вышел в дождь. Лиззи тяжело вздохнула, закрыла глаза, упала назад на мягкую обивку. Просто прекрасная кульминация этого чёртового дня. Может, дальше неприятности пойдут на спад? Сначала Лиз проспала, опоздала на встречу с заказчиками, долго извинялась и пришлось пообещать бешеную скидку на услуги. Заказчики не уложились по времени, и Элизабет опоздала на предыдущий автобус. Проезжающая мимо машина обрызгала ей ноги до колена. И как пик счастья: следующий по времени автобус, в который Лиззи запрыгнула почти на ходу, сломался посреди трассы М5. А с неба льётся вода. Ну не прелесть?
Водитель вернулся в автобус спустя минуту, с его темных с проседью волос стекали ручейки.
— Лопнуло, — подтвердил он непонятно кому. — Я позвонил на станцию, но неизвестно, когда приедет другой автобус. Все заняты.
И снова недовольный ропот прокатился над спинками кресел.
— И что нам делать?
— Я опаздываю, у меня дантист в три!
— Полечишь зубы в другой раз, Фанни.
— Но я с трудом записалась!
— Пожалуйста, перестаньте, — попытался вмешаться водитель. — Нам еще повезло. Лопнуло заднее. Если бы переднее, то мы бы уже сделали сальто.
Гул и ропот стихли. Очевидно, все пассажиры представили сальто. По крайней мере Элизабет представила. В красках. И тут же вздрогнула.
— Так что сядьте, дамочка, и ждите, — поставил точку водитель и царственно опустился на своё место.
Первая волна шока прошла очень быстро и снова полетели ропот, шепотки, тихое возмущение. Невозможно ожидать, что люди и правда оценят счастья жизни. Никто не видел ничего радостного в том, что лопнуло заднее колесо. Всех захлестнул факт простоя на дороге в промозглый осенний день. Элизабет тоже не долго просидела с чувством облегчения. Её в очередной раз за сегодня накрыла безысходности. Она непростительно опоздала. И опоздает еще непростительнее, если будет сидеть и ждать помощи. У Марго день рождения, мама просила приехать пораньше, но как обычно всё шло не так. Вряд ли оправдания в виде лопнувшего колеса будет достаточно.
Лиззи снова тяжело вздохнула. Она вынула из объёмного рюкзака резинку для волос, собрала розовые пряди и связала в короткий хвост. Набросила на голову капюшон чёрной парки и встала со своего места. Продвигаясь по проходу к выходу, Лиз с тоской смотрела на свои мокрые до колена ноги. Что ж. Пора, очевидно, соблюсти равновесие — намокнуть полностью.
— Ты куда? — хмуро спросил водитель, когда Элизабет оказалась возле двери.
— Откройте, я пойду пешком, — пробурчала она в ответ.
— Десять миль?
— Угу.
Брови водителя переместились на лоб.
— В дождь?
— Угу.
— Ты ненормальная?
Лиззи закатила глаза. Какое ему дело?
— Что-то вроде того.
Аргумент оказался неоспоримым. Мужчина сощурился, впился в Элизабет долгим изучающим взглядом, внимательно осмотрел капюшон, типа-как-непромокаемую парку, джинсы, мокрые ниже колена, и рифлёные ботинки с множеством заклёпок, замков и цепей. Лиз было всё равно, что он подумает. Она молча ждала, когда он нажмёт на кнопку и впустит в салон холодный воздух. Примерно через полминуты водитель так и поступил. Глядя Лиззи в лицо, он потянулся к панели и открыл дверь.
— Спасибо, — пробормотала Лиз, развернулась и соскочила со ступенек.
Прежде, чем дверь снова закрылась, в спину полетело замечательное «маленькая дурочка».
— Не такая уж и маленькая, — прошептала Лиззи теперь уже сама себе.
Она поправила на плечах массивный рюкзак, спрятала руки в глубокие карманы куртки и пошагала в сторону Кливдона.
Парка оказалась непромокаемой до определенного момента. Примерно через милю сырость проникла под ткань, к толстому тёплому джемперу. Элизабет быстро шла вперед, выпростав в сторону руку с поднятым вверх большим пальцем, но за милю пути никто так и не остановился. Что за люди? Неужели не жалко одинокую бредущую фигурку с рюкзаком наперевес? Дождь не усилился, и это было хорошо. Если бы он перерос в ливень, ситуация выглядела бы куда плачевнее. Хотя и так было не смешно. Лиз проклинала этот день. Почему её сестра вздумала родиться именно сегодня? Почему именно сегодня будильник не сработал, а заказчики оказалась очень разговорчивыми? Нельзя было выбрать день, хотя бы без дождя?
Рука устала и начинала ныть от постоянного нахождения навесу. Волосы под капюшоном растрепались. Элизабет остановилась, резко опустила руку вниз, потрясла ею, и та от сброшенного напряжения начала мелко дрожать. Стянув с головы капюшон, Лиззи сняла резинку, тряхнула головой, стала снова собирать розовые волосы. Мама будет не в восторге. Легко представить, что она скажет про эту прихоть.
«Лиззи, милая, разве помощники юристов могут красить волосы в такой цвет? А что за ботинки? Разве у тебя на работе нет дресскода».
Дресскод был.
И бледно-розовые волосы — это не то, что хотят видеть в юридической фирме. Но мама об этом не узнает.
На горизонте показалось тёмное пятно. Машина. Элизабет в очередной раз подскочила к краю проезжей части и выбросила руку с поднятым большим пальцем. На самом деле она уже не слишком рассчитывала на успех. Машин почему-то было не много, все куда-то спешили, на одинокого путешественника никто не обращал внимания. Чёрная Тойота-пикап не стала исключением. Автомобиль промчался мимо, брызнув грязным фонтаном из-под колёс. Ну конечно. Лиззи зло ругнулась, опустила руку, спрятала её в карман и развернувшись на пятках чтобы продолжить движение. И осталась стоять на месте, не доверяя тому, что видит. Чёрный пикап прижался к обочине и медленно сдавал назад. Да не может быть! Схватившись за лямки рюкзака, Элизабет сорвалась с места и побежала навстречу «пятящейся» Тойоте.
Оказавшись рядом с пассажирской дверью, Лиз припала к опустившемуся стеклу и всунула голову в салон.
— Куда идёшь? — вырвался ей навстречу густой баритон.