Роковая фантазия (СИ)

Комната погрузилась в темноту, и только приглушенный свет уличного фонаря едва пробивался сквозь плотные шторы. Подойдя ко мне, Фил положил руки на мои бедра и с силой сжал их. Его губы замерли в сантиметре от моих.
— Я хочу сегодня сделать то, что еще никогда не пробовал…
Затаив дыхание на несколько секунд, я ждала продолжения.
— Полетаешь со мной?
«Поднебесный оргазм» — то, о чем я слышала множество раз. Эта необычная способность, дарованная Реджере, в тысячи раз более интимная вещь, чем секс. «Летают» только влюбленные, только те, кто собирается посвятить жизнь друг другу.
Я без сомнений кивнула. Фил сразу же впился в мои губы властным поцелуем и ближе прижался ко мне. Головка члена коснулась моего лона, и я замедлила движение губ, предвкушая желанные ощущения.
Стон вырвался из моей груди, когда член вошел в меня на полную длину.
— Тише, тише, — прошептал Фил, обжигая горячим дыханием мои губы, истерзанные поцелуями. Он медленно двигался, крепко держа руками мои бедра. Но это было настолько приятно, что меня захлестывали с головой волны наслаждения. Я обвила руками шею Фила и прижалась к его губам своими, топя стоны в поцелуе.
Темп начал становиться быстрее — и Фил оторвался от моих губ лишь для того, чтобы встретиться со мной взглядом. В его глазах искрились огни в завораживающем танце. Они гипнотизировали, манили к себе, подчиняли — я не могла ни моргнуть, ни отвести взгляд. Наслаждение в теле множилось с каждой секундой, мир словно растворялся, оставляя лишь нас двоих.
Огни вспыхивали все ярче, безумнее кружились в танце. Я теряла ощущение прохладного подоконника подо мной, но сильнее чувствовала единение с Филом. Мое тело будто находилось в невесомости, закон притяжения больше был не властен над нами, мы взмывали к небесам. Мощный оргазм приближался с невероятной быстротой. Все наслаждение концентрировалось и собиралось внизу живота, будто образуя бомбу, которая должна была вот-вот взорваться.
Я с замиранием сердца насладилась последними мгновениями перед взрывом — и мое тело сотряслось в сладкой судороге. Блаженное удовольствие прокатилось волной и заполнило собой каждую клеточку. Закрыв глаза, Фил крепче прижал меня к себе.
Земля позвала обратно. Ощущение падения и окружающих предметов смешались. Я вновь почувствовала под собой подоконник и прикосновение шторы к спине.
Растворяясь в эйфории, мое тело совершенно обессилело. Фил поднял меня на руки и отнес в постель.
Торопливый стук в дверь мгновенно вернул меня к реальности. Как хорошо, что я ее закрыла! Мать точно бы не постеснялась войти.
— Илона! Что ты там делаешь?
Мой голос наверняка сейчас будет звучать непривычно. Я боялась вымолвить хоть слово.
— Илона! — Стук в дверь стал громче. — Зачем ты заперлась? Открой немедленно!
Мы с Филом многозначительно переглянулись. После чего он, стараясь не шуметь, слез с кровати и принялся одеваться.
— Мам, я уже сплю!
— Еще минуту назад я слышала какой-то непонятный шум в твоей комнате. Чем ты занималась?
Подняв с пола мои вещи, Фил бросил их мне на кровать. Я быстро спрятала под подушку порванный сарафан, а трусики надела.
— Фитнесом занималась я!
— Не похожи эти звуки на занятия фитнесом. Да и кто в такое время им занимается? Открой сейчас же!
Фил быстро чмокнул меня в губы и прошептал, что сейчас вернется, а в следующий миг уже раздвинул шторы и перелез через подоконник. Я услышала гулкий удар о землю, после которого прозвучало несколько неразборчивых слов. Подавив в себе смешок, я громко сказала:
— Подожди, сейчас открою.
По пути к двери я достала из комода ночную рубашку и, когда ее надела, открыла защелку. Мать ворвалась в комнату, словно ураган, и принялась испытующим взглядом осматривать ее.
Хоть следов от секса не осталось никаких, я с бешено колотящимся сердцем наблюдала за матерью. Несмотря на то что Фил ей явно нравится, она бы не оценила его поступок. «Гости должны заходить в дом через дверь, а не через окно!» — крича, заявила бы она.
Когда уже казалось, что мать сейчас, полная недовольства, уйдет, ее пристальный взгляд внезапно переметнулся на меня.
 
— Почему у тебя так лицо раскраснелось?
Открыв рот, я не знала, что ответить.
Еле слышный звон колокольчиков донесся с первого этажа. Наконец-то моя мечта сбылась — во входную дверь, без сомнений, звонил Фил.
  
Эпилог
 
— Расскажи мне о плане Себастьяна.
Фил сам бы в жизни не завел разговор на подобную тему — это я поняла спустя долгие месяцы, которые томилась в ожидании. Но любопытство в конце концов меня съело. Притом я хотела уловить связь между теми событиями, что однажды кардинально изменили мою жизнь.
Из груди Фила вырвался тяжелый вздох.
— Уверена, что хочешь знать?
— Да.
— Я бы не советовал…
— Ты не помнишь, как обещал Командиру мне обо всем рассказать?
— Нет.
Снова он окружил себя ледяной стеной. Давно я его таким не видела. Может, зря заговорила о Себастьяне, все-таки он был когда-то его лучшим другом. И наверняка Филу до сих пор больно.
Но разве хорошо держать все в себе? С того времени, как Фил вернулся, он постоянно избегает разговоров о погибшем Императоре, а когда в нашей дружной компании кто-то упоминает Себастьяна, он под любым предлогом уходит.
И сейчас, будто по привычке, Фил отошел от меня. Подступив к бильярдному столу, он принялся собирать шары.
— Сыграем еще?
— После того как ты расскажешь.
С раздраженным видом Фил оперся руками о бортик стола.
— Тебе не нужно об этом знать!
— Почему?!
— Потому что этот план в большей степени касался тебя!
Воздух заискрился между нами. После громко сказанных слов Фила, тишина давила на меня. Я понимала, что Фил хочет уберечь меня от вероятно шокирующей информации, но куда хуже не знать о ней и теряться в догадках.
— Дорогой, все уже осталось в прошлом, — заговорила я спокойным голосом. — То, что ты мне расскажешь, никак не повлияет на будущее.
— Обещай.
Мои глаза расширились. Неужели план Себастьяна, хранившийся в памяти Фила, до сих пор может повлиять на нашу жизнь? Не верю.
— Хорошо, обещаю.
Взгляд Фила метнулся к лестнице, которая вела на первый этаж нашего новенького дома. Бильярдная комната — единственное место, где в последние дни не шел ремонт, поэтому мы проводили здесь много времени. И сейчас Фил явно планировал, как меня словить в случае того, если я захочу удрать.
— Не буду я сбегать.
Не обращая внимания на мои слова, он подошел ко мне и, взяв за плечи, развернул меня так, что теперь закрывал своей спиной путь к побегу. После чего наконец-то начал рассказ.
— Однажды наш Инспектор поймал буйную девушку, которая сбежала из вашего лагеря. Она заявляла, что владеет бесценной информацией для Императора. Скорее всего, в прошлом она каким-то образом узнала о том, что Командир хранит секретную книгу, и теперь хотела продать сведения об этом. Себастьян сразу же допросил ее и не отпускал от себя до самого конца.
Видимо, Фил говорил о той девушке, которая погибла вместе с Императором в самолете.
— Информацию нужно было проверить. И Себастьян отправил в лагерь меня. Никто, кроме нас двоих и бывшего Императора, не знал о секретной книге, причем он настолько к ней привязался, что при передаче трона не отдал ее Себастьяну, а хранил у себя. Лишь раз в неделю разрешал в течение часа читать ее под присмотром. Поэтому мой друг чуть не озверел, когда узнал, что дом бывшего Императора подорван, а секретная книга пропала. Потом я сам некоторое время занимался поисками, но безрезультатно. Пока не появилась эта девушка, предавшая Командира.
 
— Можно я немного угадаю? Дальше ты выбрал Карину, подстроил ваше знакомство, влюбил ее в себя и затем, когда агенты нашего лагеря ее забрали, делал вид, что страдаешь без нее…
Губы Фила сжались в тонкую линию. Я замолчала.