Притворись мною (СИ)
Глажу крепкие мускулы спины, одновременно целую. Он поворачивает голову и ловит мои губы.
Целует жадно, смачно, одновременно гладит мое тело.
Я чувствую как во мне пульсирует член, оживает и становится крепким.
— Я хочу. еще, — и не дождавшись моего ответа, он начинает двигаться.
Мы же не отдышались? Задохнемся же?
Но внизу живота уже завязался узел страсти и похоти, который требует развязки. Наслаждение катится по всему моему телу волной. Я хочу его. опять. всегда. любимый мужчина во мне, заполняет до предела собой, выбивая из нас обоих стоны и крики. Ему иногда удается заглушить меня поцелуем, а иногда он сам стонет и рычит, кричит. Мы сгораем. Я сгораю в пламени огня и страсти.
***
— Дедушка! — бегу его обнимать, как только слышу его шаги.
— Ну здравствуй доченька, — дедушка обнимает и мы проходим к журнальному столику, садимся за стол, за которым с Дэмисем сидели, пили кофе, — и ты явился.
— И я тут, только ты не обнимаешь уже меня, — улыбается Дэмис.
— У меня уже есть Алиска, — подмигивает мне и улыбается, — ее буду обнимать. Ты совсем забыл про старика!
— Дедушка, — возмущается Дэмис, — я не успеваю, это все Алиса виновата!
— Что? — возмущаюсь я.
— Да, да, она меня не отпускает, ни днем, ни ночью, — мы смеемся, я еще успеваю краснеть, не дай Бог дедушка догадается, чем мы занимались час назад с его внуком, он притягивает меня к себе и целует в висок.
— А мне кофе сделаешь?
— Дедушка, я вам чай сделаю, у вас давление! — я встаю, чтобы идти на кухню.
— Он меня никогда не слушается, может к тебе прислушается? — говорит с кухни Валентина Павловна, — совсем не думает о своем здоровье!
— Я здоров! Подумаешь давление иногда скачет, ты никого не слушай дочка, сделай мне кофе.
— Я вам сделаю чаю, — иду на кухню, вслед слышу недовольное ворчание дедушки. До чего он милый, может дедушка Дэмиса, поэтому сразу полюбила? Нет, все таки он самый хороший дедушка.
— Алиса, — жалуется мне тетя Валя, пока я наливаю чай дедушке, — может ты с ним поговоришь, он меня не слушается. Ему надо лечь в больницу, капаться, каждые пол года, он не хочет. Уже год как не ложится! Все глотает свои таблетки, которые ему не помогают, — она опускает лицо, вытирает руки фартуком, — в последнее время у него давление не не спускается. То есть спускается, но не совсем норма. В его возрасте это опасно, он не понимает.
— А Дэмис, не может настоять? — мне сейчас стало не по себе, потому что никогда не интересовалась у Дэмиса здоровьем дедушки, и сейчас узнаю обо всем от тети Вали.
— А Дэмиса он вообще не слушается! — женщина вся в отчаянии, и я не знаю как, но обещаю помочь.
— Я поговорю с ним, — вздыхаю, — а меня он послушается? Я же совсем посторонний человек?
— Посторонний? — она смотрит на меня так, словно я последний шанс, — да он все время о тебе только и говорит: вот женится мой оболтус, приведет в дом Алиску, все поменяется, увидишь! И Дэмис поменяется, хотя он уже поменялся, жду не дождусь, когда Алиска станет женой моего оболтуса! И это ни все. Он все время спрашивает о тебе у Дэмиса, ну если конечно тот бывает дома, а нет так по телефону. Дэмис говорит, что все время с тобой. Дочка?
— Ааа? — стыдно сейчас мне перед тет Валей, потому что о дедушке я не спрашиваю у Дэмиса, и сейчас меня моя совесть душит!
— А Дэмис….. он правда с тобой? Ты не подумай ничего такого……просто мы с дедушкой волнуемся, вдруг он где-то…………кхм….. а нам говорит, что он с тобой?
— Нет, — улыбаюсь, — он все время со мной, пошли отнесем чай.
— Ты неси, мне готовить надо!
— Нет, пошли, потом я помогу с готовкой, — не знаю зачем я обещала помочь, может совесть мучает, но я останусь, помогу, даже если у Дэмиса другие планы, — а вот и мы, и ваш чай, — протягиваю дедушке чай, присаживаюсь рядом, — а мы сегодня с Дэмисом ходили на примерку платья, в иоге купили готовое.
— Ойй какая прелесть, — кричит тетя Валя, — покажешь?
— И ничего не сказал мне, — возмущается дедушка и делает глоток чая, — я тоже не прочь глянуть!
Ну и дела, мы с Дэмисем переглядываемся и улыбаемся.
— Через неделю свадьба, — говорит Дэмис, а у меня сердце готово выпрыгнуть из груди, при одном упоминании об этой дате, — вот тогда и увидите.
— Надеюсь все готово? — спрашивает дедушка, допивая чай.
— Дедушка, я же сказал, все будет на высшем уровне, могу сказать-гости приглашены, ресторан и меню выбраны и утверждены, в ЗАГСЕ все готово, наши заявления- этим всем занимаются, не переживай.
— Наши заявления?
— Да, там все готово, — Дэмис подмигивает мне, я понимаю, что мы не писали и не подавали никакие заявления.
— Как так?
— Алиса, не переживай, я все решил. Уже и давно.
— Мой паспорт…… он же у меня?
Меня тут начинает колотить. Мой паспорт, где я Алина у меня, а Алисы паспорт где? Она же не могла улететь без паспорта. Или могла? Нет, по-любому не могла. Этот момент надо уточнить у Алисы.
— Твой паспорт у меня, ты что забыла, что отдала его мне? точнее он в ЗАГСЕ, тебе выдадут новый………с моей фамилией!
— Да… нет…… я помню, что отдала тебе, — улыбаюсь, когда я отдала и как Алиса улетела, я не знаю.
— Так все, вставай, поехали, — он тянет ко мен руку, а я отодвигаюсь назад.
— Куда вы? — спрашивает дедушка, — мы толком не поговорили.
— Мы никуда, остаемся тут, — отвечаю вместо Дэмиса, осмелела, точно знаю, при дедушке он ничего ни сделает, — да Дэмис? Мы давно не были тут, я соскучилась. Проведем вечер с дедушкой. Я помогу с ужином.
— Но я хотел….- он проводит рукой по волосам, и я понимаю, что злится, что не по плану пошел вечер, — я хотел в кино с тобой.
— Ничего страшного, сходим на ночной сеанс.
— Ладно.
— Я рад, — говорит дедушка, — пока они на кухне, мы с тобой обсудим детали свадьбы и дела в компании.
Дэмис обиженно присаживается рядом с дедушкой, и они начинают оживленно обсуждать дела.
Я с кухни иногда заглядываю к ним, в этот момент Дэмис всегда ловит мой взгляд, подмигивает.
Когда ужин почти готов, я оставляю накрывать на стол тете Вале, сама иду к любимым мужчинам, хочу поговорить с дедушкой, не знаю, как избавиться от Дэмиса на пару минут. При нем я явно не смогу поговорить, и меня никто не выслушает.
Но все решается само собой, когда я возвращаюсь в гостиную и сажусь рядом с Дэмисем.
— Оо, как славно, что к нам пришла, я хоть покурить схожу, — говорит Дэмис, целует в щеку и выходит.
— Дочка, присядь как рядом. Рассказывай.
— Это вы рассказывайте.
— Нет, сначала ты, пока этот оболтус курит, он все время с тобой проводит?
— Да, он все время со мной, — краснею, но успокаиваю деда.
— Слава Богу! А то думал обманывает меня.
— Нет, — он меня похлопывает по плечу, — скажите, а вам не надо лечится? ну вы же гипертоник, я знаю гипертоники стоят на учете в больницах, все время наблюдаются. Вы наблюдаетесь?
— Наблюдался. Сейчас нет.
— Почему?
— Я уже старый, мне ничего не поможет- он вздыхает, — не переживай дочка.
— Нет я буду переживать, как это не наблюдаетесь? Так нельзя, — я уже повышаю голос, моему возмущению нет предела, наш разговор выходит на спор. Никак не могу убедить его, что НАДО,
— Дочка, не волнуйся и не переживай!
— Я насильно вас заставлю! Нет, дайте подумать, — я прикрываю глаза, — я откажусь от свадьбы, если вы е ляжете!
— Ты что такое говоришь?!
— Что слышали! Да!
— Не шути так над стариком.
— Я и не шучу. Обещаете, в понедельник сходить со мной к вашему лечащему врачу?
— Нет, не заставляй.
— Заставлю. На носилках вынесу! Не успокоюсь, пока не согласитесь!
— Ладно, в понедельник пойду! — после этих слов я кидаюсь на дедушку, словно умалишенная.
— Спасибо, спасибо, что согласились!
Дэмис радуется, словно ребенок, что дедушка согласился, а теть Валя аж плачет! Господи, до чего все милые, я сама расплакалась.