Веледар (СИ)

— Случилось чего?
— Пока не знаю, — хмыкнул Агвид. — Как раз понять пытаюсь. Если бы не ты, Вадим, я бы решил, что девица эта наши с Ратмиром разговоры подслушивает.
Стражник молчал, не зная, как реагировать на такое заявление, а ярл продолжил:
— Мы сегодня к вечеру на место прибыть должны, и если там выяснится, что… А, неважно. Это точно не твои печали. Иди, Вадим. Нам выступать скоро.
— Как прикажет мой ярл, — стражник поклонился и вышел из шатра, еле держась, чтоб на бег не сорваться. Кровь бешено стучала в висках, а ладони вспотели так, что с них чуть не капало.
Вадим очень редко врал. А уж Агвиду — никогда. Поводов не было, да и серые глаза ярла всегда будто чуть глубже, чем просто в глаза, заглядывали. Будто прожигали насквозь. И вот теперь так сложилось, что он увяз в своей лжи по самые брови. Читай, пошел на измену своему правителю. Пока вроде обошлось, но не на пустом же месте у Агвида желание поговорить возникло? И что Маина поведает, если и ее расспросят?
Чувствуя, как от всех этих мыслей начинает гудеть и без того не выспавшаяся голова, Вадим занялся сборами. В лагере к этому моменту как раз протрубили подъем, и солдаты уже копошились вокруг него, быстро собирая свой скарб.
Вскоре стражнику удалось немного отвлечься. Он командовал своими людьми, понукал нерасторопных, отдавал приказы коней седлать, проверял свое снаряжение по десятому разу… В путь тронулись без проволочек. Вадим ехал во главе своего войска подле Агвида и только через час пути обратил внимание на одну вещь.
По правую руку Ратмира, там, где всегда Маина была, ехал теперь другой всадник, бородатый, гораздо крупнее девицы. Вадим удивился такой перемене и испугался даже, что ее таки поймали на чем-то, но… Утренние сборы прошли как обычно, без сучка и задоринки. Ничего подозрительного… И тогда стражник, косясь через плечо, принялся пересчитывать дружинников Ратмира. Дважды. И трижды.
И каждый новый раз все равно не досчитывался одного.
Комментарий к Глава 24.
Что ж, глава вышла богатой на диалоги и весьма, как я надеюсь, информативной.
Уважаемые читатели… Я (сюрприз!) знаю всю подоплеку и интригу. И от этого своего знания иногда очень мучаюсь, так как весьма сложно выдавать информацию порционно и в нужных местах, чтобы сюжет раскрывался плавно и логично. В связи с этим очень интересно было бы почитать ваши мнения и предположения. Страшно, но интересно. Я вообще боюсь двух вещей:
1. все мои типа интриги очевидны;
2. вообще ничего не понятно, иди пиши любовные романы, а на слово “интрига” больше не замахивайся.
Так вот, в ваших силах либо подтвердить, либо опровергнуть мои опасения. Жду отзывов.
Как всегда спасибо всем и каждому, кто проводит время со мной на страницах “Веледара”.
========== Глава 25. ==========
— Эй, голубки, хорош спать! Солнце встало!
Слова бугровщика потонули в громком лошадином ржании. Кажется, Дмитрий решил животин обиходить, да только вороной конь как всегда не дался. Иногда он становился на редкость упрямым и на всех, кроме хозяина, щелкал крепкими зубами да глазом хитрым косил.
— Митя, что ты голосишь ни свет ни заря? — недовольно пробурчал Велемир, затем перевернулся на другой бок и наткнулся взглядом на меня. Улыбнулся сонно. — Доброе утро, красавица.
— Врать до завтрака — плохая примета, — я села на своей лежанке, поежилась от раннего, прохладного воздуха и попыталась пригладить разлохматившиеся за ночь волосы.
— Чего это я вру? — он подпер голову рукой и принялся демонстративно меня разглядывать.
— Красавицей я по утрам не бываю, вот чего. Тут даже колдовство бессильно, — вздохнула я и полезла в свою сумку за гребнем.
— Потом ворковать будете, — осадил нас Дмитрий, который выглядел на удивление свежо и бодро. Даже борода была оглажена, будто прежде, чем нас разбудить, бугровщик усиленно красоту наводил. — Полчаса вам на сборы, и выдвигаемся.
— Чего это он раскомандовался? — кивнув на Митю, спросил у меня Вель.
 
Я только плечами пожала и потянулась за бурдюком с водой, чтобы горло промочить. Бугровщик меня опередил: схватил бурдюк первым и сунул мне прямо в руки.
— Мить, ты чего суетишься так? — я недоуменно подняла брови, вынимая деревянную пробку. Вода приятно охладила нутро.
— Как это, «чего»? — он замер на месте, но состояние покоя долго сохранять не смог — принялся ногой притопывать. — Вы забыли, какой сегодня день?
— Пятница? — Вель поднялся на ноги и теперь сладко потягивался.
— Да нет же! То есть, пятница, конечно. Но я не об этом.
— Митя, не томи. Я по утрам плохо соображаю. А когда сообразить не могу — раздражаюсь страшно.
— Не гневись, Селена. Я вообще до встречи с тобой считал, что ведьмы днем спят, а ночью колдуют.
— Это уж как придется, — я обнаружила у себя в волосах колтун, вздохнула тяжело и принялась его вычесывать. — Когда сплю, а когда на метлу сажусь и лечу на шабаш с другими ведьмами голышом через костер прыгать.
— Я бы на это взглянул, — мечтательно прищурился наемник, за что получил бы гребнем в лоб, если бы не поймал его играючи на подлете.
— А меня избавьте от такого, — Дмитрий опасливо передернул плечами. — Ведьмы, костры… В моем понимании это ни с чем хорошим не связано. А я и так с вами прошел огни и воды, мне впечатлений до старости хватит. Если доживу вообще…
— Так что за день-то? — напомнил ему Велемир.
— Сегодня мы в Веледар войдем наконец! Вы и помыслить не можете, как я мечтал об этом! — бугровщик радостно хлопнул в ладоши. — Он ждет меня, родненький, со всеми своими сокровищами!
— Только Митя у нас может грезить древней могилой, окруженной проклятиями, — хмыкнула я, распутав, наконец, свой колтун. Несколько волосков у меня в ладони остались, и я машинально принялась валять их между пальцами.
— А ты на что? — Дмитрий зыркнул на меня укоризненно, будто я глупость страшную сказала. — У нас же чудный отряд получился. Я нас в курган проведу, ты с магией разберешься, а Вель на подхвате будет. Мало ли, упыри какие. Хоть на что мужик сгодится. Пока нежить его жрать будет, мы с тобой сокровища схватим и ноги сделаем. Заживем потом счастливо и богато. Я могилы брошу копать, деток заведем. Будут умные, как я, и красивые, как я, и… Понял-понял, молчу!
— То-то же, — я погасила пламя на ладони и стала волосы в пучок собирать. — Ты, Митя, уже повторяться стал. Хоть бы новое что придумал.
— Тьфу на тебя, — беззлобно ответил он. — Я к ней со всей душой, а она… Во почто тебе Вель? Ну, высокий, ну, красивый, мечом хорошо машет. Но важно-то другое.
— Что же важно? — заинтересовалась я.
— Душа, конечно! Так сказать, внутреннее содержание.
— А что с моим содержанием не так? — вскинулся наемник.
— Да все с ним так, но мое во сто крат лучше!
— И это еще меня болтуном называли,.. — проворчал Велемир, подобрал седло и пошел к лошадям.
Мы попререкались еще немного, не отвлекаясь от сборов, и выдвинулись в путь. Дмитрий снова завел любимую песнь про сокровища Веледара, но ни я, ни Вель его не слушали особо. Намедни мы границу перешли и теперь двигались вдоль нее к старому ратному полю, в окрестностях которого и дожидался нас курган. Следовало смотреть в оба: земли здесь безлюдные, но всякое случается.
Мне по понятным причинам тревожно было, и я, как и всегда в подобных случаях, перебирала в уме разные заклинания да заговоры, привычно скрещивая пальцы — это успокаивало. Велемир же, задумчиво глядя вдаль, теребил рукоять своего меча, и я усмехнулась, заметив это краем глаза: какие, оказывается, у нас схожие повадки.
 
Один Митя был весел и беззаботен, и это немного не укладывалось в моей голове, но люди ведь разные бывают. Если вспомнить все, что с нами успело приключиться… Бугровщик весьма достойно перенес все тяготы. Если и стенал, то так, не всерьез. Послушаешь его — так шут гороховый. А как до дела доходило, Дмитрий проявлял недюжинную решительность и отвагу, да и смекалку в придачу. Догадался ведь тогда Велесов идол свалить. И до этого меня спас, прочитав заговор. Вспоминая это, я все больше задумывалась об истинной сути бугровщика. Весь его треп будто был наносным, как глина на печи: так и хочется ногтем отколупать да взглянуть, что под ней.