Выпью тебя, но спасу, или Любовь разрушит мир (СИ)

Уважаю. Видимо, ему стоило пройти через все трудности, чтобы, сгорев в ярости, возродиться зрелым и решительным.
— Как же так… — потеряно пролепетала Ника, в душе которой, очевидно, боролись желание спасти всех — и здравый смысл. Да, нелегко признавать, но спасти можно только тех, кто этого хочет.
Егор подошел к Нике и положил ладони на плечи, поддерживая. Я с трудом сдержал понимающую усмешку, глядя на этих голубков. Ника пока еще не понимает, но все произошедшее ей тоже нужно было пройти, чтобы достичь чего-то очень важного. И чтобы еще больше ценить то, что имеешь.
— В общем, предлагаю Руслану внедрить главам гедонистов дату сражения, и я сделаю то же самое с диетиками, — подытожил Михаил. — А также уведомлю министерство обороны, чтобы человечество тоже могло поучаствовать.
— Теперь я даже не уверенна, что люди должны там быть… — прошептала Ника. Ее услышали:
— Должны, должны! — закивал Михаил, наклоняясь вперед. — Думаешь, пар надо сбросить только биовампам? Есть категория людей, которые специально пошли в военные, чтобы законно проявлять свою агрессию. Так что дай мальчикам наиграться в войнушку, не лишай их такой возможности.
— Более того, — заговорил я тут же, — биовампы должны перестать скрываться. Мир обязан знать, что мы существуем. И сейчас идеальная для этого возможность.
— Тут всплывает еще одна важная тема, — внезапно заговорила Алиса, и все повернулись к ней. — Если обычный человек, как я, смогла совершить что-то невероятное, то… Значит ли это, что другие тоже могут?
— Значит ли это, что биовампиры — вообще отдельная раса, ты хочешь сказать? — уточнил Егор, кусая губы. Думать в таком ключе ему, да и мне, чего греха таить, было нелегко.
— Да, — прямо посмотрела на него моя любимая. — Вы привыкли считать, что вы особенные, и это тешило ваше самолюбие. Но биовампы постоянно пребывают в тени, опасаясь, что за сверхспособности вас ждет участь средневековых ведьм. И потому люди не могут узнать о своих способностях, пока не столкнутся с вами лицом к лицу. Что, если провести опыты и узнать правду? Что, если показать всему миру, что мы все здесь есть одно и то же? Что, если это открытие поможет объединить всех нас и направить энергию не на разрушение, а на созидание?..
Ника молчаливо соглашалась с каждым словом своей однокурсницы, Егор и Михаил боролись со смятением.
— Я уже попал в поле зрения полиции, мне теперь ничего не страшно, — в итоге махнул рукой диетик. — Можно и в опыты удариться, и начать говорить вещи, которые просто не укладываются в голове.
— Интересный феномен, — проговорил Егор, отлипая от Ники, — но нам нужно доказать это уже сейчас.
— Во-первых, необязательно прямо сейчас, ведь до дня Икс у нас еще есть время, — мягко ответил я, стараясь не нарваться на конфликт, — а во-вторых посмотри на меня и на показания врачей. Я должен был кирпичом без сознания лежать в больнице. Спроси Нику, дарила ли она мне свою любовь. Потому что если не она — то кто же?
От Егора
— Если не она — то кто же?
Я повернулся к той, которая занозой засела в моем сердце, и прочитал все по глазам. Да, Ника не смогла вылечить Руслана, я вижу, я чувствую, я верю. Значит ли это… сердце учащенно забилось… что она его не любит?
— Так что доказательства вам не нужны, они нужны только остальным главам.
— Да, поэтому я готов найти спонсоров и поглубже копнуть в этот феномен, — предложил Михаил, и Руслан кивнул, соглашаясь.
— То есть какие наши действия? — спросила Ника и тут же перечислила сама. — Договариваемся о дате последней битвы, о ее месте, верно? Михаил занимается исследованием человеческих способностей и обсуждает с Министерством… Ой! — и девушка прижала к щекам руки. — Я же с Павлом Борисовичем общалась! Внушила ему, что мне можно доверять, и дала понять, что информация о войне — важная и ценная! Вдруг он уже начал подготовку? С ним обязательно нужно пообщаться.
— Обсудим, — солидно произнес Михаил и поднялся, одергивая костюм. — Вроде как основные пункты плана наметили, дальше связь можно держать в пятом измерении.
 
— А почему?.. — Ника открыла было рот, но я точно знал, что она хочет услышать, и поэтому тихо проговорил:
— Руслан же истощен, поэтому в пятом измерении будем собираться, когда он оправится.
— А-а-а…
— Ага, — хмыкнул, получая удовольствие от того, что понимаю Нику с полуслова.
— Всем хорошего и продуктивного дня, до свидания! — помахал всем Михаил и чуть дольше положенного задержал взгляд на Нике. Мне тут же захотелось ее обнять и защитить.
— Пока, — вяло попрощались с ним присутствующие. Все понимали, что по уходу диетика начнется серьезный разговор между командами предавших и преданных. И я точно знал, что хочу сказать Руслану.
— Так, — начала вдруг Алиса, выходя вперед. — Знаю, вам есть за что обижаться на Руслана, но хочу уверить, что он изменился. Я это, не знаю, как, но чувствую. Вы тоже прислушайтесь к его эмоциям.
Руслан откинулся на спинку кресла. Он казался измотанным, и мне его на секунду даже стало жаль.
— Егор, — произнес мой заклятый друг и несказанно удивил, — я очень горжусь тобой.
Что?!
Я напрягся всем телом и сцепил зубы.
— Ты вырос над собой, ты стал лучше себя прежнего. Я не буду говорить, что это все произошло благодаря мне… Я, видишь ли, хочу извиниться.
Мне кажется, я так давно хотел это услышать, что даже не поверил собственным ушам.
— Я прошу у тебя прощения, — чуть громче произнес Руслан, и по коже пронеслись мурашки. — Я шел за своими желаниями, не считаясь с окружающими. Я… Я забыл, как ты мне дорог.
Ника сдавленно ахнула и придвинулась ко мне. То ли тепло ее тела, то ли слова Руслана — но внутри меня что-то таяло, растекалось по венам, согревало…
— С появлением этих двух девушек я, казалось бы, обезумел. Мне было важно чего-то достичь, и когда я это, наконец, получил — я могу спокойно посмотреть на ситуацию целиком, с высоты совершенных ошибок, — Руслан неотрывно смотрел мне в глаза. — Теперь я вижу, что поступил недостойно. Ты… Ты простишь меня?
Его руки непроизвольно сжались в кулаки. Я чувствовал его эмоции каждым своим нервом, и это было до боли сладко, словно я наркоман и только что вколол себе дозу. Он смог признать, что накосячил! Он признался, что был неправ!
— Мне важно было это услышать, — сказал я, наконец, изучая мельчайшие оттенки чувств своего бывшего соперника. — Но я считаю тебя достаточно эгоистичным, так что вряд ли ты приносишь извинения ради меня. Зачем тебе мое прощение?
Руслан смутился, и я, который только было ожидал ощутить торжество — понял, что мне это уже не нужно. Мне все равно, что испытывает тот, кто был моим наставником и близким другом все это долгое время.
Я больше не завишу от Руслана. Господи, я, черт возьми, свободен!
— Я ведь привязался к тебе. Будет глупо навсегда поссориться с близким человеком, — произнес Руслан и добавил. — Да и Алисе гораздо проще общаться с вами, зная, что вы не держите на нас зла… И камня за спиной.
Мы с Никой переглянулись, понимая, что последний аргумент был самым правдивым.
— Что ж, — усмехнулся я, — раз такое дело… Я не держу на тебя больше зла. Но очень хочу выместить оставшуюся злость в честном поединке.
— Бо-оже! — протянула Ника, а Алиса молча закатила глаза.
— Договорились, — одобрительно кивнул Руслан и подмигнул мне, мол, девчо-онки, ничего-то они не понимают.
— Ника, — заговорила теперь Алиса, и ее голос звучал неестественно спокойно. — А ты сможешь простить меня и Руслана? Лично я устала постоянно скрываться, притворяться — и приняла окончательное решение, что больше никогда не буду никому врать. Это слишком… энергозатратно.
— Да, верно, — усмехнулась Ника, — я тоже пришла к такому выводу. Я верю тебе. Но с Русланом…
Мы все почувствовали, как ей стало неприятно.
— С Русланом я хочу встречаться как можно реже.
— Понимаю тебя, — несколько виновато отозвался упомянутый. — Это справедливо. Честно говоря, я и сам хочу покончить со всем этим и умчать на какой-нибудь пустынный пляж вдвоем с Алисой… Чтобы никто не напоминал мне о том, какой сволочью я был.