Избранная для северного дракона (СИ)
Развеяться кому?
Разве что мухе, случайно сюда залетевшей.
Столы ломятся от яств. Это моя первая трапеза в новом мире, поэтому накладываю себе на тарелку самую простую еду: лепешки и маленьких целиком зажаренных птичек, по вкусу напоминающих куриные крылышки. Остальные блюда не пробую. Их форма и запах не внушают доверия.
Кейран наливает мне в бокал бордовую жидкость и ужасно злится, когда соглашаюсь лишь на воду из графина. Не доверяю я остальным напиткам. Тем более, слуга, принесший эту бутыль, многозначительно переглядывался с принцем, словно у них есть общая тайна.
— Пей, — рычит этот самый принц, буравя меня карими глазами. — Ты не смеешь отказать мне в такой малости.
— Вы меня пугаете, — лепечу растерянно.
Что за муха его укусила? Еще ни один парень, который за мной ухаживал, не позволял себе подобного тона. Внезапно мужчина глотает из моего бокала, но не успеваю я порадоваться, как он обхватывает меня за затылок и рывком прижимается к моим губам.
От шока, от горячего, наглого, интимного напора я теряюсь и, кажется, собираюсь закричать. Лишь только начинаю мычать в знак протеста, как жидкость из его рта кочует в мой. Одновременно он как-то по-особому склоняет мою голову и я… сглатываю.
— Вы… Вы… — шепчу, тяжело дыша прямо в его губы. Чувствую, как по крови растекается странная апатия, а конечности тяжелеют. Теперь реальность воспринимается сквозь густую ленивую пелену, будто мозг утомился передавать сигналы по нервам. Даже слова оформить в мысли получается с трудом. И тем более, их высказать. — Вы. Меня. Отравили.
— Нет, Ника. Это по-другому называется. Я избавил тебя от проблем.
Наконец, он выпускает меня из рук.
Оглядываюсь. Реальность замедлилась и словно потеряла краски и остроту. Еда. Звон посуды. Блеск серебряных подносов. Чей-то смех. Движение слуг вокруг стола.
Вскоре королева стучит по бокалу вилкой, и все разговоры моментально смолкают вместе с музыкой. После короткого приветствия женщина заявляет:
— Как вам известно, мой муж был страшным занудой…
По обеденному столу проносится возмущенный ропот. Гости явно не согласны с подобной формулировкой. Атмосфера накаляется, однако ораторшу это нисколько не смущает:
— Да, да, да… Я не спорю, под его правлением была создана стена, купол и налажена поставка таранита, лучшего источника магического ресурса. Однако, думаю, вы согласитесь лорд Сандер, — внезапно тон выступающей становится жестким, а глаза с напором буравят сидящего рядом с ней хмурого седовласого господина, — что он бы не одобрил ваше развеселое двоеженство. А вам, лорд Хантон, — королева переводит взгляд на следующего гостя, примечательного своими пухлыми габаритами, — он наверняка запретил бы торговать заморским дурманом. Что касается вас, лорд Генри… — королева многозначительно замолкает, взглянув на смуглокожего господина. — Мой муж казнил бы вас за бесчинства в родовом имении, вместо того, чтобы трапезничать за одним столом.
Упомянутые лорды теперь сидят, как в воду опущенные. Недовольный шепоток стих. Даже звона приборов больше не слышно. Королева обводит присутствующих торжествующим взглядом:
— Мне продолжить или вы наконец согласитесь, что мой муж был занудой и при моем правлении вам живется куда привольнее?
— Да, моя королева, — раздается в унисон несколько унылых голосов.
— Вот и я так полагаю, — тон женщины сразу на несколько градусов теплеет. — Итак, господа, вас наверняка заинтриговала приписка в моем приглашении «отказа не приемлю». Вы, разумеется, уже поняли, что на сегодняшней встрече произойдет нечто важное, — женщина опять неторопливо обводит присутствующих взглядом, будто прицениваясь к их мягкотелости.
— Мой покойный муж мыслил слишком узко. Вечно выбирал сложные пути, вместо того, чтобы увидеть простые решение, лежащее буквально у него под носом. Я же покажу вам простой путь к процветанию, господа. Вместо того, чтобы воевать с врагами, я собираюсь с ними договориться. Итак. Знакомьтесь! Посол виедов! — под нарастающий гул королева указывает на входную дверь, что сейчас раскрывается, впуская в изысканное убранство зала странное, неуместное здесь создание, вдоль и поперек обвешанное шкурами. Даже обувь его сделана из меха.
На шее ожерелье из крупных клыков. На голове вместо шляпы — страшная звериная морда, с ощеренной пастью, скрывающей пол лица. Видны только рот и подбородок, усыпанные шрамами. Сам он размером с хорошего исполина, едко воняющего потом и мокрой псиной. Ощущение такое, будто вся эта толпа рафинированных лордов — для него букашки, которых мог бы раздавить одним мизинцем.
При виде гостя от Кейрона раздается едва слышное рычание. Оскалившись, он буквально вжимает меня в напряженное тело. Больно немного, но чтобы протестовать, нужны силы, а их нет. Тем более, трусливая часть меня довольна таким покровительством. Здесь, рядом с принцем, надежно. Он единственный из всех присутствующих, кто по силе не уступает дикарю.
— Приветствую тебя, мой друг, — звонко щебечет королева, обращаясь к варвару и стараясь перебить рокот толпы. — Мы рады тебе. Надеюсь, переговоры пройдут успешно и нам удастся заключить перемирие между нашими народами. А пока располагайся. Ешь, пей, веселись. Мы подготовили тебе славных женщин на сегодняшнюю ночь. Ты останешься доволен.
— Сначала мой дар тебе, — вырывается изо рта пришедшего. Низкий голос, хриплый, грубый, гортанный, знатно царапает даже мои заторможенные нервы. — Бой клыка и клешни.
Дверь открывается, и королевские стражи заносят в зал металлическую клетку, на дне которой сидит черное существо с огромными клешнями. По форме оно напоминает огромного, величиной с прикроватную тумбочку, скорпиона. Вслед за первой процессией тут же шагает вторая, затаскивая в зал металлическую клетку, внутри которой заточен пес невероятно красивой расцветки.
Пушистый, пепельно серый, с черными ободком у выразительных глаз. Он припал ко дну клетки на передние лапы, настороженно щеря белоснежные зубы. Бедняга явно ничего хорошего не ждет.
Сердце ёкает от дурного предчувствия. Я полгода работала добровольцем в приюте для животных. Животные — моя слабость, и издеваться над ними — это ниже плинтуса.
По залу вновь проносится волна недовольства.
— Пепельный волкодав!
— Сосем еще щенок…
— Тотемное животное межземельцев…
— Если узнают…
— Его нельзя трогать!
— Отпустите зверя, пока мы не нажили новых врагов!
Кейрон тяжело дышит и так сильно вжимает мою спину в себя, что почти хрустят ребра, а от горячих прикосновений буквально плавится кожа. Одновременно он утыкается носом в мой затылок и с шумом втягивает воздух, будто вкачивая в себя дозу успокоительного. Если бы он посмел это сделать чуть раньше, я бы не потерпела, а сейчас… Просто молчу, словно все это происходит не со мной.
Королева нетерпеливо вскидывает руку и грозно сверкает глазами, призывая замолчать расшумевшихся лордов. Затем ласково обращается к виеду:
— Мы принимает твой дар с бесконечной благодарностью, мой дорогой друг. Раздели с нами стол и насладись…
— Теперь твой дар мне, — рычит дикарь.
На миг лицо королевы пронзает смятение, но она тут же берет себя в руки. Лишь неестественно прямая спина и слишком высоко вздернутый подбородок выдают волнение.
— Я не знала твоих вкусов и не смогла подобрать тебе достойный…
— Хочу ее, — дикарь тычет пальцем в моем направлении.
На этих словах принц так сильно вжимает меня в себя, что опять перехватывает дыхание. На сей раз его хватка становится настолько болезненной, что даже заторможенное состояние больше не способно играть роль анальгетика.
Начинаю вяло трепыхаться в его руках, пытаясь выбраться. И одновременно кручу головой, не в состоянии определить, что именно выбрал дикарь себе в подарок.
Глава 7
— Я поняла, — медленно заявляет королева. — Тебе нравятся блондинки. Теперь, когда я знаю твой вкус, мы подберем тебе женщину по нраву. У нее будут белые волосы, белые зубы, тонкая талия и голубые глаза…