Строгий Режим (СИ)
— Я предусмотрела тайные проходы во многих темницах, — сухо произнесла Перчинка. — На тот случай, если вдруг сама в них окажусь.
А наш Перчик всё предусмотрел… ну почти всё.
Перчинка первой вошла в тоннель, за ней следом — я и Эгина. Вторым эшелоном двинулись наши маги в лице Ники и Тёмной Сияны. Замыкали отступление ожидаемо Сахаринка и Ферра.
Узкий проход играл нам на руку. Аки триста спартанцев мы умело отражали натиск орд персов… отверженных. Те яростно ломились за нами следом, но численность играла против них. В ограниченном пространстве один умелый боец стоит десятка обычных, а то и вовсе сотни.
Несколько раз мы выходили в обычные, не потайные, коридоры, кишмя кишащие отверженными. Они очень удивлялись, когда видели нас, но мы быстро остужали их пыл живительными тумаками. Перчинка быстро открывала новые потайные проходы в стенах, и мы скрывались в них от преследователей.
Но окончательно оторваться не могли. Отверженные преследовали нас с настойчивостью цепных псов. Жаждали настигнуть и разорвать любой ценой!
— Куда ты ведёшь нас, Перчик? — спросил я, улучив свободный момент.
— Как ты меня назвал? — министр, идущая впереди нашего отряда, недовольно покосилась на меня. В этом они с Сахаринкой похожи. Не любят, когда я называю их Сахарком или Перчиком.
Не знаю, по моему очень даже милые домашние прозвища.
— К выходу из этой ситуации, — произнесла Перчинка. — И выходу из этого измерения. О котором знаю только я.
— Сияна? — я посмотрел на нашу тёмную сущность.
— Она не врёт, хозяин, — Тёмная Сияна одарила Перчинку взглядом, полным неприязни. — По крайней мере думает, что не врёт.
— Ладно, веди, Сусанин, — я кивнул. Будь, что будет. А мы уж сделаем, что сможем.
И Перчинка привела. Через тайный ход мы вошли в помещение с высокими потолками — настоящий конференц зал со сценой и рядами сидений перед ней. Видимо, здесь проводили мирмеградские партсобрания, зачитывали повестку и докладывали об успехах. На стенах даже висели плакаты с гербом Мирмеграда и портретами Перчинки в сине-красных тонах.
Имела место одна деталь, намекающая на то, что помещение использовалось далеко не только для партсобраний. На сцене стояла огромная причудливая установка с кучей механический деталей — поршней, шестерёнок, проводов, мигающих лампочек и прочая, прочая, прочая… В центре всего этого многообразия находилась капсула с приоткрытой дверцей, похожая на барокамеру для погружения на дно океана. Внутри находились удобные мягкие сиденья.
«Машина времени. Альфа версия. Бог-Император руку приложил», — гласила надпись над дверцей.
— Это реально машина времени? — я не верил своим глазам. — Серьёзно что ли?
— Да, — коротко произнесла Перчинка. Она начала быстро переключать рычажки, тумблеры и нажимать кнопки на пульте. Периодически она смотрела на дисплей, где отражались загадочные цифры и непонятные показатели. Машина от манипуляций Перчинки пришла в движение, зашумела, зазвенела и заурчала. Лампочки начали светиться и мигать вдвое интенсивнее.
— Это что, твоя та самая машина? — я с прищуром посмотрел на Перчинку. — Которую тебе друзья из Империи привезли?
— Ну да, — спокойно произнесла она. — Машина и является выходом из сложившейся ситуации.
— В прошлое планируешь убежать? — прищурился я. — Не рассчитывай, что мы за тобой последуем!
— А у нас есть другой выбор? — покосилась на меня Перчинка.
В помещение, где мы находились, было два входа. Один потайной, который перегородила Перчинка. Продой представлял собой массивную дверь с двумя створками. Сахаринка и Ферра заблокировали дверь шкафом, стоявшим у стены, но это слабо помогало. Отверженные ломились с той стороны. Судя по мощным равномерным ударам они притащили таран. Ну или попросту использовали одну из отверженных солдат. Ну а что, голова всё равно крепкая, кости черепа толстые…
— Что-то тебе не очень доверяю… — меня переполнял скепсис.
— Можешь не доверять… — Перчинка пожала плечами, продолжая свои загадочные манипуляции. — Но тогда нас просто всех убьют… даже меня и Эгину. Отверженные слишком обезумели. Никогда еще не видела их в такой ярости…
— Она говорит правду, хозяин, — Тёмная Сияна не спала, докладывая мне.
— Так, машина готова для атаки! Все встаньте поближе ко мне! — командным тоном распорядилась Перчинка. — Если вам дороги ваши жизни.
— Для атаки? — я ничего не понял, но в этот момент шкаф рухнул от мощного удара, и в помещение ворвались отверженные.
— Да, — подтвердила министр. — Мы сейчас все немного помолодеем, но это ничего страшного…
— В смысле?
Мы все плотно сгрудились вокруг Перчинки, а та резким движением опустила рычаг. Машина издала низкий гуд и испустила мощную сферическую волну в виде стремительно расширяющейся сферы. Когда она прошла сквозь моё тело, я ощутил, как по коже бегут мурашки.
На этом все эффекты для меня и девчонок закончились. А вот отверженным повезло меньше. Волна, набирая скорость и мощь, прошла сквозь их ряды, уходя дальше, вглубь здания.
Отверженные, через которых прошла волна, исчезали. А вместо них на пол падали… крупные белёсые личинки мирмеций! Теперь я понял, смысл сказанного Перчинкой — чем дальше ты стоишь от машины, тем сильнее тебя омолаживает волна!
Видя, что происходит с сестрами, отверженные пытались бежать, но не тут-то было! Задние ряды, не видя происходящего, напирали на передние. Но продлилось это не долго… омолаживающая волна прошла насквозь через всех отверженных, оставив на полу груды склизских, извивающихся личинок разного размера.
— Это вам за предательство, твари… — прошептала Перчинка, глядя на личинок с крайне злорадным выражением лица.
Я с облегчение выдохнул. Волна, судя по испуганным крикам в коридоре, не думала останавливаться.
— Все, кто находится в этой Грёзе, помолодеют, — сухо произнесла Перчинка. — Волна пойдёт до самых границ Грёз. Даже те, чьи тела находятся в реальности, всё равно помолодеют до состояния личинок.
— Мощно, — я похлопал Перчинку по плечу. — Спасибо, Перчик. Ты нас спасла. Быть может, не смотря на прошлые разногласия между нами всё же возможен мир.
— Это вряд ли, — Перчинка хмыкнула и резко опустила один из тумблеров.
Мы все застыли. Я, Сахаринка, Эгина, даже Темная Сияна. Замерли Ферра Ника. Никто не двигался. Даже глазные яблоки в орбитах не крутились.
При этом я, вот что чудно, находился в полном сознании! Мозг работал, продолжая обрабатывать информацию.
Перчинка, тяжело дыша, смотрела только на меня. В ее глазах я наблюдал смесь самых разных чувств. От ненависти, до странной извращенной болезненной симпатии.
— Ты сейчас, наверное, думаешь о том, как бы тебе выбраться или спастись? — с усмешкой произнесла Перчинка и демонстративно обошла меня кругом. — Сразу тебе скажу, это бесполезно. Ни ты, ни девочки от меня больше не уйдете.
Она щелкнула пальцами. Ко мне чудесным образом вернулась способность говорить — вся моя голова оказалась свободна от воздействия машины.
— Да неужели? — я демонстративно приподнял бровь.
Уверенности в своих словах у меня не было. Но почему бы и не потянуть время, раз Перчик в настроении потрындеть?
— Прости, Слава… я люблю тебя… — произнесла Перчинка, приникнув ко мне. Она обняла меня за шею и положила голову на плечо. — И ненавижу тебя. Одновременно. Ты своим появлением все мне испортил. Но при этом подарил такую яркую гамму чувств, что меня до сих пор трясет…
— На что ты рассчитываешь? — поинтересовался я. — Отверженные предали тебя. А другие мирмеции не дуры и за тобой не пойдут. Если из глубинного совета выживет лишь один министр, к нему автоматически появятся вопросы. Мирмеции хоть и привыкли подчиняться муравьям-интеллектуалам, но они смогут сложить два и два. Твой заговор раскроют. Ты же не надеешься, что параситики тебя спасут? Для них ты такой же враг, как и все остальные мирмеции.
Перчинка слушала меня с улыбкой. Оставаясь полностью спокойной, она провела ладонью по блестящему корпусу машины времени.