Присвоить кота (СИ)

Я тут же перенеслась в свой первый день и вспомнила, как парни, провожавшие меня от портала, отказались заносить мою сумку в лечебницу. Ох, Творящий! Я представляю, сколько вазопретаторы, и не только, сейчас добрых слов говорят в мой адрес… С другой стороны, если генерал лично явится на медкомиссию, у меня будет возможность с ним поговорить на моей территории. Может, тогда разговор пройдёт легче? Там и Муля рядом. Не придётся далеко ходить, чтобы его показать.
Глава 17
Пока стояла в раздумьях, послышался топот множества ног и голоса — вазопретаторы шли в мою сторону, обсуждая полученную информацию. Что-то мне подсказывало, что радости от встречи со мной не выкажут даже мои новые приятели.
Что делать-то? Ноги сами понесли меня через кусты на другую дорожку, ведущую к госпиталю. Я улепетывала и ругала себя на чем свет стоит! Ну что за трусиха, а?! И как теперь быть? Кто принесёт мне артефакты со склада? И Шуны нет. Так бы её отправила за крепкими мужскими руками.
А если раздобыть тележку и на ней довезти?
— Гроу лекарь! Как хорошо, что я вас нашёл! — раздался окрик, едва я выбралась на аллейку.
Я обернулась — ко мне очень быстро приближался главный повар. Вид он имел встревоженный и растрепанный. Я быстренько отряхнула костюм, надеясь, что в волосах не застряли веточки и листочки, и изобразила внимание.
— Слушаю, Митро. Надеюсь, ничего не случилось? В кухне всё хорошо?
— Плохо, гроу! Очень плохо! Помощница моя — тётка Нарка — с животом страх как мается! Прямо падает, обед готовить не может! Мы её к тебе в госпиталь привели, а тебя нет.
— Уже бегу! Ходила искать помощников, но не нашла. Нет у тебя крепких парней, чтобы помочь мне со склада артефакты принести?
— Как не быть? Найду! А ты мне, главное, тётку Нарку на ноги поставь. Бульон уже доходит, закуски надо резать.
Мы разбежались с Митро в разные стороны: он обратно в столовую, а я смотреть, что случилось с женщиной. Радовало, что вопрос с помощниками решился так легко, но тревожило, что у меня опять пациент. Они все меня ждали, чтобы начать болеть? И Шуны нет, чтобы магическую диагностику сделать! Вот же… Придётся опять вспоминать безмагическую медицину и надеяться на артефакты. 
Едва переступила порог госпиталя, как навстречу мне вылетела перепуганная Маришка — сегодня на смену пришла племянница старшей помощницы.
— Мэтрисса, скорее! Тётке Нарке совсем худо! Воет и за живот держится.
Я пулей влетела в обеззараживающую камеру, потом в процедурный за обезболивающим и индикатором болезней и помчалась к больной.
Очень крупная — как три, а то и четыре меня в обхвате — женщина лет пятидесяти, обливаясь потом и слезами, каталась по полу. Совсем дело плохо!
Я упала рядом с ней на колени, пристроила к вене артефакт с болеутоляющим и, изловчившись, сунула в разинутый рот несчастной индикатор. Он хотя бы покажет, что за хворь напала на тётку Нарку — поддающаяся магическому лечению или та, что приходит из разломов.
— Тише-тише, сейчас станет легче, — принялась я успокаивать страдалицу, — давайте поднимемся на ноги и ляжем на кровать. Я вас посмотрю. Расскажите, где болит? Маришка, помоги мне поднять тётю Нарку.
Женщине под воздействием лекарства стало легче, и нам с помощницей удалось её поднять и уложить на чистые простыни. Я расстегнула рабочий халат повара и уставилась на огромный вздутый живот. Потрогала его — и Нарка ойкнула. Твёрдый даже с такой внушительной прослойкой жировой ткани.
Я вытащила индикатор и с досадой отметила показания. Серый цвет говорил о том, что болезнь поварихи магией не вылечить. Кинулась перебирать в уме все подходящие инфекции, которые знаю, одновременно пытаясь по симптомам поставить диагноз.
— Сколько вам лет?
— Пятьдесят три скоро будет.
Молодая ещё женщина. Без магии живут лет до ста пятидесяти легко.
— А давно у вас это началось?
— Утром немного стало болеть, но тихонько. Поболит и пройдёт. Я и пошла на работу. А потом всё сильнее да дольше. Потом уже совсем терпежа не стало.
 
И тут мне начали закрадываться в голову подозрения.
— Скажите, а женские дни у вас регулярно?
— Да какой там, девонька?! Смолоду абы как! Вот и деток нам с мужем Творящий Странник потому не дал.
— У вас нет детей? Никогда не беременели?
— Никогда. Но у нас есть дочка — мы год назад сиротку к себе взяли.
— Так, все хорошо. Маришка, принеси из кабинета слуховой артефакт, он в первом ящике стола лежит, увидишь, — попросила я помощницу и положила руки на живот Нарки.
Чего я ждала? Шевелений! Я была практически уверена, что скоро мне предстоит принять роды. А что? Все сходится. Эту болезнь магией не вылечить, а Творящий странник любит награждать за добрые дела. Взяли сиротку — вот он и подарил семье ещё одно чудо, чтобы ребёночку расти не было скучно.
Но всё это прекрасно и очень трогательно, вот только я никогда роды не принимала. А тут ещё и осложненные ожирением. Мне бы мою магию, чтобы хоть следить за ребеночком и общим состоянием роженицы!
Глава 18
Маришка принесла слуховой артефакт, и я приложила исписанный рунами диск к животу Нарки. Тук, тук, тук — отчётливо прозвучал стук маленького сердечка, улучшенный наушниками с усилителем. Ну что ж, я так и предполагала…
Если у лекаря есть возможность использовать магию, он без рук увидит и раскрытие шейки, и правильно ли расположен плод. А при необходимости может его развернуть, подтолкнуть и даже простимулировать родовую деятельность. А что могу я? Молиться Творящему Страннику и ждать — вот что!
Нервозность моя нарастала, мешая собраться и начать действовать. Нужно проверить, не отошли ли у Нарки воды, а потом…
Ох, первым делом надо ей рассказать, что происходит!
— Тётя Нарка, вы рожаете. Только не нужно переживать. Все хорошо. Скоро у вашей дочки появится братик или сестричка, — сказала я спокойно, хотя внутренне паниковала.
— Маришка, беги за тёткой Шуной в деревню! — завыла, как гарнизонная труба, повариха. — Это что же за лекарка такая тут у вас? Какой ребёночек? Мне аж в самой столице мэтр сказал, что «не будет у тебя Нарка деток из-за того, что болела ты сильно в детстве»! А эта зелёная гроу такие шутки шутит!
Разумеется, на женщину я даже не подумала обижаться. Это она ещё хорошо отреагировала. Могло быть хуже.
— Поднимайтесь, тётя Нарка, — невозмутимо попросила я и тихонько помотала Маришке головой — бежать за Шуной пока не надо. Если что, может, к вечеру позову. — Сейчас мы с вами пойдём в смотровую, — так я, чтобы роженицу не пугать, назвала операционную, где имелся многофункциональный стол. — Глянем, как продвигается дело, а потом, возможно, погуляем. Вам сейчас надо ходить и дышать. Вдох ртом и длинный выдох носом.
Вполне вероятно, деревенская женщина сочла меня опасной сумасшедшей и поэтому подчинилась, но мне хотелось верить, что я говорю уверенно, как настоящий профессионал, поэтому Нарка начинает мне потихонечку доверять.
Творящий Странник тоже мне, похоже, доверял и оказывал всяческую помощь, потому что воды у роженицы отошли, едва мы сделали пару шагов от кровати. И это добавило пару очков в мою пользу в глазах Нарки.
— Это что же… правда? Мэтрисса, правда? Ребёночек будет?! — завопила она, уставившись на лужу. — Спаси его, девонька, родненькая! Умоляю! Мой Ворька тебе такие сапоги пошьет, каких ни у одной столичной гроу нет!
У Нарки начиналась истерика, и мне бы не мешало её успокоить. Но как? Препаратами опасно — вдруг уснёт?
Мы медленно вышли в коридор и чуть не налетели на генерала. Он-то мне и нужен!
— Маришка, должны принести завтрак и артефакты для фильтра, — сказала я помощнице, пристально глядя в глаза генерала. Надеюсь, он прочитал в них, что дело у меня к нему крайне серьёзное. — Помогите, генерал. Надо довести Нарку до смотровой и помочь забраться на стол. Мы рожаем, — сообщила я серьёзно, и генерал слегка побледнел.