Адская ярость (ЛП)

Это было последнее изобретение Раэля, и я должен признать, что это была прекрасная вещь. Я видел кое-что странное за границей, но это было и вполовину не так хреново, как некоторые вещи, которые он изобрел или использовал. Этот конкретный стол был гениален, потому что только части корпуса опирались на дерево. Туловище и бедра обычно напрягались, пытаясь найти удобное положение, что было нелегко. Ремни все время держали конечности туго натянутыми и абсолютно прямыми. Можно было использовать любой метод пыток, а утечка обеспечивала минимальный беспорядок. Раэлю нравилось создавать хаос, но он чертовски раздражался из-за уборки.
— Он уже что-нибудь сказал? — Спросил я, глядя на парня сверху вниз.
— Нет.
— А ты?
Он повертел в руке охотничий нож с зазубренным лезвием.
— Пока нет. Жду тебя.
— Ты просто хочешь посмотреть, как он истекает кровью.
— Не могу отрицать правды, — признал он со смешком.
— Тогда давай приступим.
Раэль широко улыбнулся, когда я подошел, заметив Рейта, выходящего из тени. Я поднял ему подбородок, а затем уставился на невезучего ублюдка, достаточно тупого, чтобы работать с русскими и быть пойманным.
— Кто ты?
Тишина.
— На кого ты работаешь?
Легкий стон сорвался с его губ, но больше ничего.
— Последний шанс, — предупредил я. — Что ты знаешь об убийце, отправленном в больницу?
Все, что я получил, был пустой взгляд.
— Заставь его говорить, — прорычал я, отступая, когда Раэль приблизился.
Он прижал нож к одному из сосков нашего пленника. Последовал быстрый взмах, и лезвие прошло сквозь его плоть, как теплый нож сквозь масло. Крики вырвались из его груди в быстрой последовательности, когда Раэль размахивал отрезанным соском перед его лицом.
— Я заставлю тебя съесть другой. — Сумасшедший ублюдок.
Это, должно быть, напугало парня до чертиков, потому что он начал рыдать и вопить, что он Перспектива Скорпионов.
— Как тебя зовут, придурок?
— Шут.
Рейт хихикнул.
— Ты действительно выглядишь немного забавно, у тебя нет одного соска.
Глаза Раэля заблестели, когда он предвкушал, что снова воспользуется ножом.
— Расскажи мне, что ты знаешь, — приказал я, скривив губы в оскале. Мне уже было скучно. Это дерьмо заняло слишком много времени.
— Русский! Он тот, кто потребовал нашей помощи.
— Какой русский?
— Рези, э-э, Резников.
— Что еще?
— Они просили убедиться, что девушка в больнице получила по заслугам.
Бросившись вперед, я выпустил своего Жнеца и опустил голову, попадая прямо в лицо Шуту.
— Ты расскажешь мне каждую деталь, которую сможешь вспомнить, или я залезу тебе в грудь, вырву твое бьющееся сердце и полакомлюсь твоей плотью, пока ты еще жив.
Шут начал волноваться, и я услышал, как что-то капает внутри стола, стекая по дереву в канализацию. Воздух наполнился запахом аммиака, и я понял, что этот мудак только что обоссался.
— Ты не потерял хватку, не так ли?
Моя голова резко поднялась, и я наткнулся на темно-багровый взгляд единственного существа в этом мире, которое обладало большей властью, чем я.
Люцифер, блядь, Морнингстар.
С МЕНЯ ХВАТИТ.
Выпивка и наркотики. Бесконечные шлюхи, которые покидали мою постель. Пробуждение без памяти о том, что я сказал или сделал, потому что я преследовал следующий кайф.
Ни одна из этих вещей не изменила ситуацию и не помогла.
Мои кошмары и воспоминания все еще сохранялись.
Я продолжал пытаться найти способ успокоить разъяренного зверя внутри, и ничего не получалось. Я был потерян с тех пор, как покинул Афганистан. Пустая оболочка человека, который завербовался десятилетием ранее. Измученный чувством вины, потерей и шрамами, которые опустошили мое тело, я был не в состоянии двигаться вперед. Оказавшись в каком-то порочном подвешенном состоянии, я не видел другого выхода, кроме как покончить с собой.
 
Казалось логичным. И Легко.
Никогда особо не задумывался об этом, когда перекинул одну ногу через свой Харлей и завел двигатель. Я был на шоссе 95 и ехал по середине дороги пятнадцать минут спустя, ожидая, когда первая машина направится в мою сторону. Может быть, я подумал, что то, как Джекс Теллер выбрал свою судьбу и концовку, было слишком поэтичным в последнем эпизоде "Сынов анархии". Мне было насрать. Мне нужно было оставить эту боль и ярость позади, и я не видел другого решения.
Фары приближающегося автомобиля осветили дорогу, и я приветствовал освобождение и свободу, которые принесет конец. Я поднял голову и увидел, как водитель грузовика с полуприцепом ударил по тормозам. Кабина скользнула вперед под весом груза, который он нес, и я знал, что столкновения не избежать.
Улыбка тронула уголки моих губ, и я откинул голову назад, ослабив хватку, принимая свободу. Мотоцикл вильнул подо мной, и я потерял управление, позволив произойти неизбежной аварии. Мои глаза закрылись, и я приветствовал темноту.
Все это скоро закончится.
За исключением того, что это было не так.
Я проснулся примерно в полумиле от шоссе 95 в пустыне, прислонившись к самому колючему кактусу, который я когда-либо имел неудовольствие найти. Перекати-поле прокатилось у моих ног и перевернулось на ветру Невады, когда я прищурился в приближающемся свете рассвета.
— Ты, конечно, глупый сукин сын, — заметил глубокий голос, когда я поднялся на ноги, глядя в лицо человеку, которого я никогда не встречал. Черты его лица были вырезаны из проданного гладкого мрамора цвета слоновой кости. Ониксовые глаза, обрамленные алым, светились юмором, и идеальный изгиб его верхней губы в улыбке доказывал его веселье.
— У меня есть работа для тебя.
Моргнув, я открыл рот, чтобы заговорить, когда он исчез. Больше я его не видел, пока не встретил Грима и не решил присоединиться к "Королевским ублюдкам". Я мог с уверенностью сказать, что он намеревался держать меня в подвешенном состоянии до той ночи. Когда я подписал его контракт и принял Жнеца, я решил, что мне не о чем беспокоиться. Но прошлое было жестоким, и та ночь на шоссе 95 была не последним разом, когда я уезжал и планировал покончить со всем этим.
Дьявол не оценил тот факт, что я не хотел жить.
Грим нашел меня в последний раз, и я знал, что Люцифер никогда не допустит моей смерти. Весь клуб был взбешен тем, что я попытался разорвать контракт, который я подписал. Я обещал, что они никогда больше не найдут меня истекающим кровью на обочине шоссе, особенно после того, как та же участь уже постигла Кейса, предыдущего президента.
Я застрял в этой жизни и версии ада, которую я был вынужден терпеть. Конечно, мне дали использовать моего Жнеца, но это все равно не изменило того факта, что у Люцифера были все хорошие карты в игре в покер, где победитель забирал все.
Моргнув, я понял, что смотрю в лицо ублюдку, с которого все началось. Тот, кто представил контракт, перед которым я не мог устоять. Тот самый самодовольный ублюдок, который никогда не давал мне забыть, что я у него в долгу и никогда не буду свободным. Люцифер подмигнул.
— Ты всегда немного отличался от остальных. Не нужно было ждать Дьявольской поездки, чтобы знать, что ты станешь одним из моих Жнецов.
По какой-то причине дьяволу нравилось трахаться со мной. Понятия не имел, почему. Насколько я знал, он никогда не посещал никого, кроме президента. У Грима были свои причины держать эту информацию при себе, но я поймал этого скользкого ублюдка Люцифера, появляющегося время от времени.
Может быть, я был не единственным, кто его заметил. Черт, он, наверное, получал удовольствие, трахаясь с каждым членом клуба. Меня бы это ничуть не удивило. Он знал каждый секрет, скрытое желание и сожаление, которые были у всех нас. Ему также нравилось держать всех нас у себя над головой, если у тебя были какие-то мысли о расторжении его контракта.