Великий перелом (СИ)

Настал через крыши.
По отмашке сигнальщика бронеавтомобиль замолчал.
И на чердак полетели ручные свето-шумовые гранаты. Раздалось несколько громких хлопков. И штурмовики пошли на приступ.
Причем впереди двигались ребята с переносными баллистическими щитами. Изготовленными из той же стали, что и пластины бронежилетов со стальными шлемами. По той же технологии.
И дальше все было кончено.
Дом был не очень большой. И, как следствие, скромные размеры имел и чердак. Поэтому тех из бандитов, кто залег ближе к лестнице, взяли сразу в бессознательном или полубессознательном состоянии. А какой-то очаг сопротивления в дальнем углу подавили, бросив туда еще несколько свето-шумовых гранат. Укрывшись при этом за щитами и открыв рот.
Оглушило.
И сильно.
Настолько что на несколько минут в ушах был только звон.
Но бандитов вообще выключило…
Шел пятый день большой Уральской чистки…
В процессе наведения порядка в центральном аппарате ОГПУ и НКВД получилось осознать масштаб проблемы. И мало-мальски отработать способы ее решения, разработав тактику штурмовых и прочих операций. Вскрывая связи между задержанными сотрудниками, бандами, сектантами, хозяйственниками и партийцами.
Как итог — в Москве и ее ближайших окрестностях были уничтожены все крупные банды. Где-то физически, где-то через аресты.
Спешно, под новые задачи были разработаны штурмовые изолирующие противогазы, фонарики, едкие дымовые шашки, свето-шумовые гранаты и различное защитное снаряжение. Потому что первые штурмы укрепленных малин первое время заканчивались совершенно обидными потерями. Да и пленных удавалось взять не так много. Также были разработаны методы экспресс-допросов «без порчи тушки», чтобы и сведения выудить, и человека не травмировать безвозвратно. Ну и так далее. Обширнейшая работа проведена.
Потом настал черед Ленинградской чистки.
Сюда уже заходили куда более осмысленно и вдумчиво. Очень сказалось подключение преподавателей специального центра. Которые позволили в самые сжатые сроки расследовать схемы и выходить на ключевые узлы… хм… влияния. Каковыми и были, как правило, банды, выступавшие силовым крылом крупных региональных ОПГ, представленных на самом верху Ленинградского обкома конкурирующими группировками.
Порезвились всласть.
Тем более, что опыт полученный в Москве и сделанные выводы очень помогли. А здесь это все удалось расширить и закрепить. Благодаря чему, кстати, и удалось с удивительной скоростью и решительностью раскрутить заговор Тухачевского.
И вот настал черед Уральской ОПГ… скорее конгломерату из нескольких местных ОПГ, находящихся в своего рода «картельном сговоре».
Это была настолько мощной и влиятельной организацией, что представляла собой по сути — государство в государстве. Ее лидеры занимали почти многие ключевые должности в партийном и исполнительном руководстве региона. Совершенно открыто.
Основу «низовых» составлял совершенно стандартный набор из смычки партийцев с местными «органами», профессиональными мошенниками, бандами и сектами. Только в куда большем масштабе. И вот уже к ним, в качестве местной экзотики, примыкал натуральный зоопарк из разного рода недобитков времен Гражданской войны — всех цветов и фактур.
Что порождало поистине чудовищную организацию. Из-за которой в этих краях можно и без того противоречивая экономика Союза работала совсем никак. Сгорало все. Представляя собой натуральную черную дыру для любого количества ресурсов. Понятно, что таких «прекрасных» персонажей как Иван Кабаков в этот регион еще не заехало. Но и без них — говна хватало.
Нельзя сказать, что в этом регионе ничего не делалось. Делалось. Но слишком уж много «прилипало» к рукам в процессе. Настолько много, что из-за этого фактора, среди прочих, в оригинальной истории Политбюро и сделала ставку на промышленное развитие Украины. Там местные товарищи вели себя осторожнее и «рвали» себе долю куда как поменьше. Тоже большую. Тоже рук не могли поднять от «прилипшего». Но не до такой степени…
В оригинальной истории за этого уральского «Гренделя» взялись лишь в конце 1930-х. Осудив руководство за шпионаж по всецело сфабрикованными обвинениями. Но этот подход Фрунзе попросту не понимал. Зачем? Если у них и так было за что к стенке поставить. Впрочем, экосистема советского правосудия 30-х была достаточно причудлива и плохо поддавалась объяснению с точки зрения здравого смысла.
 
Сделали и сделали.
Послу чего в этих краях прям стали оживать предприятия.
Здесь же браться за Уральскую ОПГ пришлось намного раньше. Ведь земля по долине Камы и ее притокам выделялась под концессионные предприятия. Тут уже возводились каскады гидроэлектростанций. Прокладывались новые дороги, как автомобильные, так и железнодорожные. Создавалась разветвленная сеть речных портов и портовых складов. И так далее, и тому подобное.
И это ОПГ совало во все эти дела свое свиное рыло. Даже несмотря на то, что Фрунзе прямо и четко обозначил зону своих интересов. Однако расхоложенные безнаказанностью разбойнички его не услышали. И если поначалу просто «принюхивались», то последние несколько месяцев вели себя крайне агрессивно, стремясь «отжать» и «подмять» под себя весь этот вкусный бизнес.
Обычно они старались так открыто не сходиться в клинч, предпочитая покупать «государевых людей». Но немцы вели дела со своей «крышей» в лице Фрунзе и не считали нужным платить еще и этим мутным личностям. Да и сами армейцы не сильно понимали всего этого веселья. И чем дальше, тем становилось хуже. Прям как нарастающий ком сходящей лавины. И даже пошли первые жертвы среди немцев и армейцев, в нарастающем объеме конфликтных ситуаций.
Терпеть дальше этот бред Михаил Васильевич не собирался. Да и у Дзержинского освободились ресурсы после наведения порядка в Ленинградском ОГПУ и НКВД. Вот и нашла коса на камень.
Все руководство этой ОПГ взяли в первый же день. С ходу. Благо, что они и не скрывались. А дальше пошло-поехало.
К делу были привлечены кроме обновленных или прошедших проверку сотрудников ОГПУ с НКВД довольно большие силы. Тут и весь штат преподавателей учебного центра. И спецполк ОГПУ — те самые «барсы». И отряд СОН. И целый корпус, выделенный из войск постоянной готовности. Причем в полном составе, включая приданную ему авиацию. бронетехнику и тяжелые артиллерийские системы. И несколько дирижаблей. И даже два полка горных стрелков, оперативное управление над которыми принял лично Буденный.
И операцию не только проводили.
Ее еще и освещали.
Каждый вечер с журналистами проводился брифинг. В котором зачитывалась сводка и давались развернутые пояснения с массой подробностей и «перчинок». А потом, наутро, вся страна читала о том, как доблестные бойцы «органов» и красноармейцы берут приступом очередную «малину». Находят очередной тупик с кладбищем вагонов — украденных и «обнесенных». Обнаруживают целые «расстрельные полигоны», с тысячами тел неугодных и неудобных людей. Тех, которых ранее считали пропавшими без вести.
Получалось достаточно остросюжетно.
Поэтому вся страна, «набрав попкорна» увлеченно следила за событиями. Да и местные жители втягивались. Большинство простых обывателей и не знало о том, что происходит. Да и откуда? Разве что шепотки. А тут — вот — в газетах читаешь о штурме «малины» по такому-то адресу и с удивлением узнаешь о том, что это та самая перестрелка в двух кварталах от твоего дома.
Зная, чем такие операции заканчивались в Москве и Ленинграде местная публика, замешанная в этих делишках, побежала. Не вся и не сразу. Но чем больше вскрывалось «малин» и задерживалось причастных — тех же скупщиков, тем сильнее становился этот исход.
В небе же постоянно барражировали дирижабли типа LZ-120. Они фиксировали организованные группы, отходящие проселочными дорогами и вообще подозрительных движения. Вместе с ними работала авиация.
Горные же стрелки Буденного, подкрепленные бойцами корпуса, активно маневрируя, старались выявленные группы «отработать». Понятно — наобум не стреляли. Мало ли простые жители? Но кого могли — того ловили. В чем им очень помогали кинологи.