Кротовский, может, хватит? (СИ)

— Мне надо на скалу забраться. Где это лучше сделать?
— Над речкой. Вон там за цехом пруд, видите?
— Вижу.
— В него речка впадает. Если пройдете вверх по течению, прямо до скалы и дойдете. Там место самое удобное. Мы в детстве лазили.
— Погоди, а речка под скалой протекает?
— Ага, прямо из под нее течет.
— Понял, спасибо. Давай, так сделаем. Ты сегодня в заводоуправление не возвращайся, будто бы мне помогаешь с инвентаризацией. И завтра с утра тоже сюда подходи. Здесь и встретимся.
— Договорились, — по-моему Вася даже обрадовался, тащиться в контору ему не очень хочется.
Я дошел до пруда, а затем вверх по течению реки, пока не добрался до скалы. Над рекой скала на самом деле какая-то «просевшая». Возможно, что маги, возводившие скалу, не сразу создали ее твердой. И прежде чем превратиться в гранит, скала над рекой «оплыла».
Я с легкостью забрался, перевел доспех в режим планирования и прыгнул. В этот раз летел даже дольше. Километра три пролетел. По дороге к скале я перебирал настройки видения на шлеме, и обнаружил режим, на который раньше не обращал внимания. В этом режиме можно видеть воздух.
Я даже не сразу в это поверил. Но воздух очень неоднороден. Не только потому, что он постоянно движется, еще и плотности у него разные. Видеть воздух — это круто. Так что я не просто планировал, я скользил по воздушным плотностям и потокам как серфингист по волнам.
А приземлившись на землю, я побежал. И опять супердоспех мне в помощь. Не знаю, что за заряд он подает в пятку, но ногу подкидывает. Может, я не поставил мировой рекорд по бегу, все равно бежал очень быстро, а главное, почти не уставал. Уже через час мобила пиликнула, оповещая, что появилась связь.
Я связался со своими, чтоб высылали за мной транспорт вдоль берега реки. Хватит тащить все в одиночку. У меня есть клан, у меня есть целая команда профессионалов. Глупо не использовать такой ресурс.
Еще не стемнело, а я уже сидел в барской избе деревни Лучково, расписывая сложившуюся обстановку и нарезая задачи. Мы даже дозвонились до Петра Хоромникова, чтоб посодействовал в выделении дополнительной мобилетной вышки. Мне, черт возьми, в Кречевске нужна связь.
— Сережка, — Анюта дождалась, когда я замолкну, — Есть один вопрос, который без тебя решить мы не можем.
— Что еще за вопрос?
— Младший брат Балакбая…
— Что, опять луку хотят? В прошлый раз мало было?
— Нет, наоборот. Брат Балакбая… его зовут Билимбай…
— А племянника по имени Бамблби у него нет случайно?
— Можно без подковырок?… я ж не просто так.
— Извини, я слушаю.
— Билимбай нормальный мужик, — вставил Комаринский, который тоже присутствовал на совещании, — Он, в отличие от непутевого братца, понимает, что разбоем дальше промышлять невозможно.
— Вот именно, — подхватывает Анюта, — Он предлагает водить торговые караваны. Хоть тот же лук возить.
— Ну что ж, я только за. Торговать и сотрудничать всегда лучше, чем враждовать.
— А еще он несколько женщин вернул.
— Каких женщин?
— Вдовых. С детьми. Русских женщин, Сережка. Они же крали женщин. Ну вот. Во время нападения немало степняков загибло.
— А, вдовых. Понял. Я только не уверен, что в родных селах их примут, тем более с детьми от степняков.
— В этом и проблема.
— Подумайте, что можно сделать. Обустройте их как-то, лучше всех в одном месте. Они, считай, опозоренные по меркам крестьян, им лучше вместе держаться.
— Я примерно так и хотела.
— Хорошо. Если с текущими делами закончили…
— Сережка, одна еще новость… хорошая… правда…
— Ну, давай свою хорошую новость.
— У нас на счету мильон!
— Ого.
Комаринский выпятил нижнюю губу и со значением покивал.
— Ну все, теперь Кротовский совсем зазнается.
— Не зазнаюсь. Комаринский, мне твоя помощь нужна.
— Ну… коли мильонщик меня вежливо просит… как тут откажешь.
— Мне нужно какое-то холодное оружие.
— Хм, а ты чем владеешь?
— Ничем не владею.
— М-да. Ладно, подумаем. Когда тебе нужно?
— Да вот, скоро уже. Прям сегодня.
— Поговорю с ребятами. Придумаем что-то.
 
В последнюю минуту перед полуночью я уединился в маленькой спальне за занавеской. Нож и клинок, что подобрал для меня поручик, в инвентарь перемещаться не захотели. Мне помогли их прицепить на пояс. Но когда ровно в полночь меня начало перетаскивать в другой мир, я успел услышать, как грохнулось на пол железо. Увы, взять с собой непривязанное ко мне оружие не вышло.
Я снова очутился в трактире с плошкой нектара… и снова без оружия ближнего боя. Я с тоской оглядел зал, но ни одного охотника не увидел. Все разбежались. У всех есть команды. Чужак никому не нужен. Расчитывать придется только на себя и… и в конце концов надо налаживать контакт с этими местными пацифистами. Иных возможностей просто не вижу.
Первым делом я подогнал настройки своего доспеха, немного подстроив его под фасон местной моды. Не один в один, полностью косить под местных ни к чему. Это наоборот может вызвать отторжение, мол чужак полез в калашный ряд со свиным рылом, не зная значения тех или иных элементов одежды. Но некоторые детали и цвета я изменил. Чтоб это выглядело так, будто я проникся аборигенской эстетикой.
Я вышел из трактира и пошел по деревне, направо и налево предлагая помощь. Один раз мне даже позволили поднести пару ведер и вылить их на грядку. Наконец, та самая свама, что давала нам инструктаж, заметила мои потуги.
— Я вижу охотник, ты стараешься перенять хотя бы внешние атрибуты нашего уклада. Это похвально.
— Подражание тоже ведет к пониманию, хотя и небыстро, — пытаюсь подстроиться под менторскую манеру свамы.
— Хорошо сказано, охотник, — одобрила свама, — Обучение начинается с прилежания. Прилежание начинается с повторения. Я хочу наградить тебя за старание.
— Я буду рад любой помощи, — мне приходится прилагать усилие, чтобы челюсти от патоки не свело.
— Тогда прими маленький дар. Слияние — очень важный навык.
— Слияние с чем?
— С чем угодно. Сольешься с лесом и станешь в лесу невидим для врагов.
— Слияние — это вроде маскировки? — пытаюсь перевести этот пафос в прикладную плоскость
— Пусть будет маскировка, — свама снисходительно улыбнулась, — Но маскировка дает внешний эффект, а слияние преображает внутренне.
— Спасибо, мне еще придется это осознать. Пока я не понимаю ценности слияния. Уж извините за тупость. Сейчас я бы предпочел раздобыть хоть какое-то оружие ближнего боя.
При слове «оружие» свама скривилась как от кислого, она бы явно предпочла, чтоб я продолжал внимать ее чушь про слияние. Но все же она решила удостоить меня ответом.
— Ты хотя бы честен, охотник. Так и быть, я тебе подскажу, где добыть оружие.
— Я весь внимание, свама.
— Вот за тем холмом есть озеро. За озером поляна, где когда-то жили иглобразы. Они делились с моми народом длинными острыми иглами. Увы, теперь поляна отравлена порчей. И сами они поддались тьме.
— И какого размера эти иглы?
— Как стрелы в твоем колчане. Только толще… существенно толще. Такую иглу ты сможешь превратить в оружие.
— Честно сказать, я бы предпочел что-то не просто колющее, а еще и режущее, мне нужно добывать макры из тел тварей.
— Те иглы имеют лепестковый наконечник с острой гранью. Таким ты сможешь вырезать макры.
Последние слова свама произнесла, не сдержав отвращения. Отвернулась и пошла от меня прочь. Ну что ж. И на том спасибо. Осталось как-то завалить иглобраза.
Я отправился через холм за озеро, как указала свама. Поляну нашел только потому, что она описала, как ее найти. Продрался через очень колючие кусты, спасибо доспеху, и увидел его… порченого тьмой иглобраза. Ох и страшен ты, иглобраз.
Ну а что я хотел? Мне же сразу сказали, что иглы длиной как стрелы в колчане, и при этом намного толще. И да, наконечники лепестковые, явно очень острые. А если иглобраз этой дрянью еще и стреляет… пойди придумай, как его завалить. Но придумывать придется. Деваться мне некуда.