Аллегра (СИ)

Иронично! — пролетало у Энзо в голове и тот поднялся со своего места.
Он должен был быть мёртв!..
Сходство с Эрни поражало. Его волосы время так же окрасило в пепельный оттенок и, если бы Аллегра не видела собственными глазами труп Эрни, тогда она подумала, что перед ней стоит ее биологический отец.
— Карло? — Алонсо первым пришёл в себя подтверждая личность пришедшего. Ему доводилось в прошлом видеться с Карло Ноэ, так как он был частым гостем в семье Баво.
— Ты что здесь, черт возьми делаешь? — Энзо взрывается за секунду. Только он убедился, что Аллегра полностью принадлежит ему, так на тебе, появился этот.
— Это мой свадебный подарок для невесты, — невозмутимо произнёс Марко, отпивая вино из бокала. — Представляете, встретил его несколько недель назад в Австрии.
Энзо медленно перевёл взгляд на друга, которого в данный момент хотел придушить голыми руками и процедил сквозь зубы:
— Свадебный подарок? — не веря собственным ушам, да и глазами в принципе тоже. 
— Энзо.. — Аллегра перехватывает его руку и их пальцы сплетаются. Придерживая живот, поднимается к парню. — Я хочу поговорить с ним.
— Только в моем присутствии! — Рычит глядя на нежданного гостя, который по прежнему не сдвинулся с места.
— Ты мне доверяешь? — кладет маленькую ладошку на щеку покрытую легкой щетинной, поворачивая брюнета с себе, заставляя взглянуть в голубые глаза.
— Я не доверяю ему! — мнётся и все же уступает. Снимает с себя пиджак и кидает на девичьи плечи, закрывая обнаженную спину от холода и посторонних глаз. — Десять минут Аллегра! После, я присоединюсь к вам!
— Этого будет достаточно. — Мягко улыбается и переводит благодарный взгляд на Марко. Коротко кивает. Мужчина подмигивает в ответ.
Похоже только что между ними рассеялись тучи и Марко действительно принял девчонку, но вот только, не нажил ли он, таким опрометчивым поступком, себе врага в лице Энзо? 
— Помнится в детстве, ты любила сказку про красавицу и чудовище. — Произносит приглушено Карло и протягивает прозрачный футляр. — Кажется сказка стала явью! — смотрит поверх плеча Аллегры, выдерживая тяжёлый взгляд ее новоиспеченного супруга.
Девушка принимает подарок и, никак не комментируя слова мужчины, направляется в сторону деревянной беседки, что расположена в нескольких метрах от праздничного стола.
Неловкая пауза, которая возникла, когда они сели друг напротив друга, никак не напрягала. Наоборот, это была фора для придумывания слов, что за долгое время скопились в каждом из них, но так долго не могли выйти наружи. 
Многолетняя обида и правда, приправленная недопониманием, вот-вот выльется наружу, наконец-то расставит всю недосказанность по своим местам.
— Почему? — слетает с ее губ первый вопрос. А в светлой голове их миллионы. Они роем жужжат, путаются, путают и ждут своей очереди, чтобы получить такие необходимые ответы.
— Гордость. — Краткий исчерпывающий ответ.
Ей бы хоть каплю его гордости.
Кто-то сказал, что гордыня — возбуждение духа. Стоит это возбуждение унять, как проступают истинные свойства натуры.
Такое эфемерное ложное чувство собственного превосходства, грех, который совершенно ни в чем  не уступает своим «собратьям».
Какие же у него была истинная натура? Поджав хвост скрыться на пятнадцать лет? Или, там что-то другое? Что-то более глубокое и не для ума двадцати летней девочки. Вот только двадцать Аллегре только по паспорту..
— Я любил твою мать. Кажется, не было в мире сильнее чувства чем то, что я испытывал к ней. Я готов был простить ее. Я простил,  потому что любил тебя.. — Замолчал тщательно подбирая следующие слова, в надежде, что они правильно воспримутся. — Жизнь не всегда идёт нам уступки. Паола сошла с ума, а меня поставили перед выбором.
— Она не любила меня.. — слёзы наворачиваются на глаза, смахнув их девушка продолжает дальше. — Это чудовище, каким ты обозвал моего мужа, любит меня больше чем родная мать.
— Я знал это. Она тебя никогда не любила.
Такая очевидная фраза, летит в самое сердце, отдавая пронизывающей болью в пояснице. 
 
— Понимаю, что я не твоя дочь, но, неужели в твоём сердце не было хоть самой малости сочувствуя? Если ты знал, что она со мной так отвратительно обращается, почему ты остался в стороне, эгоистично спасая свою шкуру? Я в конце концов твоя племянница. Чем я заслужила все это?
— Есть обстоятельства на которые мы не можем повлиять. Эрни Ноэ пятнадцати летней давности, мало похож на нынешнего успешного предпринимателя и уважаемого человека.
— Был, похож.
— Что? — мужчина непонимающе смотрит на Аллегру.
— Он мёртв! В него выстрелила мать в собственном доме. Полгода назад.
— Скверная смерть.
Серьезно? И все? 
— А ты разве не счастлив? Тот, кто испоганил твою жизнь умер. Чего ещё можно желать?
— Мир не так устроен девочка. Научись прощать. Научись принимать важные решения, пусть даже для этого, тебе придётся ампутировать сердце. Я сейчас здесь, сижу напротив тебя и разговариваю с тобой. Чего ещё можно желать? — бьет ее же картой.
В душе у блондинки начинают скрести настоящие кошки. Обида, вперемешку со злостью и, в этот момент зарождается самая настоящая гордость. За себя. За свою жизнь. 
— В том мире, в котором ты добровольно решила осесть не ценится сочувствие. — Продолжил Карло. — Здесь ценится холодный расчёт, отсутсвие эмоций и предатели, которые дарят бесценный опыт.
— Я не помешаю? — в беседку заходит Энзо, а за ним расслабленно плетётся Бруно.
Марко садится на сторону Карло, и закуривает сигарету.
Энзо кидает на друга косой взгляд и мужчина недовольно тушит сигарету о прозрачную пепельницу.
— Я полагаю вы вдоволь наговорились? — Энзо попрежнему остаётся стоять, обеспокоено поглядывая на свою любимую.
Бледный цвет лица приобрёл мертвенно-серый оттенок, настораживая парня.
Идиот! Зачем он только разрешил им остаться наедине? Что эта мразь успела ей наговорить?
— С тобой все в порядке? — касается тёплой рукой ледяной щеки.
— Что-то не так..
Аллегра встаёт и Энзо видит как под ней расползлась кровь, поедая красным цветом шикарное белое платье.
— АЛОНСО! — оглушающе кричит и подхватывает девушку на руки. — Я даже думать не хочу, что это ненормально! — рычит обращаясь к Карло.
Нет малышка.. не сейчас! С тобой определено все будет хорошо!
— Что происходит? — побледневший Алонсо появился перед мужчинами.
— В машину! Быстро! — командует парень, неся в направлении транспорта ценную ношу. — Все будет хорошо! Все будет хорошо! — как беспрекословно верующий проповедник произносит парень не глядя Аллегре в глаза, боясь увидеть там обратное.
Следующие четыре часа были самими страшными..
Четыре часа, именно этот отрезок времени разделял Вердингс от Флоренции. Энзо уложил голову девушки себе на колени и пытался быть невозмутимым, одев маску сдержанности на лицо. Парня выдавали только пальцы, что тарабанили по кожаной обшивке сидений. Пальцы второй руки: нежно перебирали светлые прядки, распуская из пучка волосы, что были убраны в стильную причёску.
Начало родовой деятельности давало о себе знать, схватки становились частыми и более ощутимыми. Пока не отошли воды, опасности не было. Но, девушку беспокоило другое: вот уже некоторое время она не слышала шевеление малышки.
Для Аллегры прошла будто бы целая вечность, боль вперемешку с переживаниями обрушилась невероятной усталостью и, когда автомобиль остановился у заветной частной клиники, и седой мужчина по имени Витторио Чезаре выбежал навстречу, где-то вдалеке, на задворках сознания, показалось спокойствие. Можно было выдохнуть — она в надёжных руках.
Почему самые жуткие вещи происходят ночью
Тёмное время суток — нагнетает, ещё больше вводя в ужас. В страх, что неконтролируемыми волнами расходится по всему телу. Но ей нужно быть сильной ради малышки.
Каково сейчас ребёнку? Он тоже находится в парализующем страхе. Кроха восемь месяцев нежилась в тепле и спокойствии, а сейчас начало происходить что-то непредсказуемое.