Колыбельная для вампиров - 3 (СИ)

— Как ты сказала, с кем поведёшься, от того и наберёшься, — усмехнулась Мари. — Невозможно жить рядом с эпицентром этой самой политики и не набраться определённых взглядов. Кстати, я всё больше склоняюсь к мнению, что Ладожский поступил разумно. Я погорячилась, обозвав его трусом. Думаю, ему было видней, как правильно вести себя в такой непростой ситуации.
— Слава богу! — обрадовалась Соня. — Конечно, я всё равно надулась на Ладожского. Зато нужно было видеть, как он потом со мной носился, кидался исполнять малейшую прихоть. Такое стоило полученной порки.
— Думаешь? — засомневалась Мари.
— Да! — Соня с заговорщицким видом приложила палец к губам. — Только, чур, Ладожскому ни слова, а то я знаю твой длинный язык. Зай, не смей изводить моего рыцаря насмешками!
— Была нужда, болело брюхо, — фыркнула Мари, но подруга не спускала с неё умоляющего взгляда, и она сдалась. — Ну что ты в самом деле? Будто не знаешь, что я ходячая могила для дружеских секретов. Не боись, я буду нема как рыба.
Взаимные откровения вместе со слезами заняли у девушек восемнадцать минут после чего они снова вышли на предписанный маршрут. Они смеялись и болтали, но при этом зорко поглядывали по сторонам. Когда патрулю попадался подходящий экземпляр, обычно это был кто-нибудь из подростков, они мимоходом касались открытых участков кожи мальчишки или девчонки и те уносили на себе невидимую вампирскую метку, которую отслеживали мониторы службы наблюдения в штабе Объединённых кланов. Никто из подростков и не подозревал, какая необычная судьба им уготована. Впрочем, отсев был велик и избранных оставалось очень мало. Правда, у патруля была ещё разнарядка на менталистов, но этих подопытных кроликов для генетического института набирали из публики постарше. Мари и Соне повезло, они сумели выудить одного феникса и двух сильных металистов.
Стоило девушкам сесть на скамью у Казанского собора, как на набережной канала Грибоедова остановился знакомый чёрный ягуар и вслед за ним припарковался ауди.
— Mon dieu! Явился не запылился! — простонала Мари при виде Ника, выбирающегося из машины.
— Успокойся, зай! Дежурство уже закончилось.
— Это у тебя оно закончилось, а мне ещё нужно в штаб, к моему ведру и швабре.
— Сочувствую, но ничем не могу помочь, — рассеяно сказала Соня и поднялась навстречу спешащему к ней Ивану.
Она повисла на шее своего рыцаря, и парочка слилась в страстном поцелуе.
«Фу! — скривилась Мари. — Так завидно, что даже противно смотреть на это».
— Палевская, ты своим ходом доберёшься до штаба или поедешь со мной? — спросил незаметно подошедший Ник и девушка, увлёкшаяся наблюдением за воркующими Иваном и Соней, вздрогнула от неожиданности.
— Едем, — согласилась она и, помахав друзьям, направилась к ягуару, который своими обводами очень походил на хищника, давшего ему своё название.
Угнездившись на мягком сиденье, Мари расслабилась и закрыла глаза.
— Реази, давай никаких разговоров, если у тебя было такое намерение. Я так устала, что просто засыпаю на ходу, — пробормотала она и когда машина тронулась, она уже спала.
Ник не стал её будить, хотя действительно хотел поговорить. Временами он поглядывал на девушку и, увидев, что она мёрзнет, бросил ей свою куртку. Она что-то пробормотала и, натянув её на себя, снова уснула. «Мариэль, ты помнишь свою мать?» — мысленно спросил он. «Maman! — всхлипнула девушка. — Рени, пожалуйста, не умирай!» Ник не стал её больше тревожить и включил полицейскую мигалку.
____________________________
[1]Il y a déjà de la force de regarder comment elle s'éteint tout doucement… quid des conversions (фр. яз.) — Нет уже сил смотреть, как она потихоньку гаснет… сердце кровью обливается.
[2] Annabelle est tellement petit et faible… Mon dieu! Il y périra! (фр. яз.) — Аннабель такая маленькая и слабенькая… Боже! Она там погибнет!
  
Глава 16
 
Политические сложности укоренения в России. Кто вы, мистер Х?
Двери офиса автоматически распахнулись, но никто не вышел навстречу стремительно вошедшему посетителю. Правда, где-то в глубине огромного здания, на дисплее дежурного в службе охраны, засветился сигнальный огонек и, опознав своего, мирно помигал зеленым светом и погас. Дежурный оператор тоже подтвердил в журнале дежурств номер жетона и время прибытия посетителя, а затем вновь замер, сонно глядя на экраны перед собой.
 
В штаб-квартире СС ОК, который многие до сих пор по привычке называли штабом клана Волка, в такое позднее время оказалось довольно темно. В фойе, сквозь высокий купол стеклянного потолка светил молодой месяц, сияющий на непривычно ясном небосводе, усыпанном мелкой россыпью звёзд, да кое-где горели слабые светильники, которые почти не разгоняли тьму, но добавляли загадочных колеблющихся теней. Огромный зал выглядел таинственным и непривычно тихим без деловой суеты, царящей здесь днём. Палевский, скользящий бесшумным призраком по его просторам, в сопровождении негромких вскриков спящих птиц и монотонно шумящих струй неумолчного фонтана, не нарушал очарования его готически-мрачной обстановки. Достигнув лифтов, он спустился на этаж F и, безошибочно сориентировавшись в лабиринте коридоров, нашел кабинет Штейна. Он постучал и сразу же вошёл, не дожидаясь разрешения.
Хозяин кабинета поднял голову и улыбнулся позднему гостю, а затем поднялся ему навстречу. Палевский махнул, мол, сиди, и быстро пересёк разделяющее их пространство. Сев напротив, он сдержанно поздоровался и с сочувствием посмотрел на покрасневшие глаза друга.
— Прости, Том, что задержал, — счел нужным он извиниться. — К сожалению, времени в обрез, а ты мне срочно нужен. Завтра я улетаю на региональный сбор в клане Тигра, а оттуда с инспекцией в Юго-Восточную Азию, так что не обессудь за поздний визит.
— Teufel! Так или иначе, но я все равно торчал бы здесь, поэтому зря извиняешься.
— Смотрю, ты не терял времени даром, — добавил Палевский, с лёгким изумлением взирая на горы документов, лежащие на столе.
Штейн досадливо поморщился.
— Ежедневная рутина. К тому же на новом месте всегда появляется масса дополнительной работы. И по закону подлости, чем больше делаешь, тем больше её валится.
— Давай добавим штат.
— Не стоит. Дело не в количестве рук, а в опыте. Сотрудников со знанием русского языка и специфики страны просто катастрофически не хватает, потому и дела идут тяжеловато. Даже местных аборигенов приходится привлекать, а это немалый риск. Хотя на настоящий момент в стране вполне подходящая расхлябанная политическая обстановка, но зоркие глазки бывших сотрудников госбезопасности СССР никуда не делись. Они примечают всё, что вокруг творится, даже если это никому не нужно. Ты же знаешь, это синдром старой цирковой лошади. Руководящая верхушка, с головой ушедшая в бизнес, пока легкомысленно игнорирует их опыт, но со временем обстановка может резко измениться. Но я очень надеюсь, что к тому времени будет слишком поздно, и мы успеем взять под контроль нужные службы, внедрив в их ряды подконтрольных ментальников.
— В целом как обстоят дела? Какой процент руководства страны находится под контролем?
— Около двадцати. Понимаю, немного, но большинство этих людей находятся на важных руководящих постах, так сказать сливки общества.
Палевский нахмурился и сомнением произнёс:
— Все равно не густо. Надеюсь, в ближайшее время ничего экстраординарного не произойдет. Иначе туго придётся.
— Я тоже надеюсь. Жаль, что мы дёрнулись внезапно. Скажи ты заранее, и я давно подготовил бы здесь комфортабельный аэродром для высадки. Конечно, моя служба пришла сюда не с пустыми руками. Кое-какие наработки у нас имелись изначально. Думаю, обстановка стабилизируется, когда подключатся наши ребята с Запада. Они придут через их секьюрити. Заодно возьмём под контроль информационные каналы западных служб, лишние глаза в России нам совершенно ни к чему, — на столе вспыхнул информационный куб. — Посмотри, вот здесь запланированы основные центры внедрения. Надеюсь, ты поддержишь мои разработки ментальным давлением вот в этих точках…