Зовите меня просто - Морти! (СИ)

Ничего, у меня достаточно большой опыт как решения проблем, так и их создания, так что скучные дни для Джареда Тринадцатого однозначно закончились. А вообще, если серьёзно, то парень не то замалчивает некоторые неприятные моменты, не то действительно о них не знает. Надо бы выяснить, и только потом уже расставлять приоритеты.
В характеристике империи, которую мне выдали для ознакомления с будущим местом работы, было совершенно чётко сказано, что у императора две жены, и ни к одной из них он не испытывает тёплых чувств, скорее, наоборот. Это проблема номер раз. Ещё у правителя Ассарша есть три дочери, причём старшая, Шарха, уже очень хочет замуж. Уж не знаю, что там с ней не так, но женихи в очередь не выстраиваются. Это проблема номер два. С сыновьями там вроде всё нормально, а вот среди приближённых есть недовольные, которые уже практически организовались в группу заговорщиков. И это проблема номер три.
А ведь это я ещё не начинал разбираться детально!
— В таком случае, Мортимер, позволь тебе представить человека, с которым ты будешь иметь дело даже, может быть, чаще, чем со мной, — проговорил, вздохнув, император. И даже на имени не запнулся: может ведь, когда хочет!
Я доброжелательно улыбнулся хмуро глядящему на меня секретарю: во всех без исключения книгах по психологии говорилось о том, что улыбка — лучшее начало знакомства.
— Мой незаменимый секретарь, шэр Шарит Дораж. Со всеми вопросами можешь обращаться к нему.
— Со всеми-всеми? — уточнил я, внимательно глядя в глаза новому подопечному — ну а кто он мне ещё? Я же верховное божество, а не просто так! — Даже касающимися государственных тайн? Или твоих личных секретов?
Джаред нахмурился и задумчиво махнул хвостом.
— Со всеми организационными вопросами, — уточнил он, — в частности, касающимися размещения. Или ты у себя жить будешь? Там…
— Где? — изумился я. — Я же ваше божество, значит, и жить буду в Ассарше, в храме. У вас же есть храм?
— Есть, — недовольно поморщился Джаред, — но не уверен, что тебе понравится. У Фираша был более чем своеобразный вкус, если честно. Но ты скажи шэру Доражу, если что, и там всё быстро поменяют.
— А что с ним не так? — с любопытством спросил я, плохо представляя себе, что такого странного мог учудить старый Фираш. — Надеюсь, жить-то там можно?
— Можно, — успокоил меня Джаред и хотел добавить что-то ещё, но тут двери распахнулись, и в комнату быстрым решительным шагом вошла совсем молоденькая демоница.
Надо сказать честно — выглядела она совершенно сногсшибательно: тёмные глаза, смуглая нежная кожа, аккуратные рожки, выкрашенные золотистой краской по последней моде. Изящная фигурка затянута в кожаный костюмчик, выгодно подчёркивающий роскошные формы. Это что же за куколка такая?
— Папа! — воскликнула она, кинув на меня презрительный взгляд: видимо, я в своей потёртой куртке и обычной одежде не произвёл на девицу никакого впечатления. — Я получила ответ от… Кто это вообще?
Она пренебрежительно ткнула в меня пальчиком с длинным алым ногтем, а я подумал, что на воспитателях для красотки император явно сэкономил. Даже я и даже в детстве не тыкал в незнакомых демонов пальцами. А она всё-таки принцесса.
— Это Мортимер, — с нечитаемой интонацией сообщил император и, выгнув бровь, посмотрел на меня.
— Дурацкое имя! — фыркнула принцесса. — С каких пор ты стал допускать в кабинет всякий сброд?
Какая милая девчушка у нас принцесса, оказывается, ну просто прелесть что такое! Джаред наблюдал за моей реакцией, а девица тем временем ещё раз окинула меня взглядом и требовательно произнесла:
— Отправь его куда-нибудь, мне надо с тобой поговорить. Прямо сейчас!
— Не могу, — император пожал плечами и оперся плечом о стену, — он меня не послушает. Верно, Мортимер?
— Тебя? — принцесса пренебрежительно хмыкнула. — Да кто он такой, чтобы вообще рядом с тобой стоять?
— А он наше новое божество, — чрезвычайно любезно сообщил дочурке Джаред, с искренним любопытством наблюдая за сменой выражений на прелестном личике. — Вместо старого Фираша.
 
— Божество-о-о? — протянула принцесса, на секунду растеряв наглость и самоуверенность. — Ты уверен?
— Абсолютно, — кивнул Джаред и, кривовато улыбнувшись, сказал, — Мортимер, это моя старшая дочь, Шарха. Надеюсь, вы сможете найти общий язык.
— Очень приятно, Мортимер, — презрение на хорошеньком личике стремительно сменилось любезной улыбкой, а холод в голосе — приветливым воркованием. — Прости, я не сразу поняла, что твой вид — это просто потому, что ты выше всяких условностей, ведь божествам они совершенно ни к чему. Правда?
— Совершенно верно, Шарха, — я снова улыбнулся, хотя никакой симпатии девица у меня не вызвала, вот ни малейшей! Высокомерная хамка — терпеть таких не могу. Зато теперь я, кажется, понимал, почему, несмотря на высокий статус отца и на более чем достойное приданое, женихи не торопятся осчастливить принцессу предложением руки и сердца. Кому же захочется такую змеюку в дом приводить?
— А скажи, ты один к нам прибыл? — взгляд принцессы приобрёл остроту кинжала и напряжённость натянутого лука. — Или с семьёй?
— Кхм, — с намёком кашлянул император, глядя на дочь с упрёком.
— Я просто спросила, — она сделала невинные глазки, но уточнила, — я, конечно, не очень хорошо помню хроники и предания о богах, но мне кажется, некоторые из них не отказывали себе в простых радостях и даже обзаводились спутницами жизни.
В голове моментально сиреной взвыл сигнал тревоги, и я осторожно сделал несколько шагов в сторону. Джаред, заметивший мой маневр, тихонько хмыкнул, но ничего не сказал и лишь переглянулся с секретарём. Видимо, сейчас я тоже проходил какое-то испытание, и от того, как я смогу выйти из щекотливой ситуации, во многом будет зависеть то, как сложатся наши отношения с Джаредом.
— Не сомневаюсь, что некоторые так и делали, — с уверенностью, которой вовсе не чувствовал, сказал я, — но для того чтобы обзавестись семьёй, мы должны доказать, что уже достаточно квалифицированные боги. Понимаешь?
— Более или менее, — осторожно ответила принцесса, пытаясь не дать мне увильнуть от ответа, — и как же это нужно доказать? Разве сам факт женитьбы, — тут мы втроём — император, секретарь и я — дружно вздрогнули, — не является показателем взрослости?
— Нет, — ответил я и торопливо добавил, увидев, как гневно сошлись идеально очерченные брови, — но я сейчас тебе объясню.
— Ну вот смотри, — начал я, аккуратно подцепляя принцесску под локоток и увлекая в сторону обнаружившегося возле стены кресла. Усадив ее и присев на подлокотник так, чтобы вроде как и рядом быть, и в то же время иметь возможность в любой момент сбежать, я продолжил, вложив в голос максимум проникновенности, — предположим, я решу обзавестись семьёй сейчас, будучи божеством начинающим…
— По-моему, прекрасная идея, — игриво царапнула меня длинным ноготком Шарха, — мне, например, очень нравится.
— О, ты такая великодушная и добрая! — воскликнул я чуть ли не со слезами в голосе, глядя на растерявшуюся принцессу восторженным взглядом, но тут же сбавил обороты: здесь главное — не переиграть.
Шарха удивлённо моргнула: видимо, доброй и великодушной её ещё никто не называл.
— Почему? — она снова хлопнула длинными ресницами.
— Ну как — почему? — я слегка приобнял её за плечи, делая вид, что не замечаю строгого взгляда Джареда. — Ты ведь готова пожертвовать ради меня своей юностью и, став моей женой, разделить со мной все беды и тяготы этого пути.
Было забавно смотреть, как удивлённо вытянулись лица у всех трёх представителей Ассарша: судя по всему, представления о жизни божества тут были достаточно стандартные. Старый Фираш, насколько я его знал, очень любил комфорт и всевозможные удобства.
— А почему тяготы? — выцепила главное из моих слов Шарха. — Ты же божество, разве тебе не доступны все блага окружающего мира?
— Если бы, — я смахнул несуществующую слезу, — доступ ко всем этим чудесным возможностям ещё нужно заработать, понимаешь? Ваша империя — первая, в которой я буду самостоятельным богом. Так сказать, первый опыт, который, к сожалению, редко бывает удачным. Но ничего, я справлюсь, я очень старательный и целеустремлённый. А пока можно и в небольшом храме пожить, ничего страшного. Там ведь хватит места для двоих, Джаред?