Зовите меня просто - Морти! (СИ)

— Как вы понимаете, ваше величество… — начал я, проходя в кабинет, но король перебил меня:
— Ты практически стал членом моей семьи, так что давай в приватных беседах обойдёмся без официоза. Называй меня просто Ганелон, тем более что ты божество, ты мог бы делать это и без моего разрешения. Особенно после всего, через что мы вместе прошли… Но ты всегда был исключительно воспитанным юношей.
Я слегка смутился и хотел уточнить, не путает ли меня король с кем-то другим, например, с Тео или Хасидом — вот кто всегда исключительно вежлив и корректен. Но промолчал и лишь благодарно склонил голову.
— Хорошо, Ганелон, — король довольно кивнул, — естественно, я появился не просто так, а по поводу! И ты даже не можешь себе представить, по какому!
— Я заинтригован, Морти, — Ганелон потёр руки, — если намечается какая-нибудь заварушка, я в деле!
— Гораздо лучше, — я сел в кресло и, дождавшись, пока король отдаст распоряжения по поводу напитков, сказал, — я нашёл Элечке жениха.
— Жениха? — дверь, соединявшая кабинет короля и рабочую комнату его супруги, королевы Лидии, распахнулась, и её величество остановилась на пороге. — Я правильно услышала, Мортимер?
— Конечно, ваше величество, — я с улыбкой посмотрел на раскрасневшуюся королеву и нахмурившегося короля.
— Ну да, я подслушивала, и что? — Лидия с вызовом посмотрела на царственного супруга и добавила, — она и моя дочь тоже, между прочим.
— И кто же этот несчастный? — Ганелон махнул рукой и жестом предложил королеве занять одно из кресел.
— Император Джаред Тринадцатый, — зашёл я с козырей и, судя по тому, как переглянулись Ганелон и Лидия, сделал правильно. — Он правит империей, которой я покровительствую. Точнее, одной из двух… Во второй тоже есть правитель, но он счастливо женат.
— Но, если мне не изменяет память, тебе дали империю демонов, — Ганелон стал чрезвычайно серьёзным, — то есть этот твой Джаред — демон?
— И что? Биэль вон тоже демон, а половина ваших придворных дам готова бежать за ним, роняя туфли, при малейшем намёке. И это несмотря на то, что он призрак, и на то, что его сердце давно занято. Чем мой Джар хуже?
— Но срок жизни у человека и демона значительно отличается, — вступила в разговор королева, — зачем девочке такие психологические травмы?
— Став женой демона-аристократа — а Джаред именно такой — и принеся определённые клятвы, Элеонора продлит своё существование веков на пять-шесть. При условии, что не будет покидать Ассарш надолго, конечно…
— Пять-шесть веков? — Лидия задумалась. — Думаю, этого вполне достаточно, потому что за такой срок осточертеет любой, даже самый замечательный муж.
— А почему тебе вдруг пришло это в голову? — сообразил поинтересоваться Ганелон, демонстративно не реагируя на шпильку жены в свой адрес.
— Видишь ли, — начал объяснять я, — для одного дела мне нужно было использовать женскую иллюзию, и я выбрал образ Эли. А Джаред увидел — и всё, потерял голову. Вот и я подумал: а почему бы их не познакомить? Он отвечает всем Элечкиным требованиям: богат, красив, император, опять же, дети уже взрослые, есть, правда, две жены, но они живут своей жизнью.
— Как это — две жены? — нахмурилась королева. — У него гарем?
— У демонов свои правила, — начал объяснять я, — но вы лучше спросите у Аш-Рибэйла, он точнее объяснит. Но ни одна из имеющихся в наличии жён не стала единственной и настоящей. Это были чисто договорные браки. Джар ни одну из них не признал императрицей.
— Мне кажется, на твоего протеже для начала должна взглянуть Эля, а там и решать станем, — Ганелон кивнул каким-то своим мыслям.
— Отлично! — я потёр руки, довольный удачным завершением первого этапа. — Можно мы тогда завтра на чашечку чаю заглянем, чисто по-приятельски, в целях, так сказать, налаживания межмировых связей? Ну а как заманить в кабинет Элю, вы уж сами придумаете.
— Замётано, — протянул мне руку король, а я подумал, что всё-таки плохо влияю на правящие структуры…
Когда я вернулся в Ассарш, то прямым ходом направился в кабинет императора, чтобы рассказать о визите в Терейю и проверить, как идёт подготовка к завтрашнему мероприятию. Джареда я ожидаемо застал на рабочем месте, там же находился и Шарит, после наших с принцесской приключений проникшийся ко мне искренней симпатией. Заняты демоны были тем, что изучали разложенные на столе схемы вышивок. Смотрелось это совершенно феерично, но я нашёл в себе силы промолчать и воздержаться от комментариев. До сих пор считаю это одним из самых мужественных моих поступков.
 
— Мортимер, — как родному обрадовался мне император, — какое счастье, что ты вернулся! Мы в полной растерянности: какую вышивку выбрать в подарок королю Ганелону. Что посоветуешь?
Я подошёл к столу и на какое-то время выпал из реальности: таких оригинальных сюжетов для вышивания я, пожалуй, ещё не встречал. Я, конечно, не самый крупный в этом деле специалист, но мне всегда казалось, что вышивают что-то более… консервативное. Отобранных вариантов было три.
На первом бодрый демон с огромными рогами и в алом плаще пронзал мечом другого демона, тоже крупногабаритного, но уже в чёрном плаще. Вокруг были живописно разбросаны тела в чёрном и алом, краснели лужи крови и валялись чьи-то кости.
— Это битва с отступниками, — пояснил при виде моей вытянувшейся физиономии император, — время действия — прошлое тысячелетие, а демон в алом — мой предок. Не спрашивай меня, кто сделал это материалом для вышивки, но подлинник картины висит у меня в парадном зале приёмов. Она ни на что не намекает, конечно, просто создаёт соответствующий антураж.
Второй вариант не вымораживал убойным сочетанием красного и чёрного, но тоже был более чем оригинальным. Посреди песчаной пустоши лежала, свернувшись кольцами, здоровенная змеюка жизнерадостного оранжевого цвета, из пасти которой высокохудожественно торчали чьи-то ноги. На морде змеи застыло выражение вселенской тоски, из чего следовало, что мужик был не слишком аппетитным.
— Это тоже отступник? Был… — спросил я, заворожённо глядя на гигантскую змею.
— Нет, это неизвестный герой, — хихикнул Шарит, — плод, так сказать, фантазии живописца.
— А подлинник? — я вопросительно взглянул на Джареда. — Тоже в зале приёмов?
— Утерян, — с грустью сообщил секретарь, — но мы, честно тебе скажу, не слишком и искали.
— Охотно верю, — согласился я, — я бы тоже не стал…
Третий вариант на фоне первых двух выглядел просто идеально: серую морскую гладь украшали пенные барашки, а посреди волн радостно бултыхался октопод. Обе его головы маячили над водой, а длинные щупальца тянулись к зрителю.
— Всё остальное ещё хуже, — честно сказал Шарит, и я понял, что даже моя нездоровая фантазия пасует. Представить что-то из рубрики «ещё хуже» я, честного говоря, затруднялся.
— Берём октопода, — подумав, решил я, — в конце концов, дорог не подарок, а внимание, правильно?
— Упаковать в ларец и украсить лентами, — велел император подскочившему лакею, указывая на шедевр с двухголовым монстром.
— Отлично, — я, всё ещё находясь под впечатлением, рухнул на диван, — я договорился о визите, завтра нас будут ждать. Начнём расширять сферы влияния, а если задружимся, то потом и Ишиву можно будет туда свозить. Они же теперь тоже как бы мои подопечные…
— А король Ганелон не удивился, что ты вдруг предложил ему такое? — Джаред налил всем выпить. — Я бы вот удивился, наверное.
— Он меня уже три года знает, — махнул я рукой, — и не к такому привык. Как-нибудь я тебе расскажу, какие приключения у нас были, сколько опасностей мы пережили. Ух! Кстати, Джар, насчёт твоего заговора. В смысле — заговора против тебя. Ты не будешь возражать, если я привлеку к расследованию чрезвычайно квалифицированного специалиста?
— А моя служба безопасности тебя не устраивает? — нахмурился император.
— Неа, — я сделал большой глоток, — если она прошляпила такое, то грош ей цена, уж не обижайся. Они либо не профессионалы, либо тоже замазаны в этом деле.