Троюродный дядя (СИ)

– Ирина Павловна, а кто ремонт делал в комнатах? И в учебных классах?
– Понравилось?
– Понравилось, очень.
– А вот как раз из «Парацельса» и делали. Да быстро так, за день. Группой пришли, ребята такие молоденькие все, практиканты-медики. Часть практикантов детишек наших смотрела. А вторая часть ходила по классам. Граффити увлекаются! Сегодня мы вспоминали их как раз, они обедать отказались, а весь день у нас были. Там у них профессор зарубежный, Андрей, просто по именам их зовут, серьезный такой. Мне позвоночник смотрел. Украшение повесил, сказал, месяц не снимать. Видишь? Красивый кулон?
– Да, очень красивый.
– Снять показать?
– Нет! Что вы! Вас просили не снимать, не снимайте.
– Да ладно, бери.
Кулон у нее запутался в буклях, я замахала руками:
– Ирина Павловна, даже не возьму, не надо. Я и так сапфир вижу.
– Да ладно, сапфир нашла. Это психотерапия, чтобы я верила. Тогда помогает, я читала про такие вещи.
– Только не потеряйте. И никому не показывайте. Вообще никому. А то сдернет кто-нибудь.
– Хорошо, как хочешь, а тебя ждут в следующее воскресенье, профессор специально пораньше подъедет, к десяти утра. Чтобы ты успела.
– Ирина Павловна, а как давно вы с ними знакомы? – спросила я осторожно.
– Три года уже. Они тоже за детьми приглядывают, двое в нашем детдоме были, только жили отдельно. Они танцуют, и поступили на хореографию! Парень с девушкой. А хочешь, я договорюсь, что бы они с тобой позанимались? Наши же. На втором курсе в институте учатся!
–  Пока не нужно, но спасибо. Мне надо разобраться еще с учебой, с музыкалкой, и тренировок больше получилось, чем планировала. Думала, три раза в неделю. Я еще на факультатив по химии записалась, к ЕГЭ надо готовиться.
– Это да. А куда поступать думаешь?
– Пожалуй, в медицинский. Или в химико-технологический.
Она посмотрела на меня с состраданием:
– Лера, уж лучше в медицинский! В кабинете, в белом халатике. Ну как ты будешь работать химиком? Взорвется что-нибудь? Страшно же!
Я засмеялась. И что про нее говорят – суровая такая. Доброжелательная, надежная, а сама, как кубик. На ножках. И букли на голове. А глазки голубенькие.
– Ирина Павловна, у вас работа тоже не мед. Взорваться может где угодно. Если знать – то и не взорвется. А в белом халатике можно и спид подхватить.
– Да ну тебя. А на ужин мы не сходили, проболтали. Голодная?
– Нет, что вы, не волнуйтесь. Я после тренировок только пить могу.
– Подожди! Ты что, шесть раз в неделю не ужинаешь?!
– Ужинаю, только легкий ужин. Я завтракаю очень плотно, все хорошо.
– Смотри у меня, худенькая ты такая. Если не наедаешься, скажи, переведем на санаторную норму, раз тренировок много. Скажи обязательно! Хорошо?
– Спасибо, если что-то надо будет, скажу.
– До свидания, Лера, отдыхай.
– До свидания, Ирина Павловна, всего доброго, спасибо.
Я закрыла за ней двери и перевела дыхание. Меня колотило. В Питере полно магов! Ну почему я так  долго ждала подходящего момента, чтобы аккуратно выяснить, кто украсил стены бытовой магией?!
Спокойно, только спокойно. Как плохо, связи нет с отцом, как плохо.
Взяла полотенце, белье и пошла в душ. Стояла под очень горячим душем, успокаивалась. Зашла в комнату – опять затрясло. Легла. Мышца болит. Потянула ее как следует. Размялась вроде хорошо, а потянула.
Будем рассуждать логически, как учил отец. Эти маги здесь около трех лет. А я три года назад жила себе под Хабаровском. Тихо-мирно. Учила травки и защиту, бегала на лыжах, бренчала на фортепиано. Но каждое лето отец меня переносил на Рандиан. Выбирал места рядом с вулканами, где достаточно  своего магического возмущения. А там уже меня забирали, он возвращался на Землю.
Перехватили его полгода назад. Что произошло, он сказать мне не мог, и это правильно. Ментальные  маги редко, но встречаются. У отца, получается, есть ментальный маг. У тех, кто выкрал меня, тоже есть ментальный маг. Один – точно. Если бы я что-то знала, могла бы подробненько так рассказать, не желая этого.
 
Получается, здесь и караулят отца? Но как мала вероятность, что он попадет в Питер! Земля в каталогах Содружества недавно. Как недавно? Дату не знаю. Запомню, что тут есть вопрос. Кроме того, это каталоги Содружества. А кто смотрел перечень миров-союзников Нового мира? За последние годы?
Далее. Допустим, это ищут отца.
Но не могли же они сидеть в крупных городах всего мира Земля? Это же бред. Даже у Содружества не хватит столько свободных магов, любых. Допустим, они узнали, что мы в России конкретно. Нет, все равно маловероятно. Это я должна быть на расстоянии метров сто максимум. Чтобы разглядели ауру мага. Нет, закрыть все крупные города магами – проблема. А где гарантия, чтобы мы сидели  не в каком-нибудь маленьком городке Тетюши? Еще месяц назад я не знала, что будем в Питере. Отец думал, Москва или Ярославль. Предложили Питер вообще в опекунстве.
Так, стоп, а могли они через опекунскую сеть как раз? В принципе, вероятность такая может быть. Это еще один вопрос. То есть, подтолкнули туда, где есть детский дом, который уже контролируется, так или иначе. Где все «схвачено». Найти меня, а через меня и отца. Получается, отец им насолил чем-то. Дело не в том, что я наследница кого-то. Иди чего-то. Они уже там явно устроились за столько лет, им я просто не нужна. Лучше бы меня и не было. А отец им нужен отдельно? Спрашивали меня только одно, где твой отец. Если они решили, что он мой родной отец, то так или иначе выйдет на связь?  А сами с Нового мира, ведь держали в мире с красным небом? Или это был не Новый мир?
Ничего не знаю. И я не обучена сопоставлять информацию.
Все равно, получается, в этот «Парацельс» мне нельзя. Сказать я ничего не могу, но шантажировать отца мной смогут. Как там тетка из опекунства сказала, не воруй и не сбегай? Значит, у меня ровно неделя до следующего воскресенья.
Как плохо. Очень. Убегая, я должна решить сразу много задач. Во-первых, как мне затеряться. Я несовершеннолетняя, значит, меня будут искать. Во-вторых, у отца должна быть возможность приехать ко мне легально. В-третьих, как мне незаметно выйти с сумкой, рюкзаком и чемоданом на колесиках. Это две ходки. Камеры хранения? И, главное, куда мне ехать. Куда? Без документов.
Прощай, школа, прощай, спорт, прощай, Академия.
И я не умею жить на улице. Там явно свои законы. Включая все. Ужас! Изнасилуют сразу.
Отец, как ты нужен, срочно!
И часть вещей придется перенести на случай срочного ухода.
  
7
 
После тренировки пошла на ужин. На моем месте сидит Наташа. Взяла я свою порцию и пошла на другое место, совершенно конфликтов не хочется.
– Что, боишься?
Молчу и ем. Чувствую, тишина. Глаза поднимаю, оглянулась – человек десять в столовой, все ждут с интересом. Татьяна, воспитательница, вроде как ест, отвернувшись, но тоже ждет развязки. Я непроизвольно улыбнулась.
– Что молчишь? Думаешь, тут порядки свои будешь наводить и всем командовать?
– Думаю, что тебя перевоспитывать не входит в мои обязанности.
– Вот именно! Эй, ты что сказала, я не поняла! Ты меня оскорбила, да? Все слышали?!
– Успокойся, конечно, все слышат. Всем интересно, зачем ты ко мне пристаешь. Наташа, а знаешь, я тебя приглашаю на тренировочные соревнования, послезавтра, в среду, в шесть вечера, в спортзале. Вход свободный. Не забудешь? Меня там бить будут, тебе понравится.
– Да мне уже нравится! И я смогу тебя стукнуть?
– Если сможешь, конечно, стукнешь.
– Стукну, я приемчики знаю!
– Вот видишь, сколько у нас общего. Всем приятного аппетита. Можете договариваться на коллективную разминку.
В учебную комнату не пошла, делала уроки у себя. Ирины Павловны не видела. Придется после  соревнований идти к ней, повод будет в любом случае.
На следующий день на русском было сочинение.