Синий пепел (СИ)

Но вот так, вдруг, узнать, что корабль практически собран и готов к полёту, и полёт этот сразу нужно направить в сторону от Земли и подальше, причём с максимальной скоростью…
Москва, Кремль.
Для решения по данному вопросу было собрано совещание Совета Обороны, где и заслушали Виктора, который для этого случая сделал десятки фотографий, и пару обзорных видеороликов.
– Как же так получилось, что вы единственный у кого есть допуск? – Спросил президент, и поднял взгляд от блокнота, где он делал какие-то записи.
– Корабль при крушении рассеял более двухсот капсул с имплантами. – Виктор усмехнулся. – Но прижились пять, что было названо искусственным интеллектом как прекрасный результат. Четыре зерна были обнаружены учёными и подвергнуты жесткому излучению. Два сразу взорвались вместе с носителями и лабораториями, а ещё пара просто распалась. И кстати, я точно попал бы в число тех, у кого капсула взорвалась, так как она к моменту моего появления в госпитале уже раскрылась и приступила к модификации организма. У корабля больше нет зёрен, и он не может их воспроизвести. Это по каким-то причинам запрещено делать.
– Вы утверждаете, что вся производственная база останется в нашем распоряжении? – Уточнил генерал-полковник Ишкуватов.
– Не совсем в нашем. – Виктор усмехнулся. – дело в том, что любой объект без полного допуска воспринимается производственным комплексом, и любой его частью как враждебный, и подлежит уничтожению. Да, биологические монстры утилизованы, но кибермеханические модули, куда более опасны в военном отношении, и производственная зона никогда не станет местом для обзорных экскурсий. Даже для того, чтобы подойти к нанофабрике, которая производит разные лекарства и вещества, нужно иметь такой допуск. Раса телгор хорошо умеет защищать свои секреты. А если полезем нахрапом, получим новое пятно. Только не биологическое, а механическое. И оно будет на порядок серьёзнее чем то, что было раньше. Стандартный шагающий робот девятого класса, способен пробить сквозную дыру в танке с расстояния в десять километров, а лёгкий летающий разведчик может разрезать бронемашину пополам с высоты в пару километров. Мы в любом случае проиграем этот матч, даже если засадим в Дзержинск несколько боеголовок. Уровень технического превосходства телгор таков, что нам абсолютно нечего противопоставить им в бою.
– А может эта фабрика производить что-то кроме космических кораблей? – Спросил министр обороны генерал армии Сергеев.
– Так производит же. – Виктор удивлённо посмотрел на генерала. – И биоматериалы всякие, и роботов. Но я понял, о чём вы. – Полковник кивнул. – может конечно. И истребители и роботов воздушной поддержки. Только кто их будет эксплуатировать? Без допуска у оператора он не то, что не взлетит, а даже не перейдёт из транспортного положения в рабочее. И так с любой техникой. Если желаете, я могу предоставить для опытов несколько машин разных классов. Но сразу уточню, что все они имеют самоликвидатор, а взрывчатка там весьма мощная. Воронка остаётся диаметром метра три. И это, от относительно маленького воздушного дрона. Но в принципе, в этом и нет необходимости. Образцы приводов, аккумуляторов и прочих элементов конструкции я уже предоставил в распоряжение нашего научного центра. Даже провода и крепёжный материал приволок.
– Да толку-то от этого. – Сергеев недовольно бросил карандаш на стол. – Смотрим как бараны, и понять ничего не можем. Вот этот аккумулятор он вообще просто пустая ёмкость, с парой отводов. Ну и какая-то серая хрень там плещется. И так уже её смотрели и эдак. А понять, что же это такое невозможно.
– Товарищ генерал армии. – Виктор покачал головой. – Я могу забрать из лотка готовый аккумулятор, я могу притащить конечность робота с пушкой, и даже привезти самого робота, но у меня в списке команд нет опции: «Объясни-ка мне тут попроще как эта штука работает».
– А жаль. – Президент негромко рассмеялся. – Но в целом, учитывая прибыль от продажи биопрепаратов, мы в большом плюсе. – Он улыбнулся Виктору. – Особенно в том, что касается конфронтации с другими странами. Никто не хочет попасть в список тех, с кем мы не торгуем, как например попала Польша и прибалтийские страны. А экстракт Синего Пепла нужно принимать раз в несколько лет, чтобы вторая молодость не стала вдруг второй старостью. Но мне всё же интересно, не оставит ли наш инопланетный гость какую-нибудь пакость на прощание?
 
– Я думаю нет, товарищ верховный главнокомандующий. – Виктор мотнул головой. – Он конечно кибернетический механизм, и у него нет чувства благодарности, как и других чувств, но насколько я понял, он избегает нецелесообразного расходования ресурсов, а любая диверсия на планете, это оно и есть. Кроме того, насколько я понял суть аварийных протоколов процедур восстановления и ремонта корабля, мы, теперь числимся в списке дружественных рас. Воевать за нас конечно никто не будет, но и портить нам жизнь не станут. Зато, теперь координаты земли числятся на картах телгор, как возможное место ремонта. Так что я думаю, пакостей ждать не следует. Это же касается и порчи ремонтных модулей. Там есть те, что отрабатывают своё и ремонту не подлежат. А есть машины фактически вечные так как они могут создавать сами себя. И им нужна только энергия. Причём любая.
– Получается, у нас на территории явочным порядком образовался ремонтный цех звездолётов? – Президент улыбнулся. – Тоже неплохо. – А вы сами, товарищ полковник, что планировали?
– Да так и планировал, починить этого бедолагу, и выпнуть в космос. Пусть там, решает свои проблемы. Нам-то межзвёздная война над головами не нужна. Ну а тем временем строить свой корабль. Там конечно управляющий центр будет точно такой-же и с тем же набором программ, но у него не будет старой незавершённой задачи, и не будут висеть на хвосте преследователи. Ну а имея такой корабль можно развернуться. – Виктор усмехнулся. И собственную космическую программу подтолкнуть, и даже вывести на орбиту нормальный телескоп с зеркалом хоть пять метров хоть двадцать пять, или построить полноформатный орбитальный завод.
– Я вас услышал. – Президент кивнул. – Есть ещё вопросы к Виктору Александровичу? – Он обвёл взглядом собравшихся. – Хорошо. Тогда мы вас не задерживаем, но на всякий случай, побудьте в приёмной. Возможно вопросы всё-таки появятся.
В роскошной приёмной, не было ковров, но паркет лежал словно зеркало, отражая высокий потолок, люстру, и ряд удобных кресел, вдоль стен. Виктор успел лишь проверить почту, да глянуть новости на смартфоне, как совещание закончилось, и генералы двинулись через приёмную на выход. И только генерал Сергеев, остановился, жестом подозвал Виктора к себе, и качнув головой приказал следовать за собой.
Пройдя по коридору, они вошли в небольшой и совершенно безликий кабинет, а точнее комнату, где стояли несколько кресел вокруг низкого столика.
– Садись. – Министр обороны кинул на стол свою папку, и сел сам. – Значит так. Верховный продавил своё решение, но как ты сам понимаешь, теперь тебе облажаться никак нельзя. Приказ о своём назначении получишь у моего секретаря сегодня через час, а пока я накидаю тебе задач. – Министр раскрыл папку, и взял в руку верхний лист. – Ты назначаешься начальником опытного производственного комплекса «Сто тридцать третий завод». Производственные планы, кадры, и прочее, не твоего ума дело. Люди будут. Но за тобой, поставка реагентов и капсул этих, а самое главное – сделать так, чтобы после отлёта корабля биофабрики продолжали работать. Ты же понимаешь, что с капсулами этими мы держим полмира за горло, а остальная половина мира мечтает, чтобы и их прижали.
– Сделаю, товарищ генерал армии. – Виктор кивнул, хотя вовсе не чувствовал никакой уверенности.
– Ну и держи нос по ветру. – Генерал вздохнул. – Сейчас разведки забегали толпами. Денег никто не жалеет. Давеча вот одному из наших предложили сто миллионов юаней только за план подземелья.
– Надеюсь он его отдал? – Спросил Виктор с улыбкой.