Книжная лавка с сюрпризом (СИ)

– Ну хватит! Это вообще-то ты все начала! Я сразу сказала, что мое дело – принести мешок картошки. Я принесла. И все!
– Вот не надо сейчас с больной головы на здоровую…
– Это у кого голова здоровая, сестренка? У тебя? – засмеялась Лаванда, на что Зои натурально зарычала, готовясь наброситься на сестру и вцепиться в ее длинные лохмы.
– Так-так-так, – остановил начинающую было потасовку голос снизу, – Я, конечно, понимаю, у вас тут свои семейные разборки, но черт возьми, посмотрите на меня! – Закери красноречиво обвел руками свое маленькое тело, а затем простер обе лапки к человеческому телу, устроившемуся на полу, и закричал:
– Я лягушка! Лягушка! И я не знаю, как так получилось и что тут происходит, но мне надо вернуться в свое тело! Ясно?! Прямо сейчас, а не завтра! Сейчас же!
Видеть гнев и возмущение на мордочке лягушки было странно, так странно, что Зои истерически засмеялась. Закери вперил в нее суровый взгляд и фея сквозь смех извинилась несколько раз.
– Я понимаю ваше недовольство, – спокойно начала Лаванда, не в пример старшей сестре намного лучше держа себя в руках в сложившейся ситуации, – но и вы меня поймите, господин Дрейк. Я сейчас не в силах ничего сделать. А завтра, обещаю, вы снова станете человеком.
Закери скептически оглядел сестер и сложил руки на груди, вызвав совсем не воспитанное хрюканье старшей феи. Даже Лаванда осуждающе скосила глаза. Но Зои просто не могла понять, как она оказалась в центре таких сумасшедших событий, а главное – как выйти из них без последствий для себя.
– Завтра точно? В каком часу? – деловито осведомился Закери, словно назначал встречу в кафе. Ему только не хватало маленького лягушачьего портфельчика.
– В каком – не скажу. Но завтра. Точно завтра, – уверенно закивала Лаванда.
– Клянетесь? – не унимался пострадавший.
– Клянусь, – Лави закивала еще сильнее, что заставляло Зои насторожиться, ведь эта картина напомнила ей, как сестра уверяла родителей, что идет в библиотеку, а не на танцы с подругами, и что вернется не позже десяти, когда сама потом залазила в окно под утро, разбудив весь дом выбитым шпилькой стеклом.
Лаванда, как ни в чем не бывало, поцеловала сестру в щеку и помахав Закери рукой, упорхнула, видимо, спеша, пока он не спохватился и не понял, что его одурачили.
– Зря вы это.
– Что?
– Отпустили ее.
– О чем вы?
– У Лаванды семь пятниц на неделе, вот о чем…
– Тогда быстро ее верните!
– Поздно, – пожала плечами Зои и посмотрела на мужское тело посреди своей лавки.
– Послушайте, госпожа Янг, вы не могли бы положить меня куда-нибудь?
С уст феи так и норовило сорваться: «В гроб?», но она сдержалась.
– Я бы сам это сделал, но как вы понимаете, я сейчас немного не в состоянии.
– А какая вам разница? Вы же все равно не чувствуете, насколько пол жесткий.
– И все-таки… Вы ведете себя так, словно ни в чем не виноваты. Вообще-то могли бы и извиниться для начала! – внезапно перешел Закери на обвиняющий тон.
– А в чем я собственно говоря виновата? Это вы решили заявиться ко мне и войти без разрешения.
– Я постучался! И если бы вы сразу согласились решить все с перепланировкой, то ничего…
– Не говорите «перепланировка».
– Почему?
– Да потому что из уст лягушки это звучит странно.
– Привыкайте к новым реалиям!
– Это вы себе или мне говорите?
– Вам же лучше, если я снова стану собой. Так что постарайтесь, чтобы ваша сестра завтра явилась.
– Чего это мне лучше?
– Ну мое тело валяется у вас, а это уже какая-никакая улика, – Закери обошел свою голову по кругу.
– То же мне, проблему нашли, от тела то избавиться можно в два счета, – Зои схватила ногу мужчины в бессознательном состоянии, или бездушном?.. И у нее вдруг возник закономерный вопрос: «А если душа Закери в лягушке? То где же душа самой живности?..»
– Не трогайте меня! – переполошился Закери, потянув свое тело за ухо.
– Вы же хотели, чтобы я перенесла вас с пола? А теперь нет? Ну, воля ваша…
***
Было крайне странно садиться за маленький кухонный стол, жевать салат под прицельным взором лягушки. Особенно говорящей и сидящей на коробке из-под хлопьев, положив ногу на ногу, то есть лапу на лапу.
 
– Хотите есть? – осторожно спросила девушка, не зная, куда деть глаза.
Закери квакнул и удивленно приложил лапу к широкому рту.
– Нет, вовсе нет, – одновременно с этими словами в животе у лягушки характерно заурчало.
– Это не я, это она, – поспешил добавить Закери.
Зои подавилась куском огурца. Она и подумать не могла, что лягушка может издавать такие звуки. Все-таки, видимо, это «пела» душа человека в теле зеленого чуда.
– Ну еще не известно, сколько времени вам придется провести в «ней». Так что может стоит покормить лягушку?
– В каком плане «не известно»? Меньше суток, надо пережить только ночь и дождаться вашей сестры и ее магической пыльцы.
– Да-да… – закивала Зои, натянуто улыбаясь.
Через пять минут гробового молчания, в котором раздавалось лишь тиканье настенных часов, Закери все-таки сдался:
– Ладно, что у вас там?
Зои придвинула тарелку ближе к нему, и лягушачья головка низко склонилась, рассматривая зеленый салат. Во всех смыслах этого слова. Однажды в одном диетическом альманахе Зои вычитала, что полезнее всего для сосудов, организма и всего общего состояния духа, так сказать, совмещать между собой и есть продукты одинакового цвета. Вот и получались у феи зеленые, красные, сиреневые и желтые салаты. Чего только Зои не перепробовала, вызывая нервный тик у матери, готовя себе отдельно.
– Ммм, – протянул Закери, рассматривая огурцы, капусту, перец, кабачки и тыквенные семечки, – пожалуй, не буду лишать вас ужина.
Фея поймала себя на мысли, что сам Закери в образе лягушки очень даже подходит для состава ее зеленого салата. Пришлось даже напомнить самой себе, что феи исключительно миролюбивые создания, тем более не отравляющие свой организм мясом земноводных.
– Могу поймать вам муху, – тоном самой гостеприимной хозяйки предложила Зои.
– Очень уморительно, – кисло ответил Закери.
– А я вовсе и не шучу.
– Пожалуй, я воздержусь.
Следующие десять минут прошли для Зои в самом неловком ужине за всю ее жизнь, если только не считать того раза, когда Офелия привела знакомиться будущего мужа с родителями, и папа попросил Редклифа дать информацию о своих параметрах. Как это бывает, стыдно было всем, кроме отца. Особенно тогда, когда папочка принялся самостоятельно измерять размер ступней, носа, бедер, пояса и всего остального, ведь потенциальный зять не знал, с какими соотношением головы к телу и мизинца ко всей руке родился.
– Что же, – быстро ополоснув тарелку и даже отказавшись от чая с печеньками, заговорила Зои, – время позднее.
Стрелки предательски показывали девять вечера, и девушке пришлось театрально зевнуть:
Вы тут устраивайтесь, чувствуйте себя как дома.
Где мне устроиться? – спросил Закери, останавливая стратегический побег Зои.
Простите?
Где я смогу найти кровать?
«Ах вот как, кровать ему…»
– Право, падайте, куда хотите!
– Упаду, если вы скажите, в какой стороне спальня.
– Для вас – в любой!
Смотреть на то, как лягушка подрыгивает лапкой и при этом ведет разговоры, было странно. Зои все никак не могла избавиться от мысли, что она видит сон. И единственное избавление от этого «сна» в ее ситуации – закрыть глаза и заткнуть уши.
– Не понял вас, – послышался голос Закери, раздающийся словно из-под толщи воды.
Идея заткнуть уши с треском провалилась, и девушка отвела руки от лица.
– Вам зеркало принести?
– Премного благодарен, но не стоит, – протянул Закери, рассматривая себя в отражении на блестящей поверхности кастрюли.
– Отлично, – весело хлопнула в ладоши Зои и развернулась, чтобы выйти из кухни.