Книжная лавка с сюрпризом (СИ)

Сердце замерло, когда вокруг воцарилась тишина. Открыть глаза было страшно. Страшнее, чем когда-либо. Реальность оказалась еще ужаснее. Зои закрыла рот руками, чтобы не закричать снова. Больше половины стеллажей в зале обрушились, словно карточный домик от дуновения ветерка. Книги валялись грудой на полу. А стеклянный шкаф с коллекционными изданиями разбился вдребезги, старинные рукописи и фолианты с авторскими иллюстрациями были погребены под веером осколков. Уцелевшие на месте стеллажи пугали своим одиночеством. Они стояли, словно колоссы посреди разгромленного города.
В голове Зои пролетело перекати-поле. Затем в уголке сознания зачастило высоким плаксивым голоском: «нет-нет-нет-нет-нет-нет»
– Неееет, – озвучила свое несогласие фея и топнула ногой. Почувствовала, что одна непрошеная слезинка прокатилась по щеке, и уперла взгляд в виновника торжества и побоища.
Тело Закери Дрейка забилось в угол около прилавка, уткнувшись лицом в стену. И ни издавало ни звука, как и попыток двигаться.
Зои глубоко вздохнула, несколько раз, и на трясущихся ногах опустилась на пол.
– Что за грохот тут… черт, – лягушка спрыгнула с последней ступеньки и подползла к девушке. Огляделась и снова протянула:
– Чееееерт. Что ты сделала?
Голос Зака под ухом отрезвил Зои, и она, наконец, перестала мысленно плакать на своих похоронах, медленно повернула голову к Закери и тихо спросила:
– Я?
– А кто? Я?
Зои проследила, как кусочек мыльной пены стек по зеленому пузу, и совершенно спокойно кивнула:
– Ты.
Кричать не хотелось, только забиться в угол к телу господина Дрейка, и тихо скончаться. Пока настроение было именно для этого.
Закери явно что-то увидел на лице Зои. Что-то совсем нехорошее. Потому что он вдруг согласился, вот так просто. Без всякого возмущения. Согласился в том, с чем совсем был не согласен.
– Я. Мы все починим. Я все оплачу.
От его слов Зои стало еще тоскливее, словно кто-то в душу плюнул.
– Не надо мне ничего оплачивать, – покачала фея головой и поднялась на ноги, стараясь не глядеть на торговый зал.
– Зои…
Но девушка не ответила, а поднялась наверх и хлопнула дверью спальни.
Закери осмотрел погром, обходя поврежденные в схватке с нечистым духом лягушки в человеческом теле стеллажи, тут у них, надо заметить, не было никакого шанса на победу. Тяжело вздыхал, качал головой и посматривал на такого знакомого, но совсем непохожего на себя Закери.
– Как же ты так, Зак, ну как… как ты вляпался во все это, – сокрушалась лягушка, усевшись на одни из валяющихся на полу томов.
Тишина, царившая в книжной лавке, смущала. Зои просидела в комнате два часа. Закери несколько раз поднимался на второй этаж и скребся к ней в спальню. Он был уверен, что она в одиночестве глотает слезы, и отчего-то эта мысль ему совсем не нравилась. Зак не был мастаком утешать, да и вообще во всей этой истории главным потерпевшим точно был именно он, но сейчас об этом напоминать абсолютно не хотелось. А хотелось просто, чтобы Зои открыла дверь, улыбнулась и съязвила что-нибудь крайне остроумное.
В то время, когда Закери Дрейк пытался понять свои странные чувства и почему он внезапно проникся ими к госпоже Янг, Зои не плакала лицом в подушку, заглушая слезы и всхлипы, а дрыхла мертвецким сном.
  
Глава 11
 
Когда тучи сгущаются, и на мир стеной проливается ливень, после всегда выглядывает солнце. Лаванда Янг искренне считала себя этим солнцем в жизни сестры и заколдованного ею лягушонка.
В Академию цветочной магии Лави все-таки не попала. По дороге на омнибус, на который фея спешила, оглядываясь через плечо в страхе увидеть преследующую ее Зои, Лаванда встретила бывшую одногруппницу. Та отучилась в Академии и стала дипломированной феей цветочной пыльцы с отличительной медалью в рамочке на красной бархатной подушечке. Все, как положено, и приехала фея-отличница в столицу искать работу. Плохо, что в Академиии не учат, как приспосабливаться к реалиям жизни и как с помощью диплома и медали заполучить начальника попрестижнее и побогаче. Но Лаванда решила, что это судьба, и что одна фея непременно должна помочь другой.
 
Однако Лаванда Янг не была бы собой, если бы прежде, чем перейти к самому делу, не устроила бы показательного шествия по достопримечательностям столицы, которую она очень любила, и, главное, – экскурсию по лучшим питейным заведениям. После двух бурных дней проникновения в азы столичной жизни Лаванда по-быстрому объяснила академической фее, что к чему, нашла ей для начала место помощника ассистента зам-редактора газеты Магические вести НеМод с перспективной возможностью карьерного роста, и только потом приступила к своим плюшкам.
Оказалось, что фея с дипломом о подобном даже где-то слышала, там правда не лягушка была, да и человека удалось расколдовать через два года пыток, то есть попыток, но прецедент имелся. Кроме этого, девушки здорово насплетничались о своих бывших одногруппниках.
Так что Лаванда возвращалась в Александрию с гордо поднятой головой и в приподнятом настроении. То, что аура в книжной лавке сестры витала в районе плинтуса, фея поняла с порога. Во-первых, ее никто не встречал. Во-вторых, дверь лавки в разгар рабочего дня была закрыта, к ней только был прикреплен конверт с печатью местного отделения Королевской стражи. В-третьих, пахло жареным.
Последнее здорово напугало Лаванду и она забарабанила в дверь:
– Зои! Зои, открывай, я пришла вас спасать! Зои!
На крики девушки открылась соседняя дверь, и из нее вышел темноволосый низенький мужчина в рабочем комбинезоне.
– Это правильно, колотите, – поддержал он Лаванду и пожевал сухие губы.
– Там с утра такие крики были… Что я аж стражей вызвал. Страшно стало. Все-таки если с невестой господина Дрейка что-то случится, пока его нет… а мы тут работали под боком и ничего, так сказать, не предприняли… Но господин Мурак сказал, что непременно во всем разберется, тем более, не в первой. Хороший мужик!
Лаванда только кивала головой, не особо вслушиваясь в болтовню мужчины, но кое-что все-таки заставило ее навострить уши.
– В каком это смысле невеста? – рука, сжатая в кулак, так и зависла в воздухе.
– Ну как в каком. В каком бывает невеста, в таком и есть.
– Кто невеста? Зои?
– Ну, хозяйка книжной лавки…
– Тааак, а вот это уже, вообще, не по-сестрински! Скрывать такое! Спасибо, добрый человек, мы во всем разберемся! – уверила Лаванда и снова заколотила в дверь.
Через пару минут дверь все же отворилась. Зои стояла в пижаме, сиреневые волосы на затылке спутались до колтунов. Зевнув, она потерла заспанные глаза, потом потерла еще раз, потому что не поверила в то, что видит.
– Лаванда?
– Нет, ее призрак! Что у вас тут за страсти?
Лави подвинула сестру в сторону, пока та приходила в себя, и вошла в лавку.
– Вау! – присвистнула девушка, осматривая помещение торгового зала. – Нет слов, одна цензура! Зои, а что произошло? У тебя новый способ расслабляться?
Прежде чем закрыть дверь, Зои сняла с нее конверт. Выглядел он знакомо – именно в таких ей обычно на десерт подавали жалобы на шум, «кощунственные высказывания» и просто на чрезмерное употребление местного воздуха.
«Да, Эвелина, сегодня я даже не буду удивляться…»
Кинув злополучное послание от стражей правопорядка на полку одного из уцелевших стеллажей, Зои посмотрела на разруху в книжном свежим, после дневного сна, взглядом. Эмоции отражались притуплено. Не верилось, что именно она является хозяйкой всего этого хаоса. А, кстати, где же ее любимые тараканы?
– Устроили перестановку, – меланхолично пояснила Зои.
– Поддерживаю! Это правильное дело, тем более в столь ответственный момент жизни! Ну ты, конечно, даешь, старушка, утаить такое…
Зои нахмурилась, Лаванда вслед за ней тоже, но не потому, что не понимала, о чем говорит, а потому, что снова учуяла запах жареного. С душком такой.