Пять желаний для демона, или Неудачница в академии (СИ)
Вчера, в библиотеке своего дома, Тайла и Агнета рассказали мне историю Леса де Ломэля, продавшего себя в рабство Армагон. Если Сандро — их далекий предок, тот самый Лес де Ломэль, то лишен свободы. Вряд ли рабу позволено жениться.
Тем временем разговор в кабинете ректора продолжался.
— Это так романтично, — матушка поправила прическу, явно вспоминая молодость и то, как сама была девицей на выданье. — Я, разумеется, не против и даже счастлива, что Марла обручится с таким достойным человеком.
Человеком. Я мысленно закатила глаза. Знала бы ты, матушка, с кем любезничаешь. С демоном. С невольным палачом собственной дочери, единственной наследницы де Арбэнов.
— Однако, подходя к двери, краем уха я услышал любопытнейшие подробности. У Марлы, моей возлюбленной, оказывается, уже есть жених. Некий Стивен. — И Сандро демонстративно нахмурился.
Ох уж этот демон. Если есть возможность над кем-нибудь поглумиться, он обязательно ею воспользуется. Вот и сейчас не упустил случая поставить будущую тещу в неудобное положение.
Маменька растерянно заморгала. Рот ее некрасиво приоткрылся.
— Стивен, — повторила она имя бывшего любимчика, в мгновение ока превратившегося в досадную помеху. — Он, он… — бедняжка, похоже, не знала, как выкрутиться.
Де Аддамс был завидным женихом, но все же не норхом. Ни одна хорошая мать не простит себе, если упустит зятя с таким громким титулом.
— Он оказался недостоин Марлы. Да, недостоин.
— Вот как? — Похоже, демон собрался сесть на своего любимого конька и вдоволь поиздеваться над окружающими. — А почему недостоин? Всплыли какие-то грязные подробности?
— Хватит. — Я решила прервать этот фарс, пока он не зашел слишком далеко. — Мне кажется, не время и не место для откровенных разговоров. С вашего позволения я хочу вернуться на урок. Будет большой потерей пропустить лекцию профессора Кроули. Он рассказывает о трансформерах.
— Трансформах, — машинально поправил ректор, о котором все успели забыть. — Конечно, адептка ди Арбэн, возвращайтесь в аудиторию. Полагаю, конфликт улажен? — он с надеждой покосился на мою мать. — Все разрешилось наилучшим образом и писать в министерство образования больше нет нужды?
Матушка кивнула. Сандро послал мне лукавую улыбку. Ректор с облегчением выпроводил всех за дверь.
Глава 21.МОЯ ОЧЕРЕДЬ РЕВНОВАТЬ
— Значит, теперь мой жених ты? — спросила я Сандро вечером, перед тем как забраться в кровать под одеяло. Спросила в шутку, без тени надежды.
— Полагаю, теперь я, — отозвался демон и тихо, безрадостно рассмеялся. — Ты против?
— А демоны могут создавать семьи?
— Ты умрешь, а я вернусь в Пустошь. Хотя нет, — он опустился на пол рядом с горящим камином, прямо на предтопочную плиту. — Мы вместе туда вернемся. В Пустошь. И ты лично прочувствуешь на себе все прелести демонической жизни.
Что? О чем он?
Услышанное заставило меня выпутаться из теплого плена одеял и сесть на кровати.
— Что ты имеешь в виду? По окончании контракта я отправлюсь с тобой в Пустошь? — Вот это новость! — В качестве твоей жены?
Сандро горько рассмеялся, запрокинув голову.
— В качестве души, которая соприкоснулась с темной силой и должна понести заслуженное наказание.
Я нахмурилась.
— Не понимаю.
— А ты не знала? И почему, скажи на милость, никто из людей, перед тем как вызвать демона, не удосужится разузнать о последствиях?
— Ничего подобного в книгах не было.
Сандро бросил на меня пустой взгляд.
— После смерти души грешников и магов, обратившихся к Армагон или ее слугам, сами становятся демонами. Пленниками Ледяного мира. Мира, где нет ничего, кроме холода и боли. — Он покрутил на запястье магический наручник.
Наверное, Сандро думал, что расстроит меня своими словами, но, вопреки законам логики, я ощутила прилив радости и воодушевления. Фразу о боли и холоде я пропустила мимо ушей, зато выхватила из рассказа демона главное: после завершения контракта мы не расстанемся, смерть — это не бесконечное ничто, а переход к иной жизни.
— Это же отлично! — воскликнула я, подскочив на кровати.
Сандро повернул ко мне голову, его глаза распахнулись, брови поползли вверх. Он смотрел на меня так, словно рассуждал, не пора ли искать в закромах смирительную рубашку.
— Чему ты радуешься, глупая ведьма? — проворчал он. — Ты умрешь и будешь страдать. Вечно.
— Но моя душа продолжит жить. И мы с тобой не расстанемся.
Сандро покачал головой.
— Ты обо мне не вспомнишь. Чистая память. Как пустой белый лист.
— Но ты будешь помнить. Ты найдешь меня и обо всем расскажешь. И мы…
— Я не в настроении тебя разубеждать, — отвернулся он. — Мечтай, строй свои воздушные замки в мире розовых драконов.
Я скатилась с постели и, завернувшись в одеяло, направилась к демону. Села рядом, соприкоснувшись с ним плечом. Жар от камина обжег спину.
— Значит, ты ничего не помнишь? Не помнишь, как был сьерром де Ломэлем, как спас Илани от смерти?
— Я не он, — упрямо повторил Сандро.
— Жаль.
Он скосил на меня взгляд.
— Жаль, что ты не он. Благородный поступок Леса меня восхитил. Если мужчина пожертвовал собой ради женщины, то и новая возлюбленная может рассчитывать на такую же верность и самоотверженность с его стороны.
— Записала себя в мои возлюбленные?
Я покраснела. Сандро целовал меня как безумный, называл красивой, сгорал от ревности, но в чувствах не признался ни разу.
— Пойду спать, — прошептала я, смутившись, и поднялась на ноги. Пока шла к постели, спиной чувствовала напряженный взгляд демона и в глубине души надеялась услышать заветные слова, но Сандро молчал.
Спустя время, мучаясь горькими мыслями и бессонницей, я ощутила, как приподнялся краешек одеяла и матрас прогнулся под тяжестью еще одного тела. Холодный, напряженный, демон прижался ко мне и легонько поцеловал в висок.
— Тоже хочу в твой мир розовых драконов, — прошептал он на грани слышимости, и я поняла, что он из тех, кто не умеет говорить о чувствах. А еще — что он уже признавался мне в любви, на свой особый манер, и не раз.
* * *Сандро был красив. Высокий, в черной, небрежно расстегнутой мантии, в темной рубашке, облегающей его мускулистый торс, в узких до неприличия брюках, словно специально созданных для того, чтобы привлекать внимание к конкретным частям тела, с этими синими глазами, горящими лукавством, с длинными волосами, эффектно лежащими на широких плечах, с ироничной улыбкой, будто приклеенной к губам, — в образе преподавателя Сандро был прекрасен настолько, что я боялась ослепнуть.
А другие студентки не боялись. Любовались им, подперев рукой голову и капая слюной на пустой конспект. И ведь знали же, чей профессор жених. Что занят. Несвободен. И все равно пялились, мерзавки! Я аж зубами скрипела от злости.
Одни лишь двойняшки ди Ломэль смотрели на Сандро без вожделения, остальные адептки потеряли стыд и страх. Забыли и про приличия, и про субординацию. Глазели. Пытались всячески обратить на себя внимание. Лезли к нему с дурацкими вопросами. И это при живой-то невесте рядом!
А может, не все еще знали, что мы с Сандро обручены? Может, считали слухи… всего лишь слухами?
— Профессор Демон, — сладким голоском пропела Лия и кокетливо захлопала ресницами, которые перед уроком явно удлинила с помощью магии. — Объясните мне, пожалуйста, вот этот момент в учебнике, — она ткнула в страницу пальцем. — Боюсь, я не совсем понимаю.
В начале занятия Сандро поручил классу выучить наизусть технологию изготовления зеркал, пообещав устроить на следующем уроке зачет по этой теме. И вот уже сорок минут парни втыкали взглядами в учебники, а девушки — в профессора Демона.
— Что вам непонятно, адептка? — Голос Сандро был густым и тягучим, как мед. От этого хрипловатого тембра становилось жарко. Лия заерзала на стуле. Я вытянула шею, чтобы лучше видеть происходящее.