Солянка, космос, фаерболлт (СИ)

Миссис Блюбэ, пожилая женщина в возрасте семидесяти лет, в тайне скупала детей и занималась колдовством. В то время демоны и нечисть еще не разбушевались на просторах Срединного королевства, но даже тогда, люди, ведомые своими грязными желаниями, старались любыми способами выйти за рамки человеческих возможностей и достичь могущества. Хитрая старая колдунья, осмотрев непрошенную гостью, сразу поняла, что судьба преподнесла ей довольно приятный сюрприз. По ее приказу молодой Орнуэлл Кевилл, служивший охранником в доме колдуньи, поднял незнакомку на руки и пронес в дом. Дом, где она чуть позже умерла во время родов.
Это все что знал о своей матери из рассказов старой Блюбэ Арлсен Нотсон. Его ничуть не расстраивала столь скорая смерть его матери. Он считал, что женщина, родившая его, получила по своим заслугам.
К сожалению, для старой Блюбэ родившийся мальчик оказался отнюдь не подарком. С кривыми руками и разными по величине ногами, одним слепым глазом, новорожденный не подходил для ее опытов, но все же был выращен до пяти лет и жил дальше в качестве подручного. Таская разные ингредиенты для колдуньи, несчастный парень не раз становился свидетелем ее чудовищных и бесчеловечных экспериментов. Наблюдая за всеми вещами, что происходили в том ужасном подвале, внутри мальчика рос настоящий хладнокровный монстр. Но его детство имело не только плохие, а также и светлые моменты, воспоминания о которых согревали его черствое нутро в холодные и дождливые ночи. Память о том коротком времени, когда не только он, но и многие другие жители города были счастливы, всегда оставалась для него единственным лучиком света во тьме.
Время этим вечером летело незаметно. Вот, он уже тот самый радостный мальчишка, что прихрамывает домой с рынка, держа плетеную корзинку в руках, наполненную душистыми травами и спелыми фруктами. Светлые и чистые улицы Хельшторма, лучи, танцующие на крышах, плитках мощёных дорог и отражения, пляшущие в маленьких лужах, завораживали его. Флаги столицы развивались на слабом ветру, люди суетились, бегая по лавкам или выполняя какую-нибудь работу, жизнь бурлила. В те дни Арлсен только начинал познавать окружающий его мир, бегая по торговому кварталу и собирая провизию для своей, как на тот момент он думал, бабушки.
Родись он в нормальной в семье, его бы ждала гораздо более печальная участь. Поэтому Арлсен всем сердцем благодарил судьбу за предоставленное ему место, где к такому монстру как он позволили жить.
Неожиданно постучавшийся в магазин гость выдернул его из воспоминаний. Арлсен взглянул на бушующую снаружи грозу и у него на душе опять стало пусто. Кружка с недопитым чаем в его руках уже остыла. Еще немного он покачался в кресле, до тех пор, пока снова не постучали. Ему так не хотелось подниматься с кресла и идти вниз открывать дверь нежданным гостям. Ничего хорошего в столь позднее время они принести не могли. Но все же пересилив себя, он скинул плед и поковылял вниз, прихватив с собой небольшой топорик, стоящий на всякий случай около стены.
— Нотсон! Фридриха тебе в зад, — еще раз с силой постучали. — Открывай! Иначе тебе придется избавляться от двух трупов у порога завтра утром!
Арлсен подобрался поближе ко входной двери. Голос человека, ломившегося в лавку, показался ему очень знакомым.
— Арлсееен! — дверь слетела с петель и сбила недошедшего до нее буквально полметра Арлсена. Холодный порыв ветра и принесенные им капли дождя с ног до головы окатили владельца лавки.
В его едва видящем правом глазе загорелось пламя ярости. Рука инстинктивно метнула топорик во вломившегося разбойника, но тот, сбитый неутихающим порывом ветра, разбушевавшимся в проходе, сошел с траектории и просвистел у того над ухом.
— Вот, значит так ты встречаешь своих давних друзей, — в лавку вошел однорукий рослый воин, тащивший на широкой спине чье-то тело. — Виделись недавно, но кажется за время моего отсутствия ты еще больше озверел, — Арлсен поначалу не признал в стоящем впереди потрепанном войне, так хорошо и давно знакомого ему охотника на нечисть. — Фридрих нечестивый, извини за неожиданный и грубый визит, — он сбросил на пол с плеча молодую рыжеволосую девушку, находившуюся в бессознательном состоянии.
 
— Будь я Фридрихом, то твоя голова давно была бы пробита топориком, Алексий! Надеюсь, в следующий раз он прилетит тебе прямо в череп! — злобно прорычал Арлсен. — Тебе это дорого обидеться! — несмотря на злобу, он медленно подошел и с любопытством внимательно осмотрел женщину.
— Ты не сможешь отказаться от моего предложения, — с улыбкой ответил давнему другу Алексий.
Из-за разбушевавшегося недавно в помещении ветра, почти все свечи погасли. Лишь несколько масляных ламп продолжали гореть, источая довольно тусклый свет. Закрепив кое-как выбитую дверь, они уложили молодую даму в кровать, а сами, минуя витрины магазина, прошли в небольшую трапезную. Там в проявлении гостеприимства гостю разогрели и налили чай.
— Чай? Может найдешь что покрепче? — пробурчал себе под нос охотник на нечисть.
— Ты знаешь, я не веду дела за выпивкой, — Арлсен посмотрел на Алексия. — Смотрю, тебя нехило потрепало.
— Ах, ты про это? — Алексий указал на свою пустую глазницу и отсутствующую руку. — Сможешь что-нибудь придумать?
— Да, но придется попотеть, — чашки с чаем медленно пустели. — Что за тварь сделала это с тобой?
— Одна очень могущественная демонесса, — проговорил, скрипя зубами, охотник на нечисть. — Я находился на очередном задании по очистке деревни от напавших на нее демонов. Жуткие твари, — он допил остатки чая и с наслаждением выдохнул, — но тупые. Атакуют в лоб, смерти не боятся. Перебить их было довольно просто. Раз, два… и все. Восьмерых зарубил.
— Интересно, а дальше? — Арлсен подлил чаю.
— Ага, ты подожди. На обратном пути я попал в их ловушку, — тело Алексия от воспоминаний покрылось мурашками. — Никогда не думал, что они способны использовать столь мощную магию. Видимо, даже аура святых мест не ослабляет их.
— Святых?
— Засада была в одном из храмов Искаскана. Сила святого места на тварей вообще никак не влияла. Отряд королевских паладинов, прибывший туда после, они безжалостно покромсали, как и меня, — глаз Алексия, наполненный ужасом, произвел сильное впечатление на Арлсена.
— Интересно, интересно. Если все так, как ты говоришь, то нападение демонов на храм объясняет недавний визит второго боевого отдела Искаскана в город, — ситуация постепенно прояснялась. — Святоши уже как день тут рыщут. Народ не спокоен. Говорят, наши тоже войска собирают. Кажется мне, что они решили совместными усилиями покончить с демонической заразой, — Арлсен встал из-за стола, чтобы убрать чашки.
— Да, я видел их сегодня, как прибыл в город, и подумал о том же. Как бы нам сотрудничество с Искасканом боком не вышло. Они и так понаставили святых резиденций по всему королевству, так еще и свою глупую веру всем навязывают, что в защите против демонов совсем не помогает.
— А с девушкой то что? — взгляд Арлсена переместился на спящую у входа девушку. — Она выжившая, как и ты?
— Она спасла меня ценой собственной жизни, — с печалью в голосе произнес Алексий. — Я использовал тот артефакт. Сработал он как надо, только вот ее разум по-прежнему не вернулся. Ты знаешь, в чем дело?
— Возможно. Драколиски обладают невообразимой регенеративной способностью, что передается умершему с их кровью, а специальный магический код, накладываемый на их сердца при сжатии, находит след ушедшей души и возвращает ее обратно в тело. Рассудок девушки, по сути, рано или поздно может вернуться, так как ее кровь теперь смешана с кровью драколисков, которая дарует ей невероятные способности к регенерации, но я никогда не использовал этот магический предмет лично в силу его необычайной редкости. И если эта штука не смогла восстановить ее рассудок, то боюсь, она возможно навсегда такой и останется.
— Значит я не смог ее спасти…
— С каких пор бессердечный убийца монстров, которого я давно знаю, стал заботится о других? — Арлсен подошел к спящей девушке. — Неужели эта девушка растопила твое холодное и черствое сердце? — с ухмылкой поинтересовался он.