Прекрасный дикарь (ЛП)

Но я не собирался оставлять все как есть.
Я иду за тобой, куколка.
Я крутанулся на месте, пересек комнату в три длинных шага и открыл ящик в основании журнального столика, где хранились все запасные патроны для моей винтовки. Я начал выхватывать их, коробку за коробкой, запихивая их в карманы с рычанием ярости, вырывающимся из моих губ.
Давным-давно я оставил человека, которым был раньше, у подножия этой горы, но я собирался вновь обрести его. Я был бездумным, жестоким, убийцей худшего сорта. И сегодня я вновь стану им.
Я повернулся к двери и замер, заметив приколотую к ней записку с помощью того самого ножа, который Уинтер держала в руках, когда я видел ее в последний раз. Кровь покрывала серебряное лезвие и капала на страницу, но это ничего не дало, чтобы скрыть нацарапанное там послание.
«Когда мы покончим с ней, мы придем за тобой».
— Как будто я буду ждать так долго, — прорычал я, отрывая страницу от двери и бросая ее в огонь.
Я бросил взгляд на Тайсона, но теперь, когда он свернулся калачиком на моей кровати, он перестал выть, а рана уже перестала кровоточить, так что мне не нужно было беспокоиться о нем.
— Я иду за нашей девочкой, — сказал я ему, и он поднял подбородок, как будто действительно понял это, прежде чем я дернул сломанную дверь обратно.
Она не закрылась, но я решил, что это к лучшему. Если я не смогу вернуться, Тайсон должен иметь возможность выйти.
Но я не собирался умирать сегодня. Моя дикарка не собиралась оставаться на попечении этих монстров. Когда я доберусь до их лагеря, они поймут, насколько большую ошибку они совершили, недооценив меня.
Я поднялся на гору не потому, что боялся жить. Я поднялся сюда, потому что боялся того, кем я являюсь и на что способен. Я хотел оставить этого человека в своем прошлом, но они вытащили его на поверхность, заставив присоединиться к ним. И теперь они заплатят за эту ошибку кровью.
Глава 15
Уинтер
Я висела на плече Фарли, колотя его кулаками по спине и пытаясь вырваться, но если он и заметил это, то никак не выказал. Звуки мужского смеха донеслись до меня из-за темных деревьев, и ужас охватил меня, когда Фарли вышел на поляну и повалил меня на землю.
Боль пронзила позвоночник, когда я ударилась о снег, и я оглянулась через плечо, осматривая лагерь, в который меня привели. Повсюду были мужчины, с пистолетами и ножами на бедрах. Некоторые из них сидели вокруг большого костра, другие бродили вокруг трейлеров, припаркованных на краю леса. Вокруг были темные шахтные стволы, ведущие вниз в гору, рядом с ними стояли прожекторы, проливая свет на местность. Луна висела прямо над всем этим, глядя на меня с чистого неба. В кои-то веки я смогла увидеть звезды, и у меня перехватило дыхание, пока я смотрела на них, загадывая на каждую из них желание, чтобы это был ночной кошмар, от которого я вот-вот проснусь.
— У нас гость, ребята! — воскликнул Дюк, схватив меня за волосы и потащив к огню. — Эта маленькая самка говорит, что с радостью отсосет здесь любой член, не так ли, рэд? Просто скажи «нет», если нет, — он посмотрел на меня сверху вниз и бросил меня перед костром, где снег растаял, а земля была сухой. Несколько мужчин зааплодировали, а некоторые даже расстегнули молнии, вставая на ноги. Дюк усмехнулся, разглаживая усы, достал сигарету и сунул ее в угол рта, прикуривая.
Я зарычала, поднялась на ноги, стараясь не дрожать, стояла и смотрела на мужчин, которые осмеливались так смотреть на меня. Половина из них была пьяна, потягивала дешевое пиво и от них несло перегаром. В воздухе стоял общий запах немытых мужчин, от которого у меня в горле поднималась желчь.
Какая-то рука коснулась моей спины, и я обернулась, подняв руки в сжатых кулаках, чтобы предупредить того, кто это был.
 
Орвилл стоял там с мрачным и голодным выражением лица. Он был таким худым, что его одежда, казалось, свисала с него, а седеющие волосы выглядели так, будто их не мыли несколько недель. — Это ты убила нашего друга Квентина, птичка? — спросил он, и я подняла подбородок, поджав челюсть, и кивнула.
— Сука, — прошипел Фарли, приближаясь, и я отступила назад, хотя это означало, что я стала только ближе к пьяным мужчинам позади меня. — Ты убила моего брата, теперь Квентин… ты заплатишь.
— Ей помогли, — прорычал Дюк справа от меня, и я посмотрела в сторону костра, размышляя, не безопаснее ли двигаться ближе к пламени, чем к мужчинам. — Разве это не так, рэд? Ты и горный мужчина.
— Она спала с тем йети? — спросил кто-то сзади меня.
— Да, — мурлыкнул Орвилл. — Ты встала перед ним на колени, птичка? Ты приняла этот большой горный член целиком?
Я подняла кулаки вверх, когда смех разнесся по поляне. Я знала, что это бесполезно, но я не собиралась трусить и молить о пощаде. Я буду драться до тех пор, пока они не победят. Я буду драться до тех пор, пока не смогу больше драться.
Кто-то бросил пивную бутылку в костер прямо позади меня, и я подскочила от шума, оглянувшись через плечо и обнаружив нескольких мужчин, притаившихся ближе.
— Поставь ее на колени, — приказал Дюк Фарли. — Я думаю, рэд хочет извиниться перед Орвиллом за то, что порезала его.
Мое сердце заколотилось, когда Фарли направился ко мне, страх охватил меня и заставил мою кожу покрыться мурашками. Он стремительно набросился на меня, но я устояла на ногах и с животным воплем бросилась на него, царапая и раздирая его ногтями. Его кулак врезался мне в брюхо, и я захрипела, упав на землю, схватилась за живот и застонала, пытаясь подняться. Прежде чем я успела это сделать, он обошел меня, сильно ударил ногой, так что я упала перед Орвилом, затем дернул меня за волосы, так что я была вынуждена посмотреть на него. Я сдержала крик, когда боль пронзила мой скальп, а слезы агонии заволокли глаза.
Орвилл подошел ближе и провел рукой по своей промежности, предупреждающе похлопывая по ножу у бедра. — Веди себя хорошо, или я лишу тебя нескольких пальцев, красотка, — промурлыкал он, расстегивая штаны.
Я с усмешкой посмотрела на него, мое дыхание стало судорожным, когда он шагнул ближе, так что я оказалась на уровне его паха. Фарли крепче вцепился в мои волосы, и я вздрогнула, когда он приблизил мою голову к члену Орвилла. Тени двигались по моей периферии, когда все больше мужчин придвинулись, чтобы посмотреть, и мое сердце бешено забилось, когда я оказалась в их власти.
Орвилл теребил себя через штаны, а я все это время смотрела на него, мои глаза были прикованы к его глазам, заставляя его с трудом сосредоточиться. Я не позволяла ему скрыться от моей ненависти, моего отвращения.
— Поторопись, Орвилл, здесь образуется очередь, — крикнул кто-то из парней, и смех снова ударил по моим ушам, заставляя мои внутренности скручиваться и извиваться. Если они думали, что я останусь здесь на коленях и буду послушно открывать рот, то их ждало жестокое разочарование. Я знала, что альтернатива означает смерть. Но лучше уж так, чем моя душа будет разорвана на куски этими отвратительными псами.
— Прекрати так на меня смотреть, — потребовал Орвилл, но я не прекратила. Я смотрела на него не мигая, моя верхняя губа была оттопырена. — Я сказал, прекрати! — его рука ударила меня по щеке, а мои волосы крепко дернул Фарли, когда моя голова покатилась в сторону. Рана на губе снова разошлась, и вкус крови во рту заставил меня жаждать пролить ее. Я чувствовала, как во мне поднимается животное, как жажда насилия проникает в мою сущность. Если мне придется умереть, то я точно уйду из этого мира с их кровью на своей плоти.
Я повернулась к Орвиллу, когда он убрал руку с промежности, подалась вперед и впилась зубами в его брюки, прикусывая, пока не встретилась с его твердым членом, и погружая зубы все глубже и глубже. Орвилл закричал, и Фарли дернул мою голову назад, но мои челюсти были крепко зажаты, что только заставило Орвилла закричать еще сильнее.