Детский сад 9 (СИ)
Те вполголоса, но активно обсуждали способы исцеления старой травмы Малачи… Мальчишек словно и не заметили.
Зато при виде Селены, прошедшей вперёд и севшей на краешек кресла, словно собиралась немедленно кинуться с места, случись что, замолчали. Она деловито, интуитивно понимая происходящее на втором этаже, объяснила:
- Ивар пытался убить Малачи, выпустив на него чёрные корни. Как выяснилось, после этого действия у мальчика есть несколько минут, когда он остаётся без защиты друидов. Коннор наверху. Слушает и подсматривает сны Ивара.
Колр вздрогнул, но снова осел на кресле - и она догадалась, что ему, внутренне азартному и время от времени любопытному, тоже хотелось посмотреть на мальчика-некромага в беззащитном состоянии. Вот только её слова о нескольких минутах… Мальчишки переглянулись и посветлели лицами. Кажется, внезапным вызовом Коннора к Ивару она слегка напугала их. Сейчас - успокоились. Поначалу. Пока не заговорил Трисмегист. Уставившись в пространство перед собой, словно считывая с невидимой книги, он забормотал:
- Так это корни создают вокруг него защиту?..
- В книгах эльфийских первомагов!.. - ахнул Понцерус. - Некоторые травники-целители успешно применяли такую защиту! Тёмные друиды и это перевернули во зло?! Корни теперь не защита, а оружие?! Или одновременно…
- Но защита Ивара имеет его личный ключ: в ней - его имя в устах Коннора, - уже задумчивей покачал головой Трисмегист. - То есть теперь мы можем предполагать примерную методику внедрения корней и их основные функции. Вопрос в том, как снять её, если в ней задействован личный элемент. Не усложнит ли он ритуал снятия…
Видимо, потревоженный негромкими разговорами, Малачи заворочался в кресле, вздыхая и постанывая во сне. Колр с досадой махнул на него рукой, точно оборотень сказал что-то не то, и Малачи снова погрузился в глубокий сон. Селена заметила, как с завистью покосился на чёрного дракона Хельми. Юный дракон тоже мечтает об умении мановением руки повелевать слабейшими? Или ему понравилось, как быстро сообразил Колр, что делать в такой ситуации?
Открылась дверь. Коннор пропустил отца вперёд, затем пошёл следом. Наверное, встретились в тамбуре…
Джарри одним взглядом оценил, кто где и как сидит, и сразу пошёл к Селене. Та, сидевшая на краешке кресла, чуть сдвинулась набок. Нисколько не сомневаясь, семейный сел в то же кресло основательно, а потом прислонил к себе Селену. Посидев немного в его руках, как в уютном теплом гнёздышке, Селена прислушалась к себе: стало гораздо легче. Тот ледяной панцирь, что она ощущала, после того как увидела атаку чёрных корней, начал медленно подтаивать.
А тут ещё Коннор покрутил головой, выискивая, куда сесть… Мирт, глядя на него, вдруг улыбнулся, хотя мальчишка-некромант на него не смотрел, сворачивая к родителям. Он уселся на подлокотнике и тут же взял Селену за руку… Всё та же детская привычка - успокоиться, ощущая тепло Селениной ладони… Правда, сейчас это успокоение шло не сразу - судя по тому, как жёстко мальчишка-некромант держал её ладонь, причём не замечая этого. Обычно-то он предпочитал держать её расслабленно.
Селена, не отрываясь, смотрела ему в лицо. Рот брезгливо перекошен. Что Коннор увидел в снах Ивара?
- Коннор, не тяни, - попросила она. - Ты прекрасно знаешь, чего мы ждём.
- Ничего особенного, - хмуро ответил старший сын. - Ивар идёт по мёртвому лесу. Там дождь. Ему холодно.
- Один? - Трисмегист всем телом подался вперёд, как мальчишке-некромагу. - Он один идёт по мёртвому лесу?
- Нет. За его спиной идёт взрослый друид. - Коннор договорил, а потом резко поднял голову, чтобы заглянуть в глаза старого эльфа-бродяги. Брезгливость пропала с мальчишеского лица, которое вновь обострилось от напряжения. - Вы что-то нашли?
- Кажется, мы знаем, как освободить мальчика от заклятия чёрных корней, - сказал Понцерус. - Ты видел его сон, когда он без защиты. Дождь, мёртвый лес, позади идущий друид. Всё это вместе - части ритуального сна. Символика его такова: взрослый друид всегда будет за спиной мальчика. Пока живы чёрные корни. Осталось решить лишь одну проблему: будет ли его имя, которое ты должен произнести, помехой этому ритуалу - или оно ещё один ключ к уничтожению друидского заклятия.
- Мы с Понцерусом рассмотрим возможность ритуала со всех сторон, - добавил Трисмегист, вставая. - Было бы, конечно, замечательно досмотреть все сны Ивара до конца, ибо они могут содержать и другие символические части ритуала. Но и той крохи, что сообщила леди Селена только что, нам пока хватает для поисков нужной книги о лесных друидах.
И оба учёных эльфов чуть не бегом удалились в домик Трисмегиста.
Глядя на закрытую ими дверь, Коннор прикусил губу. Слишком сильно… Подтёр кровь рукавом. Потом, не оглядываясь, спросил:
- Значит, память возвращать необязательно?
- Всё зависит от твоего желания, - ответил Джарри.
В гостевом кабинете стало тихо.
Коннор сжал ладонь Селены так, что она еле терпела.
- Если бы только от желаний… Мне ведь так никто твёрдо и не ответил, что будет, когда память о прошлом вернётся. Если честно, было бы гораздо легче, если бы моя память была стёрта в лаборатории. Я так думал много лет. Да. Мне хочется вспомнить родителей и Ивара. Вспомнить ту часть, как мне кажется, счастливой жизни, какая была у меня до войны. Но… Что будет, если мне вернут память о том времени, но я забуду всё, что было, когда я переступил порог лаборатории и услышал за спиной выстрелы - вампиры хотели уничтожить Трисмегиста? Единственного, кто знал, что со мной…
В паузе, пока он сглатывал, кто-то шумно и прерывисто вздохнул, а потом шёпотом охнул, что получилось слишком громко. Мика… Мирт, сидевший рядом с ним, привычно положил на его голову ладонь - успокоить. Потому как мальчишка-вампир с трудом удерживался от плача…
- Получается, мне надо вспомнить троих - родителей и Ивара. Но потенциально забыть десятки других существ… - задумчиво продолжал Коннор, уставившись в пол. - И… кем я буду тогда? Тем самым, кто только-только попал в лабораторию Трисмегиста? Как-то странно - думать, что в моём теле окажусь я - десятилетний…
- Но теперь у тебя есть выбор, - тревожно напомнила Селена.
- А как сказать об этом выборе Ивару?
И все снова замолчали.
Посопев немного, поднялся Бернар. Эльф-целитель взглянул на Джарри и как-то смущённо попросил:
- Джарри, помогите мне перевести этого оборотня в учебку, на второй этаж.
Селена быстро встала, сообразив, что смущает Бернара: просить о помощи в гостевом кабинете можно только Джарри, а он уселся так, что его ещё и из семьи надо вытащить… Коннор неохотно убрал пальцы с её руки, и она украдкой размяла их.
Прежде чем Джарри шагнул к Малачи, Бернар поверх его головы вдруг сказал:
- Коннор, говорят, если память пробуждать постепенно, раз за разом давая ей какие-то факты из прошлого, она возвращается безо всяких потерь настоящего. Ты просто не прерывай поиски самого себя. Не будь так заинтересованы Иваром и его состоянием Трисмегист с его другом Понцерусом, они бы сказали тебе то же самое. У тебя есть два предмета из прошлого - переведи их пространство на себя, пусть линии этих предметов найдут в тебе свои же оборванные линии. Пусть эти предметы станут первыми маленькими ключиками к тому множеству замков на тебе, которые прячут от тебя события прошлого. И знай ещё одно: ты встретил ту девушку, которая тебя узнала. Может, сейчас ты ничего не чувствуешь, но в неизвестном будущем она тоже станет частью пробуждения. Твоей памяти. - И добавил, обращаясь к Джарри: - Спасибо. Мне одному трудно было бы справиться с пациентом.
Держа под руки сонного Малачи, Джарри и Бернар вышли из гостевого кабинета.
Ещё немного посидев на подлокотнике, Коннор оглянулся на опустевшее без Джарри место и сел рядом с Селеной. Посмотрел на друзей, на Колра.
- Поговорим о пейнтболе? - неуверенно предложил он.
- Нет. Закончим с-с твоей памятью, - отозвался чёрный дракон. - Законы благородс-ства требуют, чтобы ты рассказал Ивару о ритуале и о с-собственной памяти.