Сложно быть (с) Богом (СИ)

— Еще один! — указал в сторону Лешаль. — Четвертый!
Четыре фигуры быстро приближались к своему воинству. Теперь можно было с уверенностью сказать, что они ехали. Ехали на колесницах, каждая из которых была запряжена скелетами лошадей, лишь в некоторых местах обтянутых остатками кожи и шерсти. В какой-то момент, как только колесницы оказались в сотне метров от своей армии, мертвые воины, до этого свободно стоявшие на песчаных холмах, ощетинились оружием, как по команде. Щитоносцы сомкнули ряды, выставив вперед копья, лучники наложили стрелы на тетивы, мечники застучали кривыми саблями, типа хопеша, по коротким щитам.
В каждой колеснице было по два противника. Возничий, более походивший на скелет и один из офицеров мертвой армии. Богатые украшения и аксессуары, элементы дорогой брони выделяли их на фоне обычных воинов.
В первой повозке таковым был лучник, натягивающий тетиву почти двухметрового лука. Его голову украшал плоский шлем с изображением кобры, вставшей в стойку и раздувшей свой капюшон. Набедренная повязка висела наискосок, зацепившись за тазовую кость, а морщинистое тело было словно обтянуто серой кожей.
Вторым был воин с огромным кривым мечом серповидной формы, лезвие которого расширялось к концу. Даже на вид, весил такой явно больше десяти килограмм. На его шее красовалась золотая пектораль с красными вставками, защищавшая шейный отдел и часть грудной клетки.
Третий — облачен в золотой анатомический панцирь, который давно болтался на своем обладателе как на вешалке. В одной руке он держал ростовой щит каплевидной формы, второй же сжимал копье.
И, наконец, четвертый. Тот, кто скорее всего и нужен был отряду авантюристов в первую очередь. Изогнутый посох, в виде готовящейся к броску змеи, зажатый в цепкой хватке костлявых пальцев. Голова, обрамленная чем-то похожим на немес (головной убор египтян), была обращена в центр отряда и уже выискивала потенциальную жертву. На лице мумии была золотая маска, так что невозможно было сказать, сколь сильно оно подверглось распаду и тлену. Однако, из всех четырех, бинты, обрамляющие границы тела мумий, лучше всего сохранились именно на нем. Неизвестно, кем была мумия при жизни, но и после смерти она испускала ауру животного страха, величия собственной персоны и желания, если и не пасть ниц, то точно преклонить колено. И чем ближе подъезжала колесница, тем сильнее было это желание.
— Он что-то колдует! — успел крикнуть Кирилл, видя потоки розового света разлетающиеся в их направлении.
— Это ментальная атака! — выкрикнул Томас, когда некоторые из членов их отряда начали бросать собственное оружие на землю, против своей воли. Магические щиты, которыми себя окружили маги, не позволяли взять над ними контроль. А вот всем остальным приходилось надеяться только на силу собственной воли или амулеты. Маг Света раскрыл фолиант, что носил на поясе и, водя пальцем по странице, начал читать какое-то короткое заклинание, торопясь, но при этом боясь допустить ошибку. Он выставил по направлению к врагу ладонь ребром и сложил странным образом пальцы, как было нарисовано на картинке.
— И да прибудет твой свет со мной, — совсем тихо произнес маг и, сводя вытянутые руки, резко хлопнул в ладоши. От Томаса во все стороны разлетелись мельчайшие частицы света. Произошло это настолько стремительно и быстро, что со стороны показалось, словно он был подушкой, из которой только что выбили всю пыль разом. Только вместо пыли оказались мириады светлых частиц, которые разлетелись на сотню метров вокруг. От этой пыли, или скорее пыльцы, некоторые из воинов-скелетов теряли равновесие и падали на колени. Они словно заходились в кашле, как будто бы обладали легкими и гортанью. Когда же эта волна дошла до главного злодея, тот просто отмахнулся от нее, словно от назойливой мухи и так же, как маги, создал вокруг себя защитный барьер.
— Кажется, ему не понравилось, — хмыкнул Соррин.
— А мне кажется, что сейчас все как раз и начнется, — ответил ему Том.
Мотнув головой еще раз, Кирилл с удивлением обнаружил, что в его руках нет оружия. Стукнув по голове, словно что-то вытряхивая и избавляясь от наваждения, он увидел свои клинки на земле. Шпага и дага остались покоиться в ножнах. Не зря он взял с собой и оба меча, им на замену. Здесь не нужно будет колоть, а лишь рубить и кромсать, и именно этим он сейчас займется. Парень был в бешенстве. Он не думал, что так легко поддастся вражеской атаке. Кирилл думал, что после общения с богом, после его слов, если он и не какой-нибудь избранный, то уж точно в чем-то уникален и был сильнее какой-то непонятной ментальной магии. Но правда оказалась горькой. Он, как и все не маги отряда поддался на уловку, оказался слабее магии.
 
Томас угадал, мумия взревела низким, утробным воем и ее воинство вторило таким же боевым кличем, двинувшись вперед. Одновременно с этим ожили и колесницы, они развернулись и начали набирать ход, следуя по широкому кругу за рядами мертвецов. Радовало одно, что они успели занять выгодную позицию на вершине бархана и противнику в любом случае придется подниматься к ним.
— А вот это совсем плохо, — сказал Касим, мужчина стрелок из отряда с юга, чьим оружием был увесистый арбалет. Причем явно зачарованный, так как Кир заметил легкое синее свечение от него. — Как мы уничтожим колесницы, если они в постоянном движении? Я, конечно, попаду, да только толку тут от простых стрел?
— Это ненадолго. Мы постараемся их остановить, — с уверенностью сказал Томас.
Тем временем, мертвая армия продолжила движение, при этом сменив построение. Из замкнутого кольца, она превратилась в два полукруга не соединенные между собой. В разрыве между ними оказалась широкая полоса, по которой спокойно могли проехать сразу две повозки. Подобно колесницам древности, с Земли, к колесам этих были приделаны острые мечи, способные на ходу если и не отрубить конечности, то гарантированно покалечить. И если дать им проехать сквозь отряд, то можно и не надеяться на долгую битву, она сразу же будет проиграна. И этот момент понимали все.
— Томас, я знаю что делать! Предоставьте их мне! — выкрикнул Реми, глядя, как две первые колесницы вошли в поворот и начали свой разбег в сторону отряда людей, что стоял в центре бархана.
— Ты уверен? — спросил маг Света.
— Да! Тебе понравится! — заявил маг Земли.
Томас кивнул, но попросил Коди быть начеку и в случае опасности подстраховать барьером. Колесницы мчались все быстрее, сокращая расстояние, в то время как Реми закрыл глаза и зашептал магическую формулу. В первой ехала мумия мечника, а в другой офицера с копьем.
— Реми? — обратился к нему Томас. — Чтобы ты не задумал, делай это быстрее. Сейчас самое время! Они совсем близко!
Но маг, казалось, его вовсе не слышал, золотистым светом лишь полыхнули распахнувшиеся глаза Реми, когда под ногами зашевелился песок и пласты выжженной солнцем земли.
Врагам и без того пришлось ехать в гору, а задумка мага Земли оказалась совсем простой, но в тоже время блестящей.
— Реми! — не без паники в голосе крикнул Томас. Но его реплика оказалась лишней. Безродный маг справился. Он лишь слегка изменил поверхность бархана, сформировав подобие трамплина, который под углом был направлен во вне. Проделано было все с ювелирной точностью, прямо в тот момент, когда было нужно. Набравшие скорость и проследовавшие по нему скелеты лошадей полетели вниз, увлекая за собой и пассажиров. Словно снаряд, колесницы выпрыгнули с трамплина и бесконтрольно устремились в собственное войско. От сильного удара возничих и офицеров выкинуло из повозок, а сами колесницы и скелеты коней покатились в толпу мертвецов. Первые ряды были просто смяты, повозки разлетелись на куски, а скелеты лошадей так и вовсе валялись где-то позади. Однако, вражеские офицеры уцелели. Без какого либо труда и помощи они поднялись и встали в строй, ведя своих солдат в атаку.
 
А дальше завязалась битва. Оставшиеся две колесницы не спешили повторять подвиг своих товарок, но и движение не останавливали.