Цена свободы – любовь (СИ)

– Привязанность какого характера?
– А что? Много вариантов?
– Учитывая, что последний бой разворотил ему пах и полбедра, возникают сомнения.
Саша подобрался.
– Не понял…
– Точно не скажу, но то ли ему на хрен всё оторвало, то ли как мужик он просто не функционирует и любить женщин может разве что руками. Но Мулла у нас тот ещё брезгливец. Сам знаешь, они все для него нечистые. Потому руки отметаю тоже. Ещё вопросы?
– Крутились сомнения, будто Алия может быть беременна от него. – Признался Саша. Громов неодобрительно качнул головой.
– Ну, ты просто нож ему в спину воткнул, да провернул раза два. О наследнике он всё же мечтал. Мулла будет бить по ней. – Повторился мужчина теперь без толики сомнения в голосе.
Саша обеспокоенно на друга глянул и тот пакостно оскалился.
– Что я должен прочесть сейчас на твоём лице?
– После твоих слов у меня в принципе не осталось вариантов, при которых Алия была рядом с ним так долго.
Громов насмешливо вскинул брови.
– У неё спроси.
– С Муллой порой бывает договориться проще.
– Тогда думай. Он же твой брат. Мне нередко казалось, что вы умеете читать мысли друг друга. Сейчас тот самый момент, когда возродить телепатические способности будет в тему.
– Я не знаю… – Зло процедил Саша сквозь зубы, нарочито медленно подаваясь в кресле вперёд. Громов налегке поднялся и направился к выходу.
– Думаю, наедине собраться с мыслями тебе будет куда проще. В целом тему я понял. Что в моих силах сделаю. Да и… насчёт сестры подумай. – Напомнил и руками развёл, диалог завершая. – Как буду готов, я отзвонюсь. – Отрапортовал Громов, глянул на наручные часы. – Сейчас почти восемь. К двенадцати вопрос будет закрыт. – Обнадёжил он и кабинет покинул.
А Саша ядом подавился в тот момент, когда хлопнула входная дверь. Непростую ситуацию он наклонял то в ту, то в другую сторону, рассматривая с разных ракурсов, под разным углом, обсасывая её целиком и по запчастям. И ни единого раза не увидел того, что лежит на поверхности! Того, что и его самого заставило изменить отношение к яркому восточному сувениру в виде жены. «Какого чёрта!» – зло скрипнули его зубы и напряжённый кулак с тяжестью опустился на дубовую столешницу. Он подскочил с места, крутнулся, выругался вслух и обессиленно плюхнулся обратно. Он зло смеялся, скаля ровные зубы, и бурно дышал, пытаясь восстановить душевное равновесие. Спрятал лицо в ладонях и с чувством их передёрнул.
– Идиот! – Рассмеялся, завалившись в кресле на один бок.
Устроив руку на подлокотнике, принялся старательно массировать пальцами подбородок и, концентрируясь, даже закрыл глаза. Закрыть вопрос с Муллой нужно до того, как тот встретится с Алией. Это значительно упростит жизнь.
– Я уезжаю. – Сдерживая эмоции, аккуратно устроил он ладонь на секретарской стойке.
– Александр Владимирович, совещание назначено на четыре и Воронцов из администрации звонил: у них что-то не сходится по договорам. Нужно срочно решить, потому что грозились заморозить строительство.
– Меня не будет пока. – Мягко повторился он и устало склонил голову набок. – Все вопросы через Клюева. Полномочиями я Бориса Аркадьевича наделил немалыми.
– Он здесь без вас развернётся. – Повела взглядом секретарь, а Саша сдавленно рассмеялся:
– Сам боюсь. Вот только решений не меняю.
На этом простился. Спустившись, сел в машину и уставился на водителя с нечитаемым выражением лица. Так, что тот даже не думал окликнуть или уточнить что. Опомнившись, Саша устало улыбнулся.
– Давно Милу не навещал. – Пробормотал он и тут же услышал тихую работу двигателя.
Машина плавно тронулась с места, за тонированным стеклом замелькали городские пейзажи.
Сестра встретила, воинственно скрестив руки на груди. Демонстративно отвернулась, когда склонился над ней, чтобы поцеловать. Обожгла взглядом, как только виновато опустил голову, и только потом прочистила горло, позволяя понять, что тоже волнуется.
– Вижу, пришёл каяться. – Потянула она язвительным тоном.
– Именно каяться.
– Выпьешь или слова и без того переполняют?
 
– Переполняют. – Сглотнул он, чувствуя, что именно упомянутые слова встали поперёк глотки.
– Что-то случилось? – Запоздало прониклась Мила и Саша нарочито медленно вздохнул.
– Я Муллу жду в гости, да не знаю, куда нагрянет. Не хотелось бы, чтобы тебя зацепило.
Мила протяжно простонала и закрыла ладонями лицо.
– Я так и знала, что его появление ничего доброго не сулит! Что между вами? – Опустилась она на диван, понимая, что ноги подкашиваются.
– Между нами моя любимая жена Алия.
Мила несдержанно ахнула и удивлённо округлила глаза.
– Я не готов сейчас делиться подробностями на эту тему. – Тут же предупредил Саша. – Будет война, Милка. И потери будут. Предлагаю тебе отправиться к свёкру на побывку.
– Ну да, конечно, бегу паковать чемоданы! Что ты ещё придумал?! Зачем?!
– Потому что у тебя муж и дочь, а Мулла мстительная тварь и ему всё равно будет, на какой рычажок надавить, чтобы выковырять меня из уютной раковины.
– Это ты себя сейчас устрицей представил?
– Твоё чувство юмора радует. Заботит другое: ты меня услышала?
Судя по выражению лица, душевные метания захватили сестру с лихвой. Но одно лишь мгновение и взгляд прояснился, заискрил реализмом.
– Что я мужу скажу? Он прекрасно знает, что я не одобряю жизненных позиций его отца.
– Лето выдалось неудачное. – Сухо отозвался Саша. – Диане нужен климат помягче. Достойный повод, как считаешь?
– Повод как повод. – Отмахнулась она. – А ты?
– А я буду здесь.
– Не понимаю… – Раздражённо качнула Мила головой. – Не понимаю! – Воскликнула, подскакивая с места, заметавшись по комнате. – Значит, Али ты прячешь в своём доме?
– Твои дедуктивные способности не могут не радовать.
– И смысл был затягивать интригу, если всё равно рассказал?
– Мы долго не могли найти общий язык. Третий бы всё испортил.
– Ты силой удерживал её, что ли?
– А ты знаешь другие методы? – Невесело усмехнулся Саша. – Мы договорились и это главное. Сейчас проблема в другом. Если я буду оглядываться на тебя, могу тупо упустить момент.
– Я уеду. – Заверила Мила торопливо. – Ради Дианы, не ради тебя. – Пояснила тут же. – Скажи только, в этой твоей войне есть смысл?
Саша недоумённо вскинул брови и Мила была вынуждена поджать губы.
– Она… она хочет остаться или ты, как упрямый баран будешь рубить на корню всё, что ей дорого?
Брат, демонстрируя наивысшую степень шока, усмехнулся:
– Ты можешь представить себе женщину, которая полюбила бы Муллу?
– Чего только в жизни не увидишь…
– Она хочет остаться. – Ледяным тоном заявил Саша и сестра уставилась, пытаясь что-то разглядеть в его лице.
– Саш…
– Не начинай. Я всё сказал.
– Она сводит тебя с ума. Как призма… искажает реальность. Какая, к чёрту война, ты давно ушёл от этого!
– Мне сейчас только твоей истерики и не хватало. Это запоздалый шок? – Насмешливо скривился. Мила беспомощно сжала кулаки.
– Это правда!
– Не кричи, напугаешь Диану. – Предупредил Саша, и Мила мельком глянула на дочь, что играла в смежной комнате. Та была увлечена своими куклами и едва ли обращала внимание на взрослых.
– А я не хочу! Не хочу снова возвращаться в то страшное время! Не хочу видеть то, что видела! И пока ты загибался, пока опускался на самое дно, пытаясь утопить там своё горе, я подыхала рядом от бессилия. Потому что у меня никого нет, кроме тебя! Иногда нужно просто отпустить!
– Поговори с мужем уже сегодня. Не думаю, что располагаю достаточным количеством времени.
 
– Ты слышишь меня? – Она подскочила к Саше и, схватив за полы тонкой куртки, попыталась встряхнуть.
Тёплые ладони накрыли её напряжённые кулачки. Брат мягко улыбнулся.
– Я её люблю.
– Какая любовь, когда ты себя не помнишь?!
– И только сейчас я впервые за долгие годы счастлив.