Бэкап Междумирье (СИ)

Где это я? Что это за город? Я полностью уверен в том, что этот мир так же реален, как и мой. Просто ему не повезло. Здесь изобрели атомную бомбу и с нелепым для человечества удовлетворением применили её. Это кем надо было быть, чтобы даже замышлять подобное? Хладнокровно планировать уничтожение миллионов гражданских людей, женщин, детей, стариков. Вычисляя, сколько их умрет сразу, а сколько через несколько дней. Это даже людоедством назвать нельзя, это за гранью добра и зла. Но ведь все эти генералы, ученые, инженеры спокойно жили между нас, имели почет и уважение, достойное место в обществе, и оставили после себя такое же помеченное злом потомство. Я смотрел на уничтоженный мир сквозь мутные стекла, дыхание прерывалось, так страшно было находится в подобном месте. Это же не голливудский блокбастер, после которого ты выйдешь на улицу и вдохнешь свежего воздуха, увидишь солнце. Это ужасающе реально. Только зачем мне это показывают? Чтобы доказать ущербность нашей Вселенной? Человечества, как факта в ней? Так я и так в курсе.
Вскочил с койки, буквально обливаясь потоками холодного пота, разбудив своим судорожным дыханием кого-то в палате. Успокоил товарища, что не помираю и вышел в коридор. Морозная серебристая луна пробивалась сквозь неплотный строй облаков, добавляя к дежурным лампам свой призрачный свет. Я долго ходил по коридорам, вызывая справедливый ропот медсестер, но ничего не мог с собой поделать. Это страшное видение было неким знаком с той стороны. Неужели в каком-то из миров дело дошло до подобного, и случилась ядерная катастрофа. Ведь я не видел и совершенно не чувствовал там какого-либо присутствия Тьмы. Нечего ей было делать в том царстве тотальной смерти.
Этот мир пока был лишен ядерного оружия. Его разрабатывали, но катастрофа 1942 года, произошедшая в Университете Колумбия, что расположен в районе Манхеттен, надолго поставила этот проект вне закона. В один миг практически не стало половины крупнейшего города Америки. До сих пор в радиусе ста километрах от него почти никто не живет. Что там случилось на самом деле до сих пор неизвестно, исследования в сфере ядерных технологий были надолго заморожены. Только к концу пятидесятых с общим развитием теоретической физики и химии они были продолжены, только уже в большей тайне и в отдаленных от населенных пунктов местах. Оно и понятно, даже продвинутый ученый будет теперь опасаться неизведанного. Ну а раз нет ядерного оружия, то и современных средств его доставки. Погоня в космос в моем мире была обусловлена в первую очередь созданием межконтинентального ракетного кулака. Что толку кидать на такие расстояния обычную взрывчатку? Поэтому покамест развивались ракеты противовоздушные и управляемые для авиации и флота. И надо сказать, в этом местные достигли определенных успехов, опередив мое время лет на десять. Особенно вырвался вперед СССР, доказав в этой войне, что его ПВО лучшее в мире.
Америка же вышла из Второй Великой, так назвали здесь Вторую мировую войну, сильно ослабленной. Взрыв в Нью-Йорке здорово ослабил позиции Штатов, пошатнулась сама экономическая мощь страны, ведь в этом городе были сосредоточены огромные финансы, а также их хозяева. Одномоментное уничтожение сотен видов финансовых рычагов и регуляторов, архива всевозможных бирж, а также золота и драгоценностей, хранившихся в банках. Такого мировая экономика еще ни разу не переживала. Это была настоящая катастрофа! Внутриполитическая грызня, наложившаяся тогда на многочисленные поражения в Тихом океане, способствовали тому, что Великобритания начала более тесно сотрудничать с местным Советским Союзом, усилив нажим на Скандинавию и настояв на том, чтобы открыть Второй фронт на Балканах. В итоге Красная Армия дошла до Северного моря, не тратя напрасных усилий на южный и северный фланги. Американцы и канадцы весной сорок пятого совершенно спокойно высадились на юге Франции, принимая почетную капитуляцию бегущих туда немецких войск. Нашим же не пришлось понапрасну проливать кровь. Так и так согласно договору все эсэсовцы, а также военные преступники выдавались нам без очереди. Германия полностью оказалась под пятой Красной Армии, все её промышленные ресурсы и производство в руках советских властей.
 
Война в Тихом океане в этом мире продолжалась до конца сорок шестого года, она получилась намного труднее и кровавей для американцев. СССР провел практически те же операции только уже летом сорок шестого. Маньчжурия стала отдельным государством, Китай еще несколько лет корчился в огне Гражданской войны, став в итоге полным сателлитом Союза, Корея осталась неделимой и независимой, Япония не получила долгожданных американских инвестиций, так до сих пор и не залечив военных шрамов. Её города к концу Второй Великой оказались практически стерты с лица земли, почти вся промышленность уничтожена. Американцы не испытывали жалости к врагу, а самурайское упорство сыграло ужасную роль в истории страны Восходящего солнца. Насколько я знаю, еще не так давно японских рабочих использовали на нашем Дальнем Востоке в качестве дешевой рабочей силы, не хватает там пока народу. Зато границы отодвинуты и надолго спокойны.
Вот по этому здешнему Союзу не требовалось создавать огромный и обременительный Варшавский блок, его позиции в Европе и так были очень сильны. В третью мировую в этом мире также не очень верили, без оружия огромной разрушающей силы быстрая победа одной стороны была бы совершенно невозможна, что довольно точно и показали дальнейшие события. Только вот почему они случились? Почему произошел взрыв в Манхеттене? Что и кто стоит за всем этим? Меня гложили смутные сомнения. Только под утро я забылся тяжелым сном и проспал до самого обеда. Никто меня не трогал, не тормошил. Местные лекари справедливо считали, что отдых и сон лучшие лекарства для больного.
Горячие наваристые щи и пшенная каша с кусками конской колбасы придали сил и бодрости, и поэтому я решился прогуляться на улице. Выпросил в гардеробной дежурные ватные штаны и бушлат, затем выбрался в солнечный морозный день. Ох, эта настоящая русская зима! С белоснежными сугробами, тронутыми инеем ветками деревьев, такая праздничная, несуетливая. Я никогда не променяю нашу снежную зимушку на сырость и пасмурность европейской слякоти, называемой по какого-тому недоразумению зимой. Как же хорошо дышится, как приятно шагать ногами в валенках по свежему, скрипящему снежку, и чувствовать, как приливает румянец к щекам, как раскочегаривается тело, разгоняя по мышцам кровь и наливаясь полновесным жаром. Мне искренне жалко людей, которым не нравится зима! Которые стонут от мороза и мечтают о гнилых тропиках. А как же лыжи, коньки, хоккей, да банальные снежки в детстве! Русский человек тем и силен, что готов к быстрому переходу от нестерпимой жары к жуткому морозу. Это заметно на примере нашего банного искусства.
Правда, местный госпитальный сквер был нечета огромному парку в Кисловодске. Так, несколько тропинок и чахлых аллей. Внезапно мое продвижение вперед сковало странное чувство. Как будто в голове сработал некий экран, зажегшийся ярко-красным – «Аларм!» Я повернул голову в сторону близкого старомодного забора с вазонами поверх бетонных столбиков и чугунной изгородью. Мимо парка шла какая-то женщина в сером пальто и пуховом платке, такие в моем слое назывались Оренбургскими. Ошибиться было невозможно. Это её походка! Это ее, чуть согнутая вперед спина! Но как она тут оказалась? Я то планировал, как мне выбраться в город, просчитывая массу вариантов, а она тут.
- Маша, Маш, Маша! Мария!
Голос поначалу громкий в конце сорвался на жуткий фальцет. Я бежал к забору, ничего не видя перед собой, чуть не споткнулся об не расчищенный сугроб. Женщина сначала недоуменно оглянулась, затем вгляделась в меня и также стремглав кинулась к забору. Мы смотрели друг на друга сквозь толстую решетку, тянули руки, что-то говорили, не слушая и не слыша. Только горячечное дыхание, жар в голове и возникающее откуда-то изнутри ощущение счастья. Такого не бывает, попасть в чужой и страшный мир, выжить в войне и встретить друг друга. Разве это возможно?!