Месть за измену. Благими намерениями (СИ)
— А знал ли он, что баронет скоро будет вынужден объявить наследника? — уточнила между делом Арабелла.
— Да, он раскрыл это всей семье, — покивал Райнер. — И гильдия купцов уже начала официальный процесс отхода купца от дел. Так что просто оттянуть момент наследования не удастся.
— Ясно-понятно… И в чём тогда моя задача?
— Нужно заставить Джонатана при свидетелях сказать, что он прикрывает брата.
— Только его требуется разговорить? А Натаниэля? — уточнила ведьма.
— В идеале, обоих бы, но после того, как попадётся один, второй будет начеку.
— Подкараулить их обоих одновременно?
— Не выйдет, — Райнер поджал губы. — Они сейчас даже вместе не ходят никуда. Это чтобы сделать вид, будто между братьями нет особо тёплых чувств. А другой причины покрывать младшего у старшего не найти.
— Да ну? — Арабелла недоверчиво сощурила глаза. — Неужели нельзя спросить слуг в доме? Если они верны хозяину, то скажут то, что нужно баронету. Да и по твоему описанию… вряд ли кто-то станет покрывать Натаниэля, а вот Джонатана…
— Ай, Ари, — отмахнулся Райнер, — способы разрулить эту ситуацию есть. Нужны доказательства попрочнее. Вроде слов независимых свидетелей.
— Разрулить ситуацию? — засмеялась Арабелла. Она никогда не слышала такое выражение. Райнер даже немного смутился.
— Нахватался я в столице, — попытался оправдаться он. — Там сейчас новые самоходные кареты во всю рассекают по улицам. У них руль, как у кораблей, но другой формы. Не знаю, потому ли они такие маневренные, я не разбираюсь в технике. Но словечко прилипло.
Арабелла ещё немного похихикала, однако решила фразу запомнить. Надо же быть в курсе новинок. Тем более столичных.
— А откуда в прокуратуре, — ведьма кивнула на костюм Райнера, цветом и формой галстука явно говоривший о том, в каком ведомстве служит мужчина, — знают, кто на самом деле виновен?
— Баронет сам пришёл к нам с этой информацией. А нам выгодно посадить настоящего виновника. Тем более, что Джонатан нужен на свободе.
«Нужен, наверняка, тому самому влиятельному другу баронета, который помог получить наследуюмый титул. Уверена, это он попросил за друга. С чего бы ещё прокурор стал так напрягаться? Тем более подозрительно. Слишком складно для баронета всё это звучит», — не унималась мысленно Арабелла. Она была уверена, что тут что-то не чисто. Но даже если мотивировал разбираться в деле кто-то высокопоставленный, общался с прокуратурой именно баронет. Райнер вполне мог повестись на игру прожженого купца. Эти ребята обычно обладают неплохим актёрским талантом.
Последнее, что ведьма спросила для собственного успокоения, было:
— Баронет в курсе, что ты хочешь применить взгляд правды?
— Пока нет, но он просил использовать все доступные… законные средства, чтобы вытянуть истину из его сыновей, — задорно улыбнувшись, подмигнул Райнер.
— Не так уж много этих… законных средств, — в тон ему добавила Арабелла, примешал заметную каплю сарказма. — Он мог решить, что у вас в любом случае ничего не выйдет. Ладно, давай так! — собралась ведьма с духом и хлопнула рукой по столу настолько неожиданно, что Райнер едва не подпрыгнул. — Я согласна помочь, но ты перед этим у баронета всё же спросишь, готов ли он использовать взгляд правды.
На том и договорились. Прибыль от этого дела тоже обещала быть не маленькой, но Арабеллу, учитывая её родословную, деньги интересовали далеко не в первую очередь. Впрочем, и не в последнюю, чего уж там. Иметь личные финансы хочет любая ведьма, тем более, пока зависима от старшего поколения.
Домой Арабелла вернулась в этот день поздно. До темноты изучала информацию, имеющуюся у неё на всех участников дела: баронета, его сыновей, графа и его отпрыска. Выяснилось, что родственные чувства Джонатана доказать и правда не так уж и просто. Братья, особенно в последние лет десять, почти не общались, тем более на людях. Один балагурил, второй служил на границе. И особой любви между ними после возвращения старшего никто вне дома не замечал, а уж что там было в доме — не ясно. Джонатан и Натаниэль буквально первый раз вышли вместе в общество, в театр, когда приключилась беда. Угораздило же младшего брякнуть непроверенную информацию, когда мимо их ложи проходил граф…
Однако всё это узнать было не сложно и не долго. Задержалась Арабелла потому, что стала рыскать в старых газетах. Она держала в офисе на кристалле копии всех выпусков, которые смогла найти в своё время в библиотеке. И эта коллекция, в которой, правда, приходилось долго и нудно копаться, не раз и не два помогала ей в делах.
Но не в текущем.
Единственное, что ведьме удалось выяснить, про давнюю дружбу Натаниэля и графского сынка. Раньше они часто проводили время вместе в общей компании молодежи, вместе же профукивали денежки своих родителей. А кто громче всех кричит о грехах других? Правильно, бывшие лучшие друзья. «Теперь понятно, — подумала Арабелла, — почему Натаниэль так неосмотрительно разглагольствовал. Не ожидал, что дело повернётся настолько серьёзно».
Бертран уже спал, когда его невеста вошла в дом. Она заглянула к нему в комнату, поулыбалась на то, как забавно он спит, и отправилась на боковую сама. Вот только, как бы она не старалась, во сне навестить Арабеллу пришёл совсем не жених. И сон был вообще не целомудренным.
Проснулась ведьма первой, как обычно. Стоя на кухне, она напевала какую-то мелодию, повторяя слова, что раздавались из музыкальных подвесок в её ушах. Потому не заметила, как сзади подкрался Бертран. Он привычным жестом обхватил девушку за бёдра и прижал к себе. Она же привычно покраснела, ощутив утренний запал жениха попой. Её саму ещё не отпустили впечатления от горячих снов. Вот только неподобающая личность их главного героя очень смущала Арабеллу.
— Ты такая мягкая после ночи, — промурлыкал Бертран в женское ушко и прихватил зубами мочку, из-за чего подвеска выскользнула и принялась болтаться на цепочке сережки. Что жених имел ввиду, ведьма не поняла, потому уточнила, стараясь игриво вывернуться из его рук:
— Мягкая? А вечером что, жёсткая?
— Ага, — Бертран позволи ей улизнуть, но лишь для того, чтобы получше перехватить девушку, прижав её уже лицом к себе, — вечером напряжённая, твёрдая на ощупь.
— Прямо как… ты сейчас? — хихикнула ведьма, глазами указав вниз.
— Нет, я сейчас не только твёрдый, но и горячий, а ты обычно холодна и думаешь только о делах.
— А ты не думаешь о… других женщинах? — неожиданно сорвалось с языка Арабеллы. Бертран аж замер и внимательно вгляделся в её глаза. Которые ведьма тут же попыталась спрятать. — Я просто… Я не то имела ввиду. Просто хотела спросить, как ты справляешься с соблазнами, — она смутилась не на шутку.
На это Бертран как-то недоверчиво расхохатался. Отпустив невесту, он подхватил кружку чая, который для него заварила Арабелла, и направился к выходу из кухни, на ходу поведав:
— Лучший способ справиться с соблазном, это реализовать его.
Ведьма уже успела всерьёз испугаться, когда жених, не оборачиваясь, добавил:
— Например, подрочить.
Арабелла взяла вторую кружку и, грея о неё руки, задумалась. Не такого ответа она ожидала. Как и поведения. Твоя девушка спросила, как бороться с соблазнами, а ты просто предложить ей вздрочнуть и куда-то свалил? Пожалуй, к такому вопросу Бертрана стоило бы подготовить, а не вываливать его вот так, сходу… Может, и реакция была бы другой. Но кто теперь скажет, как было бы?
Однако и сам жених повёл себя не лучшим образом. Арабелла на его месте поступила бы иначе. Например, принялась бы выяснять, кем является этот «соблазн» и насколько всё серьёзно. Не лучший вариант, но она ведь девушка. Тут нужно мнение мужчины.
И первым под руку подвернулся… Райнер.
Они встретились в кафе напротив дома баронета. Арабелла уже открыла рот, чтобы задать свой вопрос, но вовремя остановилась. Как-то двусмысленно прозвучало бы. «Райнер не дурак, — кусала губы ведьма, — если обрученная девушка спросит у него, как бороться с соблазнами в виде занимающего мысли мужчины, он сразу догадается, что речь о нём самом. Да и вообще, это звучит, как дешевый флирт! Кошмар!»