"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

– О чем задумался, Базарбек? – подал голос Роберт.
– Да вот прикидываю, на кой Розику столько денег. С ума сойти можно от суммы, которую он выкачивает из своих владений ежемесячно.
– Чего тут думать, чудак-человек? – хмыкнула Аля. – Крафтер он сдвинутый. В реал конвертирует.
Это вполне обоснованная гипотеза. В реале наш стяжатель наверняка ездит на каком-нибудь винтажном «Астон Мартине». И проживает в скромном особнячке с олимпийским бассейном. Один золотой Мидгарда идет сейчас по курсу – 0,8 евро (знаем точно, потому что слушаем разговоры хозяина со своими партнерами). Фу. Слово-то какое мерзко-унизительное! Хозяин. А нет-нет, да вырвется.
– Розик метит в Верховные Аисты Болота, факт, – отрубил Роберт. – А без денег нет войны. И революцию не замутить.
Верховный Аист – официальный титул правителя Болота. Типа короля. Намек на то, что его башка торчит выше остальных и на всех внимательно воззревает.
– Чего-о-о? – недоверчиво протянула Альфия. – Дурной травы, что ли объелся, тинейджер? Базар, хватит хомячить камыш, кстати, у нас потом у всех живот пучит!
– Молодые побеги до чего сладкие!
– Розик планирует переворот, – повторил Роберт.
– Откуда такие выводы, Роб? Поделись с товарищами, – откликнулся я.
– В последнее время не прекращается массовый рекрутинг ящеров-воинов. Кого силком, кого сажают на кабальный контракт. Ловчие команды не вылезают из болот: идет охота за вивернами, василисками, боевыми болотными коровами. К казарме с месяц уж как пристроили здоровущий ангар. Высота потолков – десять метров. Как раз на длину наших шей. Улавливаете? Под нашу братию возводился! Швейники строчат из дубленых кож гигантский шатер. Ремесленники вяжут под него стальную сетку. Не надо быть Шерлоком, чтобы догадаться: решили захомутать туда сотню или больше драконьих стрекоз. В имении над химической лабораторией всегда цветной столб дыма – придворные алхимики варят зелья. А знаете, зачем? Чтобы сонными составами стреноживать матерых особей при отлове! Молодняк им не нужен. Хотя его легче приручить. Вопрос, где могут пригодиться апгрейд-монстры? Ответ – только на войне!
– Излагаешь складно. А если допустить мысль, что большому хозяйству нужна аналогичная охрана? – усомнилась Альфия.
– Ага. Даже форму собственную разработали для него, – заявил Роб. – На эмблеме какое-то здание. Похоже на кирху. Стражники на воротах уже в новых доспехах щеголяют. Присмотритесь. Зачем бизнесмену лишние расходы? Только для красоты? Ой ли? Наряду с казармами строятся новые молельные дома – полным ходом пошла промывка мозгов рекрутам. Одних кузниц понаделали в каждом филиале по нескольку штук. Что куем? Грабли? Это вряд ли. Мечи, щиты, наконечники для стрел. Телеги из филиалов выходят наглухо укутанные тряпками или заложенные сверху охапками водорослей. Для чего вдруг такая скрытность? Гонцы прибывают пачками. Розик просто в обнимку ходит со своим духовным наставником. Вы куда вообще смотрите? Вокруг уже месяца полтора всякая суета и возня, а вы – ни в зуб ногой!
А вот это он перегнул. Наоборот, все делается по-тихому, как-то буднично. Вроде и между делом. Возводятся мануфактуры, ставятся смолокурни, хлоп – и пару казарм, да казематов новых сбоку пристроили. Незаметно на фоне всеобщего делопроизводства. Просто Роберт – ужасный умница и умеет делать выводы. Он потихоньку откладывает фактики в своей светлой головушке, без спешки сопоставляет их. Потом – бац! И безошибочный вывод. Абсолютно очевидный для него и невесть откуда взявшийся для остальных.
Мы с Алей переглянулись. Эх, со стороны, наверное, уморительное зрелище. Две зубастых башки, каждая в центнер весом, вдруг делают в воздухе элегантное «па» и начинают заигрывать друг с другом. Она растянула губы цвета сырого мяса. Блеснули белоснежные конические клыки. Из пасти выпростался раздвоенный язык. У ноздрей появилось маленькое фисташковое облачко ядовитого дыма. Это означает, Аля задумалась. Я обернулся. Едкая тучка плавно спланировала на дорогу позади ландо, и в нее въехала телегами с боевым охранением. Послышалась щелкающая ругань ящерского наречия лучников. Запоздало свистнул бич.
 
– Эй, хватит баловаться, девушка! Если так пойдет, то спина Прокофьевны скоро будет похожа на продранный диван! – возмутился я. – А если болотные мухи еще и успеют отложить туда свои яйца, то нам вообще будет…
– Кто бы говорил?! – вскинулась Аля.
Вдруг Роберт вытянул в струну свою длинную кольчатую шею и стал напряженно вглядываться вперед.
– Твою мать! Начинается! – выпалил он.
Мы повернули головы. Ну, точно. Из-за ближайшего поворота выползала телега, запряженная парой рабочих болотных коров, одетых в блестящую светло-зеленую шкуру. За первым возом следовали еще три таких же. Все тяжело груженые синим аркейским мрамором. Прокофьевна, как вкопанная замерла на месте. Из наших пастей начали рефлекторно струиться тоненькие дымки яда. Сзади под самые колени гидре тут же по инерции уткнулась повозка с Розиком и отскочила, как от бетонного столба. Несмотря на то, что в ландо всех как следует тряхануло, возница не стал драться бичом. Он, как и хозяин, прекрасно видел, в чем причина заминки. Что тут началось! По обочине вперед бежали стрелки охраны, уши закладывало от их свистулек (они так бранятся). Посреди дороги Розик, потрясая волосатыми кулаками, орал во всю мощь своих звериных легких:
– Бубен!!! Где ваш бубен?!
Здесь я вынужден сделать небольшое отступление. Все наши хозяйства, как правило, находятся на приличном удалении от центрального имения, во глубине болот и кольце топей. Как все происходит. Геологоразведочные партии Розика (пять штук специально обученных драконьих стрекоз с саблезубыми клыками и зеркальными фасеточными буркалами) непрерывно курсируют по разным неведомым далям, вынюхивают, высматривают. Обнаружив средь бескрайних трясин очередной сухой островок, они садятся на твердь, хватают несколько камней или отдирают кусок жижистой почвы и тащат свои трофеи на анализ алхимикам. Те внимательно исследуют принесенные летучими следопытами образцы породы. Ага, здесь мы будет строить серные карьеры. А тут так и просятся медные копи! И торфоразработки!
Дальше Розик дает отмашку, и бригады гноллов-проходчиков начинают мостить гати, валить в стоялую воду песок и щебень, продвигаясь километр за километром к облюбованному учеными пятачку сухой земли. После окончания насыпных работ прообраз будущей транспортной артерии трамбуют силами коровьих табунов. Ну, иногда прогонят туда-сюда батальон ящеров-воинов. Заканчивает испытания будущей дороги живой асфальтовый каток – Прокофьевна собственной многотонной персоной. Несколько пробных рейсов взад-вперед, и приемка дороги самим Розиком, непременно в компании дрожащего, как осиновый лист, прораба партии проходчиков. Нередко, вследствие многочисленных претензий к качеству покрытия, горе-бригадир оставался навечно пускать пузыри подле своего объекта, упокоенный сероводородными сказками болотных гейзеров. Если же Розика все частично удовлетворяло (чтобы полностью устраивало – этого на нашей памяти не было ни разу), вслед за нами во глубину трясин бросались отважные гноллы-строители. Рубились бараки рабочих и избы надсмотрщиков, ставились производственные цеха странной архитектуры, вязались защитные изгороди и будки мародеров- охранников. Под конец, на самом сухом и продуваемом от мошкары месте возводился аккуратный комфортабельный гостевой домик для начальства. Еще месяц перевозок, наладки и – готов новый цех, пошла продукция.
Но одна нескладуха все же оставалась. Та, с которой все и начиналось. Дорога. Однополосное движение. Делать двухколейку – долго, затратно, к тому же это не решение проблемы. На службе имеется немало зверюг, которые, двигаясь навстречу друг другу по разным полосам, с превеликим удовольствием взаимно вцепятся в глотки. Чего стоят одни только василиски с их гиперфункцией территориальности! Прокофьевна тоже запросто кого угодно схавает, только давай. Поэтому Розик, истый хозяйственник-передвижник, нашел оригинальное решение – площадки обгона. Через каждый километр сбоку от утоптанного полотна подсыпали гравием участок, достаточный, чтобы на него загнать сразу несколько телег. При движении каравана полагалось обязательно высылать вперед одного работягу с огромным бубном в руках. Бедолага изо всей мочи колотил в свой бренчащий музыкальный инструмент, предупреждая встречный транспорт о движении своего обоза. Вся процессия от этого походила на выездную сессию ансамбля шаманов. Почему в этот раз навстречу нам никого не попалось, сказать затрудняюсь. Может, скомороха-авангардиста сожрала проходная стая мангровых криптид? Или еще кто польстился на свежатинку? Тут это случается с легкостью и аппетитом.