"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Ага, явился, не запылился, блудный сын! — торжествующе воскликнул блондин. — Он уже спрашивал про тебя. Как отощал-то!
— Здорово, Сулла. Это все нервы, да и питание нерегулярное, — вздохнуло лицемерное создание. — Он у себя?
— Угу, в кабинете. Заваливай. Ты вовремя вернулся. Скоро сборы. Будем готовиться к отбытию. Ты решился? — Сулла упер руки в тощие бока и, раскачиваясь на носках, вопросительно глядел на кота.
К отбытию? Что за черт?
— Да. Сам знаешь, самое безопасное место — рядом с ним. Ты тоже, Сулла? — тихо сказал хвостатый.
Мне почему-то подумалось, что сейчас решается что-то очень важное для них обоих.
— Конечно. Куда он, туда и я. Так у нас повелось. Народу набирается уйма. Но Кезон поставил условие — не больше тридцати человек. Для тебя, конечно, я местечко забил.
— Спасибо, дружище.
— Зайдешь ко мне позже? У нас тут гости объявились…
Я напряг уши. Не про наших ли девушек разговор?
— Пара типов с юга. Ловкач и Браги. Профессионалы. Последнему лучше не попадаться на дороге в котовьем обличье. Как пить дать пинка получишь. Он буен во хмелю — мрак. А в этом состоянии он находится практически все время, когда не спит. Ладно, забегай попозже. Поболтаем.
— Заметано, Сулла. До вечера.
Мы еще пару раз повернули и остановились у двери с отлитым на ней золотым барельефом совы. Кот придирчиво осмотрел меня с ног до головы и недовольно брякнул:
— Как есть деревенщина. Ну, что встал — открывай. У меня сил не хватит.
За дверью нас ждал небольшой, наполненный солнечным светом кабинет с книжными стеллажами по стенам. Единственный его обитатель сидел посередине за небольшим столом с шахматной доской на столешнице и что-то быстро писал на листе папируса, азартно макая перо в стоящую рядом небольшую чернильницу. В меру широкоплечий. Темноволосый. Гордая посадка головы. Открытое красивое лицо с неожиданно мягкими чертами. Есенинского типа. Сильные руки с длинными пальцами. Вот он — Диктатор. Великий и Ужасный.
Кезон услышал шум открываемой двери, но еще несколько секунд смотрел на лист перед собой, и губы его шевелились, читая только что написанное. Увидел кота и радостно подорвался с места. Подскочил и стиснул того в объятиях.
— Ага! Привет, блохастый! Вернулся в родные пенаты?
— Решил снова за тобой присматривать. — Похоже, эта парочка была в чрезвычайно приятельских отношениях.
Пока Кезон тетешкался с котом, он стоял ко мне спиной. В своей пурпурной тоге с ухмыляющимся филином промеж лопаток. Зная, что я вооружен, видя на мне доспехи непокорного острова. Я в секунду одним рубящим ударом палаша мог бы повернуть колесо истории Баркида на несколько оборотов вперед. Я знал это, и он знал, что я знаю. И тем не менее рискнул повернуться ко мне спиной. Может, именно так он покорял людей своим обаянием. Несмотря на общий скептический настрой, пришлось этому парню отдать должное за смелость. Духовитый. Я так и предполагал. Потом он отпустил кота и вопросительно посмотрел на меня. Его черные глаза из-за сливающейся со зрачками радужки казались бездонными.
— Это Нобилис. Прибыл с Альба Лонга. К тебе. По делу. — Кот прошмыгнул мимо нас и встал на пороге. На морде было ехидство.
— Ясно. Послушай, Малун, у меня к тебе разговор. Не убегай надолго.
— Мммр. Ты следующий в очереди после Суллы, — небрежно бросил кот с другой стороны двери.
— Каков нахал! Это от тебя он набрался таких манер? — неожиданно обратился ко мне Кезон.
— Со мной он, наоборот, был шелковым и воспитанным. — Я в деланом недоумении развел руками. — Видимо, в родном доме возвращается к старым привычкам.
— Ха. Этот плут? Не верю! — засмеялся Кезон, потом казал на место с другой стороны шахматного стола.
Несколько секунд сканировал меня взглядом, изучая, потом произнес:
— Итак, Нобилис, что привело тебя ко мне?
— Судьба двух женщин с Альба Лонга, которые были захвачены твоими людьми и удерживаются в Баркиде. А их тела в реале уже могли бы быть на грани истощения и физической гибели.
— Этим словам невозможно поверить. Или никто из членов альянса не догадался позаботиться о них? Нечего сказать, хорошая там у вас подобралась компания! По-моему, прошло еще не очень много времени! И ничего критического при соответствующем уходе пока не может случиться. Поверь, я знаю, о чем говорю. Сам отсутствовал в реале в двадцать раз дольше.
 
— О них заботятся.
— Ах, верно, ты же сказал — могли быть на грани. Слова «могли быть» все меняют. И кто взял на себя эту благородную миссию?
— Муж и отец.
— Которому потом также открыли дорогу в Мидгард? Иначе же нельзя? Будут проблемы с властями.
— Да.
— И наверняка тут же предложили в одиночку расхлебывать этот казус со мной, Кезоном?
— Да. Но не в одиночку.
— Ага. Точно. Ему позволили взять с собой друга, как будто это что-то изменит в соотношении сил между вами и мной. Я же говорю, хорошая там у вас подобралась компания! Не правда ли?
— Возможно.
— Отдаю должное мужу и отцу. Понимал, на что идет, и все равно позволил втравить себя в такое безнадежное дело. Но сей достойнейший, вне всякого сомнения, муж все же не смог лично прибыть ко мне, чтобы спросить о приключившемся произволе, а возложил это нелегкое бремя на своего верного товарища? Так?
— Он погиб в битве с твоим флотом под Дакией.
— Флотом Баркида, — рассеянно поправил меня Кезон и тут же задал следующий вопрос: — Вместе с главой Лиги Веймаров? Одним из военных лидеров Альба Лонга?
— Да.
— Некой Юстиной, девушкой, замечательной во всех отношениях?
— Да, — сквозь зубы ответил я, понимая, куда он клонит.
— Которая теперь является мужу и отцу чем-то большим, чем просто военным командиром?
— Да, — машинально сказал я и запротестовал: — Но какое это имеет значение? Да хоть гарем он теперь заведи, какая зависимость между двумя событиями? Что же теперь, его жене и дочке суждено умереть в реале, раз папа завел новую подружку? Ты взял на себя роль арбитра в вопросах морали? Для Мидгарда, каким я его успел узнать, что-то новенькое!
Проклятый блохастый! Теперь я понял, почему эта тварь не настояла на отрезвляющем зелье! Я бахнулся в люлю, а он смазал лыжи — и на доклад к хозяину!
Кезон отрицательно покачал головой и резко сменил тон разговора с жесткого на спокойно-усталый.
— Ну какой я арбитр? У самого рыльце в пуху по самые уши. Тем более что женщины находятся здесь дольше, чем длятся все амурные приключения твоего друга. Стало быть, включай логику, должна существовать более веская причина для их отсутствия в реале.
— Ты соблаговолишь сообщить мне об этой причине?
— Конечно, — подтвердил он, делая вид, что не замечает моего против воли проскользнувшего сарказма. — И еще кое о чем. Все новости будут хорошими. Вернее, неплохими. Хм… Опять приставка меняет дело. Первое — твой друг и его нынешняя подруга живы. Они в плену, впрочем, в плену не обременительном. И скоро вы воссоединитесь в Баркиде. Второе — никого против воли я здесь не удерживаю.
— Как это?! — вырвалось у меня.
— Ваши женщины тут, с этим все верно, но дальше правда кончается. Они здесь по собственной воле. Ты в этом убедишься после личной беседы с обеими. Она может состояться в любую минуту. Если я не ошибаюсь, они на заднем дворе, на поле для гольфа.
— То есть ты тут совсем ни при чем?
— При чем. К сожалению. Вынужден признать. Ты знаком с моей историей?
— Очень бегло, — быстро ответил я, но, помявшись под его пристальным взглядом, добавил: — В общих чертах. — Потом вздохнул и сознался: — Практически не знаком. Извини, конечно.
— Вот это да! — искренне восхитился Кезон. — Ты — уникум! Знаешь это?
— Знаю и горжусь. — Я важно поклонился.
— Ладно, тогда не буду тебя грузить. Не хочу лишать Баркид последнего человека, которому безразлична моя биография. Так получилось, что одно время я находился, прямо сказать, в отчаянном положении. Впереди меня ждал Запретный город, и я понятия не имел, сколько времени придется там провести. Дальнейший ход истории доказал, что я был прав на все сто. Тогда я привел свой корабль в одну из потаенных бухт Альба Лонга с пророческим названием — Бухта Женской Любви.