"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Ладно, забей — это уже история. Мы пишемся в эту тему, тут без вопросов. Но, как я уже въехал, нам сначала надо слегонца приподнять самосознание и уровни, чтобы нам сразу же не врезали тяжко. Так? Насколько я вкурил, нам сейчас кто угодно может тут втереть с одной левой и даже не вспотеет?
— Да. И я лично буду вас обучать. Сегодня вы проведете в Мидгарде день и на выходе из него станете четвертыми, а то и пятыми левелами. Дальше процесс пойдет менее стремительно. После возвращения в Реальность я оставлю вам книжки по флоре, фауне, географии и обычаях нашей страны. А завтра вы получите свои индивидуальные ключи для входа сюда. Готовы двигаться? Мы идем в город, в оружейную лавку к Африкану. Необходимо подобрать вам амуницию на первое время.
— Заметано, командир. Только, — я бросил тоскливый взгляд в сторону васильковых волн прибоя, — ты не возражаешь, если я окунусь по-рыхлому? А то парит тут у вас не по-детски.
— Хорошо. Но я иду с тобой.
— Валяй! — Я скинул с себя футболку. — Ну, барышни, купальника у меня нет, так что слабонервных и завистливых просим не смотреть! Тоже освежиться хотите, Сириус? Или боитесь, что я плавать не умею?
— Спириус, — спокойно поправил он. — Нет. Мне и на берегу было неплохо. Я опасаюсь другого — того, что тебя в воде сожрут на хрен!!! — неожиданно рявкнул он под конец, и я подумал, что это первые его слова на человеческом языке за целый день. А Андрюха грустно так мне подмигнул и добавил:
— Даже если вас сожрут, у вас все равно два выхода…
ГЛАВА 9
Летопись Кезона. Сивилла
В колтуне ее спутанных седых волос запеклась кровь. Старуха в изнеможении оперлась на гранитный валун, и процессия застопорилась. Шедшие в арьергарде дозора двое Игроков переглянулись, потом один достал из холщовой сумки на боку круглую, как глаз циклопа, фляжку, отхлебнул из нее и передал товарищу. Тот провел рукой, утирая вспотевший лоб, и тоже приложился к сосуду, гулко гукая кадыком при каждом глотке. Потом сплюнул себе под ноги и отрывисто выкрикнул:
— А ну-ка, взбодрите ее!
Ретиарий [118]во главе колонны поправил на плече сеть, как былинку крутанул в руке трезубец и тупым концом ткнул старуху в поясницу.
— Шевелись, ведьма.
Та одними губами прошептала проклятие, но, тяжело передвигая сбитые острыми камнями босые ноги, продолжила путь. Игрок, отдававший приказ, убедился, что шествие возобновилось, и повернулся к своему напарнику:
— Я слышал, что двери Гладиаторских Школ вновь откроются для Игроков Баркида.
— Угу, глашатай Консулов вопил об этом третьего дня на площади Русины. Ульпий хочет развлечь народ. Или отвлечь. Ха-ха.
— А почему раньше, я имею в виду времена…
— Ш-ш-ш! — Его друг предостерегающе поднял руку.
— Во времена Диктатора поединки на арене между людьми были под запретом, — не смущаясь, закончил свою мысль первый. — Почему?
— Ну-у-у, понимаешь, гражданин, тогда кровь людей в Баркиде считалась священной. И не след было запросто проливать ее во время досужих игрищ.
— А ты сам-то что по этому поводу думаешь, гражданин?
— Я? — Второй Игрок непринужденно рассмеялся. — Я думаю сейчас только об одном — починили ли мои бездельники Малый Акведук у Кастелло Понза. На небе с утра ни облачка. Чувствую себя куском мяса средней степени прожарки. А мы с приятелями хотели посетить термы после заката. Если хочешь, присоединяйся к нам. Будет весело. Да что там еще опять? — Его голос сорвался на гневный крик.
Только что двинувшаяся вперед процессия вновь встала. Лязганье оружия показало, что теперь повод для задержки оказался серьезным. До леса оставалось не более одной стадии. От ближнего глянцевого ствола гевеи отделилась невысокая фигурка, неспешно протрусила несколько десятков шагов и замерла неподвижно, преградив дорогу дозору. Невысокий толстенький человечек стоял на каменистой тропе, вальяжно уперши одну руку в свой плотный бок, а второй сжимал воткнутый в твердый дерн скимитар. [119]И не собирался уходить с пути стражников. Два тяжелых мирмиллона [120]с гребнями на закрытых шлемах немедленно вышли вперед, занимая боевую позицию. Грохнули о землю массивные щиты. Велиты [121]с дротиками также нацелили свое оружие на незнакомца. Тот и бровью не повел, а наоборот — растянул свои губы мясного цвета в приветственной улыбке. Игроки обошли дозор, грозно ощетинившийся оружием, и приблизились к новой неожиданной помехе.
— Какой-то булочник, — бросил вполголоса первый Игрок товарищу. — Ауры не чувствую. Похоже — обычный моб.
— Точно пекарь, — подтвердил второй. — До чего же забавный.
Незнакомец и впрямь своими габаритами и красным цветом лица напоминал пышку. Сливовый нос, щеки с прожилками вен, походящие на виноградный лист, явно свидетельствовали о неумеренном поклонении человека Бахусу. Толстяк важно и церемонно поздоровался с патрулем, отсалютовав левой рукой. Второй Игрок, с трудом сохраняя серьезность, вскинул ладонь в ответном официальном приветствии.
— Незнакомец! Ты имел наглость заступить путь слугам Стратора. Уйди в сторону и останешься цел. Перед тобой дозор Школы Калигулы.
Булочник весело рассмеялся:
— Вот уж не ожидал встретить здесь шелудивых собак этого мерзавца Стратора. Ладно, я не кровожаден. Не люблю попусту проливать кровь. Тем более кровь граждан. Отдайте мне Сивиллу, и я отпущу вас и ваших людей на все четыре стороны.
При упоминании своего имени ведьма резко вскинула голову и пристально посмотрела на говорившего. Ее глаза блеснули из-под насупленных бровей и вновь погасли.
— Ты! Осмелившийся при нас оскорбить Высшего Консула! Владеешь ли ты своим оружием или придется прирезать тебя как свинью? — вскинулся первый Игрок.
— До некоторой степени, — скромно ответил булочник.
— Тогда защищайся со всем умением! Ибо, клянусь богами, речь идет о твоей жизни! — рявкнул Игрок и скомандовал: — Третья форма атаки!
В ту же секунду ретиарий метнул свою сеть, а велиты — дротики. Толстячок с похвальной для его комплекции прытью переместился вбок с линии атаки. Он сделал всего шаг, но этого оказалось достаточно для того, чтобы дротики и сеть прошли мимо. Незнакомец фыркнул и жалобно произнес:
— Ну вот, в мире совсем не осталось чести. За нанесенное Консулу оскорбление Игроки посылают умирать рабов, а сами равнодушно взирают на это. Видимо, гиена Стратор другого и не стоит.
Второй Игрок остановил повелительным жестом мирмиллонов, уже начавших обходить толстяка с флангов.
— Кто ты, претендующий на поединок с нами? Мы не чувствуем твоей ауры.
— Это потому, что вы — неучи. Невежды, выбирающие кувшин вина для обучения науке, а Каменную Кожу — для восприятия мира. Я — такой же Игрок, как и вы. Но если путь к вашим потрохам лежит через животы ваших рабов, что же — так тому и быть.
— Стой. Ты получишь поединок, наглец. А потом — троекратную порку розгами за дерзость!
— За эти слова ты умрешь, но не сразу. — Незнакомец азартно повел в воздухе легким лезвием скимитара.
Мечи скрестились. Оба Игрока напали на толстяка с разных сторон. Они не были новичками, действовали решительно и согласованно. Их движения говорили об опыте и боевой выучке. Булочник отразил выпад первого противника и тут же затейливым вольтом выбил оружие из руки второго. Скимитар описал плавный полукруг и вспорол нападавшему бедро. Тот отшатнулся и, хромая, бросился за своим мечом. Когда, добежав до него, поднял клинок, его товарищ уже неподвижно лежал на земле, орошая сухую почву соком своих артерий. Толстяк вразвалочку направился к раненому Игроку. Тот, связал вдруг все воедино и опустил меч.
— Отдаю себя в твои руки. Прошу снисхождения.