"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Браги ухмыльнулся в усы. Конечно, после некромантки Тиле осталось много латинских книг.
– Это хорошо, мне образования как раз не хватает. Я, конечно, в Реальности сельхоз закончил, но когда это было! И где Реальность, а где мы! С алхимией тоже тяжело – двадцать лет бьюсь, а дешевого эликсира роста получить не могу. Приходится по старинке селекцией пробавляться.
– Ладно хоть не генной модификацией, – буркнул Браги.
– Слышал я про этот кошмар, – закивал Мух. – Нет уж, у меня все экологически чистое, десять раз перепроверенное. Так… ну, на конюшню мы не пойдем, с лошадками я еще не работал, руки не доходят. Ага, вот смотрите. Это, по-вашему, что?
Браги переглянулся с Рагнейд, потом они задумчиво уставились на трехметровые желтые цилиндры диаметром в метр, лежащие рядком вдоль забора.
– Ух ты, я всегда знал, что кактус – это разочарованный в жизни огурец! – глубокомысленно заметил Браги.
– Хрень какая-то, – заявила Рагнейд.
– Кабачки! – гордо заявил Мух.
– А не поздновато для них? – поинтересовался ярл.
– До Нового года растут! У меня все морозоустойчивое, я собираю по три урожая в год. А вот малина.
– По-моему, больше на жабью икру похожа, – заметила Рагнейд.
– Попробуйте – как есть малина.
– Попробуй ты, – предложила ведьма ярлу. – У тебя иммунитет, как у дракона.
Браги потыкал пальцем во что-то красное, пупырчатое, неопределенной формы, размером с трехлитровую банку. Мощные заросли были усеяны этими новообразованиями невероятно густо.
– Думаешь, стоит? – осторожно спросил он.
– Или вот, – селекционер просто светился от радости. – Немного от яблока, немного от папайи, вкус фантазийный, а морозоустойчивость как у елки, плодоносит круглый год.
– Вот это я пробовать точно не буду, – ойкнула Рагнейд.
Браги, не говоря ни слова, сорвал с ветки, усыпанной иглами, зеленый чешуйчатый плод и решительно откусил.
– А что, – заметил он немного невнятно, – под пиво в самый раз. Только соли маловато, а запах укропа я бы усилил.
– Ну, это кому как, – заметил Мух. – Лично я малосольные люблю. Это, кстати, мужское дерево, надо бы мне, дураку, с женского дать попробовать. Там с икрой.
Они прошли через сад, слушая сетования Дрозофила на трудности и с опаской косясь на растения. Вышли на тропинку через калитку в заборе, зашагали по лугу к коровникам. Трава на лугу, несмотря на глубокую осень, оказалась густой и сочной и жухнуть явно не собиралась. Проходя мимо пруда размером с большое озеро, Рагнейд поинтересовалась:
– А что ты гусей и уток не разведешь?
– Гусей нельзя, – решительно заявил Дрозофил. – Там караси.
Словно услышав его слова, один из карасей показал на секунду над водой спинной плавник.
– Купаться тоже не советую, – тихо добавил Мух.
– Как ты их ловишь-то? – выдохнул Браги.
– А зачем их ловить? Сами выходят, пастись. Тут главное – вовремя баллисту подтащить. Одно, правда, я не просчитал – плодятся быстро. Я на рыбу уже смотреть не могу, хорошо еще, что русы покупают. Но жадные, сволочи, – полторы марки за сто кэгэ, где это видано? Ладно, еще самовывозом забирают.
Рагнейд сочувственно покачала головой:
– Масштаба тебе явно не хватает, масштаба. С твоим талантом немудрено целую область Мира преобразить.
– Ага, – ляпнул Браги. – Заодно и гарнизон в Зомберге можно будет увеличить. На пару сотен виверн и дюжину драконов. Думаю, сотня-другая троллей тоже лишними не будут, – но получив тычок в спину от Рагнейд, он поправился: – Чтобы завидущих соседей отвадить от ворот. Скажи-ка, Дрозофил, а чем эти монстры в пруду питаются? Одной травой?
– Если бы травой, – обстоятельно объяснил Мух, – они бы меня без пастбищ оставили, а у меня еще и коровы. Нет, травой в основном мальки питаются, взрослые червей предпочитают. Черви калорийнее, только малькам с ними не справиться.
Браги представил себе червей и содрогнулся. Потом спросил осторожно:
– А куда мы идем?
– В коровник. Вон там у меня мясные пасутся, но к ним лучше без дрына с утра не подходить, они всеядные, а молочные в коровнике.
– Про мясных я наслышан. Это те, что кентавров сигниевских по дороге к ее городу съели?
– Пришлось маленько усовершенствовать породу. Теперь они не такие хищные. Сами прокорм себе добывают. Вообще-то мясных я не балую, они у меня и зимой на вольном выпасе.
– Как олени на севере?
– Вот, сразу видно понимающего человека. Кстати, зимой их лучше забивать, чем летом – зимой мех гуще. Я тут даже думаю, не сделать ли его подлиннее, чтобы стричь можно было. Пока их только чешем, гномы валенки катают. Ну и шубы хороши.
– А кормятся они чем? Зимой, я имею в виду.
– Так трава у меня тоже морозоустойчивая. Это еще что, видели бы вы мою пшеницу! Жаль, последний урожай на днях убрали. Теперь следующий только в конце мая.
Они дошли до коровника. Мух решительно распахнул двери:
– Прошу! Смотрите и восхищайтесь.
Гости содрогнулись. В коровнике в два ряда лежали горы розовой плоти, похожей на ветчину, каждая величиной с небольшую копну. С каждой горы свисало штук по двадцать длинных колбас. Рагнейд, опомнившись, подошла к ближайшей груде, спросила:
– Это, я так понимаю, вымя. А где остальное?
– Вон, внизу. Сама смотри внимательнее.
Под «остальным» подразумевалась голова на длинной, как у жирафа, шее. Глаза у головы были по-коровьи грустными.
– Туловище с ногами, по всей видимости, с другой стороны?
– А зачем они нужны? – хмыкнул Дрозофил. – Им что, ходить куда?
– И чем ты их кормишь? Только не говори, что карасями.
– Зачем карасями? Комбикормом и силосом. Карасями я свиней кормлю. Сначала, правда, свинина рыбой воняла, а сейчас ничего, все нормально. Эх, а надои-то какие!
– У свиней? – с опаской спросил Браги.
– У коров, – обиделся Мух. – Тонна в сутки, жирность – восемь процентов! С этого коровника я двенадцать тонн ежедневно получаю.
– Русам продаешь? – догадался Браги.
– Им, вампирам. Две марки в день, самовывозом.
– Теперь понятно, как они выкормили всю ту армию, которую мы положили под Хахалами, – заявил ярл. – Слушай, Дрозофил, а почему ты сам товар в город не возишь?
– Народу у меня не хватает. Это ведь каждый день надо обозов десять снаряжать, а то и поболе, а где я возчиков возьму?
– Взял бы да и наловил. Мало их, что ли, по понедельникам родится?
– Да из меня ведьм совершенно никакой. Жил бы поближе к городу, заключил бы договор с купцами. А так…
Браги вопросительно посмотрел на подругу.
– Ничего, – заверила она. – Пути экономического развития мы сами просчитаем. И инструкции подробные напишем. Нам ведь главное что? Правильно, ежедневный контроль.
– Согласен, – кивнул Браги. – Если что, Бомбур поможет.
Гном, все это время семенивший рядом и затравленно озиравшийся, с сомнением кивнул.
– Это вы о чем? – не понял Дрозофил.
– Это мы о том, – пояснила Рагнейд, – что в тебе, наш дорогой друг, полностью отсутствует коммерческая жилка. Ты сетуешь на недостаток денег, а сам сидишь на золотой жиле. Хоть понимаешь, как на тебе наживаются русы? Ну да ничего, мы тебе поможем. Если договоримся, начнешь выполнять наши рекомендации. Тогда всем будет счастье. Ты – не купец, ты – ученый. Переезжай к нам, в Зомберг, и твори себе на доброе здоровье.
– Подумаем, – осторожно ответил Дрозофил. – Ну так что, свинарник смотреть будем?
– Будем, – решительно заявила Рагнейд. – После коровника и карасей уже ничего не страшно.
Когда они вошли в свинарник, молчали минуту. Потом Рагнейд провозгласила:
– Продовольственную проблему в Зомберге я считаю навсегда решенной. Сам понимаешь, Дрозофил, нам без тебя – никак. Соглашайся, хватит, позимогорил в одиночку, повековал. Пора свои способности поставить на службу Миру и на благо процветания Зомберга.
– М-дя, оно, конечно, писцикулус мелиус магна блаттам, что означает: «Маленькая рыбка лучше большого таракана…» Но предложение ваше, честно скажу, для меня, ученого, очень лестное и завлекательное. Не в плане наживы, а в свете развития личности…