"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
«А у него слюни изо рта не пойдут?» — поинтересовался наблюдавший с крыльца друг.
Могу только представить, как эпично это выглядело со стороны: разоряющийся собеседник, который внезапно прервался и в охренении застыл, и спокойный я, со стороны усмиривший его одним лишь взглядом.
— Понял меня? — повторил я уже вслух.
Что-то подсказывало, что если продолжать вещать ему в мозг, то этот крохотный орган у моего оппонента может и не выдержать.
Дернув головой, словно очнувшись, Кликун нервно попятился прочь. Споткнулся о примятую собой же траву, упал, вскочил и, вылетев за ворота, припустил как можно дальше от моего дома — говоря своими сверкающими пятками вместо слов, что все он отлично понял, и клиенту своему непонятливому тоже все объяснит.
— Вот не зря я сегодня остался дома, — довольно заявил мой полудурок. — И разбогател, — он хлопнул себя по карману, где лежала выигранная в споре сотка, — и развлекся.
— А главное как всегда за чужой счет, — усмехнулся я.
Вдвоем мы вернулись в гостиную, где маска в зеркале и Агата бурно выясняли, кому принадлежит телевизор. Скучающий Харон лениво поигрывал темными пальцами под диваном, а по лестнице спускалась Уля со щенком, мгновенно ставшим ее главным и любимым аксессуаром. Этот мелкий паршивец как-то умудрился ее убедить, что без нее даже ходить самостоятельно не может — вот и носила его повсюду на ручках.
Спустившись, моя прелестница прошла мимо дивана. Валяющийся под ним зачаточный разум пакостно высунул костлявую конечность и, дразня, постучал у ее ног. Ульяна от неожиданности вздрогнула. А дальше ее Снежок, видимо, решил, что какая-то непонятная наглая нечисть хочет у него отобрать с таким трудом обретенную хозяйку, и выскочил из ее рук. За долю секунды превратился в настоящий снежный ком и зычно гаркнул на Харона. Тот молнией метнулся к стене за моей спиной и замер там неуклюжей кляксой, а песик, который сейчас был псищем, повернулся к Уле.
— Не бойся, — быстро сказал я, видя в ее глазах испуг.
Но тут и сам песик сообразил, что портит реноме своей милоты, и усилием воли обратился вновь, став маленьким пушистым Снежком, который показательно беспомощно шлепнулся на пол и посмотрел на Улю невинными глазками-бусинками.
— Это что, все было ради меня? — с шумом выдохнула она.
«Тявк!» — выдал щенок, подтверждая. После чего хозяйка восторженно схватила его на руки и прижала к себе.
— Чай, — напомнил я, а то еще снова обратится, и тогда носить его на ручках станет ой как непросто.
Не выпуская псинку из объятий, Уля торопливо потащила его пить чай. Из кухни донеслось дребезжание посуды, а у меня в кармане завибрировал смартфон. Звонил мой Савелий номер два — то есть Филипп Рогозин.
— Мессир, вы не могли бы приехать в агентство? — с ходу спросил он.
— Да, скажи уже своему мессиру, чтобы руки в ноги и живенько сюда! — раздался незнакомый мужской голос на заднем фоне.
Ммм, понятно — дальше мой управляющий мог и не пояснять. Хорошая все-таки идея купить кладбище — в хозяйстве всегда пригодится.
Ep. 14. Княжна Вяземская (II)
За дверью кабинета управляющего в моем агентстве тот же наглый голос, что и по телефону, беспрерывно выписывал что-то Рогозину, который удивительно терпеливо молчал. У парня был явный пунктик на аристократию, и указать зарвавшемуся дворянину место вслух он не мог, словно опасался, что они тогда ни за что его не примут. Самое забавное, что и мой дед когда-то думал точно так же.
— Как бы они себя ни вели, — поучал он меня, — стоит помнить, что они все-таки аристократия, и делать скидку на это…
Благо, у меня не было подобных предрассудков, а делать скидки я и вовсе не любил.
— В чем дело? — поинтересовался я, заходя в кабинет.
Хотя Ву, влетевший сюда раньше, уже показал мне в чем. Филипп Рогозин растерянно хмурился за столом, а напротив, по-хозяйски устроившись в кресле гостя, качал права незнакомец — дорого одетый, модно причесанный и, судя по вони вокруг, обильно надушенный.
— А, мессир, — повернулся он ко мне, — ну наконец-то! А я как раз объяснял, что вы должны встречать меня лично…
Прелестно — расскажи еще, что я тебе должен. Самое то начало для разговора с колдуном.
— Его Сиятельство, граф Семен Леонидович Игнатьев, — вскочил Рогозин, с явным облегчением уступая место мне не только в кресле, но и в разговоре, — заинтересован в наших услугах.
— Вот как, — я сел напротив сиятельства.
— Ну да, — с ленцой протянуло оно, — я ищу нового личного колдуна. И выбор пал на вас.
Дальше последовала многозначительная пауза, за время которой все присутствующие, видимо, должны были глубоко ему поклониться. Я кивнул на ставни, и, поняв без слов, Рогозин открыл окно, развеивая эту духоту.
— Я бы мог пойти и в Клику, — выразительно добавил гость, — но сделал одолжение вам и заскочил сначала сюда.
— И чем же я обязан такой чести? — полюбопытствовал я.
— Да, думаю, вы молодой, начинающий. Надо же таких поддерживать.
Опа, какой меценат.
— Но свой уровень ты наверняка и сам понимаешь, — панибратски продолжило сиятельство. — Так что, конечно, я должен быть в приоритете. Чтобы по первому щелчку. Я же знаю, ты для этого агентство открыл, — посетитель обнажил ряд сверкающих зубов, само собой, искусственных, что неудивительно при таком стиле общения. — Хочешь наладить отношения с дворянами. А я так и быть помогу. Но за это меня надо достойно обслуживать, а то сколько сегодня ждал…
Какое досадное недопонимание. Я представлял клиентов своего агентства несколько иначе: со снятой шляпой в одной руке, пакетом денег в другой и благостной улыбкой между ушами, приплясывающих и кланяющихся от порога «любезные, а не изволите ли вы мне помочь?» — так они должны приходить в мое агентство, а не вот это все.
— Так что тащите ваш договор, — закончил слишком много требующий проситель. — И кофе мне с двойной порцией сливок…
Рогозин растерянно взглянул на меня, словно спрашивая, что будем делать. Странный вопрос. Если тебя не уважают на старте, то на финиш приедут верхом на тебе — а мы тут не сдаем свои спины в аренду.
— Если это все пожелания, — тем же любезным тоном, что и гость, ответил я, — то можешь быть свободен.
Лицо сиятельства изумленно вытянулось.
— Я, конечно, понимаю, что вы воспитывались в деревне, — неожиданно вспомнило оно про манеры, — это в общем-то видно, но переходить грань не стоит. Подумай, что теряешь!
Ну да, я воспитывался в деревне, и это, конечно, видно — именно поэтому личные качества человека я ценю выше, чем его сословие.
— Ваше Сиятельство, — по-светски отозвался я, — если не свалишь сам и мне придется тебя выставлять, то тогда тебе придется искать защиту уже от меня. Подумай, что потеряешь ты.
— Да что за богадельня такая! — мигом развонялась эта душная тушка. — Я думал, пришел в серьезную контору, а тут… Да я всем расскажу, что тут творится!
Вот этим самым тоном и рассказывай — делай мне рекламу среди всех, кого достал.
— Да я на тебя Клику натравлю!
— Только скажи им, чтобы сразу к моему дому подходили, — с иронией посоветовал я. Еще не все из них были на моем газоне.
— Не зря они письма разослали к тебе не ходить! — граф запальчиво погрозил пальцем в воздухе. — Только так про тебя и узнал! Может, в своей деревне ты главный, а в столице ты никто!..
В последнее время я все чаще задумываюсь, как удобно бы было, если бы ничтожества, которые портят жизнь и настроение другим, доживали до возраста полного ничтожества и умирали от полной непереносимости самих себя. Но, увы, природа не предусмотрела такой механизм самоочистки — вот и приходится стараться за нее.
— Так что думай, как говоришь и с кем! — сиятельство продолжало гневно разоряться. — Не тебе тут нос воротить!..
Возможно, его горничные или садовники на этом моменте бы прониклись и начали смиренно кланяться — однако он пришел к колдуну. Причем очень удачно пришел: я как раз хотел протестировать кое-что еще. Куда ни повернись одни подопытные — какой хороший день.