"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Потому что тут самое дешевое жилье, — заявила мне Анфиса. — Никаких больше причин!
Тоже, конечно, непорядок — жилье в окружении мессира Павловского должно быть дорогим. Ладно, и с этим моментом тоже разберемся.
С роскошного холмистого пейзажа мой взгляд плавно сместился в сторону наших ворот, у которых замер человек с кожаным портфелем под мышкой, вытаскивая из кармана смартфон и не спеша входить в дом колдуна без предупреждения — потому что был умным. Наш старшенький вообще в семье считался самым умным, а еще ответственным и очень трудолюбивым. И как все умные ответственные трудоголики приезжал к нам обычно с одной целью.
— О, Сеня, бухать приехал! — бросил сквозь открытое окно Глеб.
Хотя повод, конечно, всегда был другой.
Ep. 20. Самый популярный колдун столицы (IV)
— Какое еще бухать, — проворчал Сеня, когда я провел его в свой кабинет, оставив неудовлетворенного Харона в тени ворот. — Я приехал по делу. С чего вы вообще взяли, что я буду с вами пить? В этот раз не буду!
Ну да, конечно, он всегда так говорит, и когда тянет первую рюмку к губам, и когда вторую, и когда потом мы поднимаем его со скатерти — типичное поведение трудоголика, внезапно освобожденного от работы и попавшего в дурную компанию — то есть к нам.
— Ладно, давай к делу, — сказал я.
Вообще, отец немного лукавил, когда говорил, что быть семейным колдуном — занятие, недостойное внимания. На самом деле очень даже достойное и притом весьма почетное. Просто в мире была лишь одна семья, которая могла терпеть его невыносимый характер долго — и вот сейчас я занимал его место и здесь, фактически становясь личным колдуном семейства Павловских. Удручало лишь, что они пришли ко мне не сразу, как только возникла такая потребность.
— Но ты тогда был занят, — вздохнул Сеня. — У тебя было полно хлопот с наследством, и отец решил тебя не беспокоить…
Да, дядя Николай решил меня не беспокоить, за что они и поплатились — в буквальном смысле. Ситуация была довольно ироничная. Съездил дядин приказчик в столицу и заключил сделку на покупку неких складских помещений. Партнеры были новые, непроверенные, однако переговоры вроде прошли удачно, все нормально, все позитивно — вот только по документам сделка вдруг оказалась невыгодной. То есть обсудили одно, а подписал приказчик совсем другое — и даже сам не понял, как вообще подписал. В памяти об этом славном событии у него осталась только смутная, смазанная полоса, как почти забытый сон. Расторгнуть бы договор, но вишенка в том, что при расторжении неустойка будет в два раза больше суммы самого договора. В общем, обули их первоклассно — а потому что нечего соваться без колдуна не пойми куда и не пойми к кому. Раньше все такие сомнительные сделки сопровождал отец, ну а тут они решили не обременять меня и в результате получили обременение самим себе.
— В итоге договорились с ними, — снова вздохнул Сеня, — в учет будущего партнерства, что заплатим только треть неустойки и перезаключим договор…
А вместо приказчика на этот раз подрядили Арсения, полагаясь на его ум и хватку. Наш трудяга по такому случаю даже отпуск в своей Торговой палате взял, чтобы вплотную заняться делами отца.
— Вот только как бы, — вздыхал мне утром по телефону дядя, — еще одной неустойкой все не закончилось. Пока он был жив, никто нам таких свиней не подкидывал…
Ну так уже пора бы свыкнуться с мыслью, что я за него, и сразу прийти ко мне — кучу бы нервов себе сэкономили. И денег тоже.
Уточнив у Сени детали, мы выкатили из гаража внедорожник и отправились на место сделки. Глеб, само собой, подорвался с нами.
— Я не могу это пропустить, — заявил он, плюхаясь за руль.
— Что это? — я сел рядом.
— Да чтобы это ни было, — ухмыльнулся друг. — Люблю, когда мы делаем дела по-деловому!
И люди, к которым мы направлялись, судя по всему, тоже их делали весьма по-деловому.
— Мы точно так же с твоим отцом ездили, — задумчиво произнес Сеня с заднего сидения, глядя на печатку на моем пальце.
Такое ощущение, что в этой семье с моим отцом общались все: и Сеня с ним куда-то ездил, и Женя его где-то тут видел, и к их отцу он регулярно наведывался. Не общался он только со мной. Ну и, конечно же, с Глебом, потому что, по его мнению, последний должен был давным-давно сдохнуть.
Внедорожник остановился у обычного офисного центра с агентством недвижимости на предпоследнем этаже, которое и продавало те самые склады. Немолодая секретарша уставшего вида проводила нас к кабинету, где ждали новые партнеры. За переговорным столом обнаружились двое: незнакомый мужчина с черной козлиной бородкой и знакомый посредник в красной тройке в шотландскую клетку и с алым платком на шее — так и не поменял свою раздражающую гамму.
— А, это тот, который хотел нам продать член слона, — Глеб тоже его узнал.
— Нет, он хотел у нас купить, — поправил я.
— Купить у вас член слона? — озадаченно протянул Сеня.
— Откуда у нас, по-твоему, член слона? — отозвался Глеб.
Мы вошли, и один из стульев мигом протяжно скрипнул, прокатившись ножками по паркету. Делец тоже нас узнал и сорвался с места, приветствуя.
— Мессир Павловский, — пробормотал он, нервно уставившись на меня, — а вы что здесь… А вы родственники? — его глаза забегали между нами тремя.
— Братья, — я уселся напротив.
Посредник молча рухнул на стул, наполнив кабинет новым скрипом. Я даже душу из него еще не начал тянуть, а он уже побледнел и задергался, на висках выступили капельки пота. Весь его вид как бы кричал: да сколько же вокруг Павловских? Он-то думал, что эти — другие Павловские, и еще первоклассно их развел, мстя за того Павловского. Но кто же мог подумать, что эти Павловские и есть те самые? — все это пронеслось в его глазах за долю мгновения.
— На будущее лучше вообще не связывайся ни с какими Павловскими, — посоветовал я.
Он закивал, как болванчик, а затем сдернул с шеи платок и судорожно вытер капли на висках. Всегда приятно приходить туда, где тебя уже знают.
А вот его клиент нас еще явно не знал.
— Вот смотрите, наши новые условия, — мужчина с козлиной бородкой протянул Арсению договор.
Но не успел брат коснуться бумаги, как скрипучий стул по ту сторона стола снова проехался ножками по паркету. Вскочив, посредник выхватил у своего клиента договор, с яростным треском порвал его на части и стремительно смахнул кусочки на пол, чтобы никто не стал их складывать вместе и читать. Могу поспорить, чтиво там крайне увлекательное.
— Ты что сделал? — повернулся к нему козлобородый.
Делец поспешно придвинулся к нему и что-то убедительно зашептал на ухо. Слов было не разобрать — лишь отдельные «мессир», «Темнота» и еще одно словечко, которое в приличном обществе не произносят, означающее, что тебе очень-очень не повезло. Взгляд его клиента украдкой забегал по моей печатке, словно прикидывая, насколько ему не повезло. После чего тон переговоров сменился. Этот партнер великодушно выразил готовность простить неустойку и согласился на новый договор, который они с Сеней тут же составили и скрепили подписями — брат охотно, а козлобородый нехотя, все это время с кислой миной косясь на меня, сорвавшего ему такую отличную сделку. Даже сейчас в глазах читалось неприкрытое желание найти лазейку и где-нибудь нас обсчитать. С чего ты вообще взял, что мою семью можно обувать?
— Итак, господа, а теперь у меня вопрос, — заговорил я, когда стороны подписали новый документ, — кто изначально придумал всю эту схему?
— Какую схему, о чем вы… — пробормотал партнер, забегав глазками по кабинету.
— Я только выполнял пожелания клиента! — мгновенно выложил делец. — У меня даже в мыслях не было вредить вам или вашим родственникам!
Какой услужливый, молодец.
— Ну тогда просто подписи мне мало, — продолжил я. — Придется расписаться кровью, — и подвинул ко второй стороне договор.