"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

- Нашел, - вновь произнес Урук-Хан, и вдруг, резко приподнявшись на локтях, с игривостью дикой кошки, взглянул на своего почетного пленника. – Наркоторговцы. Земляне. Спасители. Краснобаи. Черные следопыты. Я давно уже подметил некую особенность. Как только появляется на горизонте беда, так тут же найдется немало ворон, желающих поживиться мертвечиной. И надо же какое совпадение. Как только ворота захлопнулись, как тут же появились спасители, готовые за ничтожную, по их мнению, цену, отправить тебя в лучший мир, спасая от мерзости этого. Ему ведь все равно суждено пасть под натиском джином, апокалипсиса, мора и войны в одном лице? Так зачем копить? К чему это стяжательство, что даст возможность в итоге умостить золотом только свою могилу? Не лучше ли потратить ее на спасение самого дорогого что есть у тебя, а именно самого себя?
- Оставь словоблудие. – Нахмурился барон. Он был не в лучшем положении, но и обращаться с собой как с обычным пленником не позволял, постоянно намекая Урук-Хану на свой статус. – Если говоришь что-то, так говори по делу.
- Ладно, ладно. – Благодушие хозяина степи не знало границ, и он мог позволить себе пойти на попятную. К тому же никого из нижестоящих чинов, способных компрометировать его и подорвать авторитет сурового хана, в шатре не было. – Я все объясню.
Нашарив рядом с подушками еще один кувшин с прохладительным напитком, он снова опрокинул его себе в пересохшую глотку и несколькими мощными глотками осушив, отправил в дальний угол.
- Врата, - рука степного хозяина скользнула по губам и в глазах зажегся шальной огонек сумасшедшего. – Они закрыты, однако несколько недель назад мои отряды взяли караван со свежей дурью, двигающийся откуда-то из приграничья. Качество наркотика позволяет мне утверждать, что его произвели не здесь, а чистота продукта наталкивает на некие нехорошие мысли. Отсюда вопрос, откуда он взялся?
- Может быть из старых запасов. – Пожал плечами барон. – Мало ли сколько дряни натащили на Марлан с Земли.
- О мой друг, - Урук-Хан разразился довольным смехом. – Ты не знаешь эту систему, как знаю ее я. Сначала я тоже подумал, что это прошлая партия, однако вместе с караваном ехало несколько вельмож из королевства, которые несли всякую чушь. Будто бы есть место обетованное, которое грозит всем нам, при соответствующем количестве наличности. И наличность та не в рабах, или полуразваленном золоте Матеуша, а в драгоценных камнях, которые выбирают посланцы. С ними же ехала и касса, а воины, охранявшие ее, сражались так отчаянно, будто защищали собственное добро. Боюсь предположить, сколько пообещали этим наемникам за сохранность груза. Вот кстати, одна из его частей. – Рука Хана скользнула за пазуху и вдруг выпрямившись, с силой метнула в лицо Грецки, сверкнувший в лучах солнца, как отколовшийся его кусок, предмет.
Тот выставил ладонь вперед и с грацией кобры, метнувшейся к добыче, сомкнул пальцы на чем-то твердом и холодном, а когда разжал руку, на ладони его заиграл всеми красками этого мира, искусно ограненный алмаз небывалой величины. Размером он был с голову ягненка и отличался такой частотой и безупречностью, что барона перехватило дух.
- Не правда ли, забавная безделушка. – Слушал он издевательский хохот хозяина степи, который прорвался в его сознание колючим ветром сквозь неприкрытый полог шатра. – И такого там полный ящик.
Грецки с усилием воли оторвал взгляд от удивительного камня и разжав пальцы с каким-то садистским интересом пронаблюдал как осколок солнца упал на мягкий ковер, да так и застыл там, принятый в мягкие объятия ворса из верблюжьей шерсти.
- Я допросил этих бедолаг, - в голосе Урук-Хана скользнуло пренебрежение, - и все один в один голос твердят будто бы есть выход в лучший мир. Ты представляешь себе Грецки, есть, и он работает.
- Такого не может быть. – Покачал головой барон. – Я конечно слабо разбираюсь в механике этого дела, но точно помню, что командные модули «Ястреба» заблокировали все переходы.
- Все да не все. – Заговорщицки поделился «радушный хозяин», снизив голос до состояния полной конспирации. – Есть проход, и через него идет наркотрафик, а заодно и добровольная миграция. Находиться этот проход на побережье, и именно туда стремилась колонна. Наличие же наркотиков говорит, что проход не один, однако наемники у меня в тот момент очень быстро закончились, так что слухи о существовании двух врат я подтвердить не смог.
 
- Душегуб ты Урук-Хан, изверг. – Сокрушенно мотнул головой барон. – Кто же пленных так расходует?
Хозяин степей с наслаждением потянулся и обронил, как бы ненароком.
- Не успел я. Мои парни будто обезумели, когда увидели ящик с камнями. Пришлось рвать языки и резать уши направо и налево, пока их успокоил. Но не это главное. Перед тем как харкнуть кровь в последний раз, один из наемников все-таки выдал мне координаты пункта назначения, за что его уши теперь украшают попону моего коня. Информация на миллион.
- И что ты собираешься сделать?
- Пойти на перехват. Соберу свою дикую роту, и захвачу эти чертовы врата. Устрою себе путь для отступания если Сбирский с компанией облежаться и уйдут на тот свет, раньше, чем смогут снова запустить боевые станции на орбите. Однако покидать этот мир будет крайне сложно. Слишком уж прикипел я к нему, да и строить новую империю на Земле будет сложней чем на Марлане. И ты барон, не обольщайся, - Урук-Хан привстал на локти и его лицо исказила кривая ухмылка. – Отправишься со мной.
- Так дело не пойдет, - расстроился Грецки, убивший кучу времени на то чтобы примелькаться и заработать в лагере авторитет. У него уже и план побега был готов, и лошадь он присмотрел под стать себе, широкоспинную, коренастую и выносливую кобылу трехлетку. Барон дошел до того, что умудрился даже провизии подсобрать и захоронить ее, обвернутой ветошью, за дальним барханом, и тут такое заявление.
- Послушай, Грецки. – Хозяин степей вновь сверкнул непривычно белыми зубами, которые предательски выдавали в нем пришлого. – Неужели я не узнаю, что ты собираешься сделать ноги? Мы так не договаривались. Ты сам вызвался остаться здесь и дал обещание, что будешь находиться в лагере до приезда твоих союзников. И тут мне докладывают, что ты делаешь схрон с харчем в степи? Уж не побег ли — это готовиться, на минуту мелькнуло у меня в голове. – В голосе Урук-Хана послышалась издевка и тут же на суровом, обветренном лице барона заиграли желваки, а в глазах Грецки сверкнула ненависть. – Однако потом я решил, что барон, человек слова и никогда не нарушит данное им при всех обещание. – Смягчился степняк. И вот, я по-дружески, просто ради забавы, предлагаю моему приятелю, милейшему барону Ярошу Грецки, владетельному хозяину центральных баронств королевства, отважному воину и верному вассалу своего короля, своеобразную прогулку на побережье. Ну чем не отпуск.
- Ладно уж. – Грецки хмуро глянул на Урук-Хана, понимая, что все явки провалены, и только мотнул головой. – Поехали. Однако помни, что все затеянное тобой будет пустая трата времени, а явившись за мной мои друзья сильно расстроятся, когда не увидят нас на месте.
- А я тут лагерь оставлю. – Уже дружелюбно, и без тени иронии, пояснил Урку-Хан. – А в нем верного человека с запиской. Бумагу и чернила тебе принесут в палатку. Опиши им все как есть. Я не в обиде. И не затягивай. Выдвигаемся после полудня, как только спадет дневная жара.
- Ничего же не видно. Подвинься. – От удара в бок локтем, я вздрогнул и чуть было не выронил дорогущие архаичного вида окуляры, которые Ким именовал наградным биноклем.
- Не видно, - огрызнулся я на Серого, который ерзав в кустах рядом, - заведи себе собственную оптику.
- Я ее в степи потерял.
- И я потерял, так нашел же.
Итак, наш план развивался сам собой и осталось только занять удобное положение и ждать, пока события покатятся по накатанной дорожке. Ровно в договоренное время мы сбросили свой смердящий груз в отхожую яму, привязали конягу там же у импровизированной коновязи и дав трудяге воды и сена, как могли быстро, поспешили к штольне, около которой с минуты на минуту должна была начаться решающая, на мой взгляд игра. Если ожидания себя оправдывали, то очень скоро брелок с вторичным подтверждением капитанской личности окажется у нас в руках, и мы, победителями вернемся на «Ястреба», захватив по дороге Грецки и группу Зимина. Шансы у нас на успех были весьма неплохие. Один к трем. Так что настроение у меня было праздничное. Однако всю мою эйфорию портил Серый. Он пыхтел, кряхтел, жаловался на мошкару и вообще вел себя неподобающим образов, в канун такого исторического момента.