"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Покопавшись во внутреннем кармане, я вытянул на белый свет одну из карточек, переданных мне накануне Подольских, и она тут же исчезла в недрах плаща Грецки.
— Обед принесут вам в комнату, — кивнул он уходя. — Я распоряжусь. Да, не отлучайтесь до обеда из комнаты. К вам прибудет ментор. Он постарается дать вам азы языка в сжатой форме, необходимой на первое время. Языки наши похожи, так что, думаю, выучить марланский для вас не составит труда.
Мальчишки-лакеи схватили наши вещи и вприпрыжку понеслись вверх по широкой деревянной лестнице, щебеча и переговариваясь на своем растянуто-резком языке, и нам с Зиминым не оставалось ничего другого, как последовать за ними.
Комнату нам определили действительно знатную, правда одну на двоих, что немного меня смутило, но Славик отмахнулся и, не раздеваясь, рухнул на одну из широких кроватей, застеленных шкурами.
Резные спинки и ножки мебели, вычурная на вид конторка, испещренная искусной тонкой резьбой, и тяжелая стальная люстра на кованом крюке, ввинченном в толстенную деревянную балку под потолком. Не хватало только купидонов по углам кроватей да атласных перин.
Откинув край шкуры, я присел на кровать и начал стаскивать промокшие ботинки.
— Ну и погода, — хмыкнул Славик. — Чистой воды зима. Да, ты слышал, как они общаются? Это умора какая-то. Баринос акрил нигоцианта. Вот потеха.
— Потеха, не потеха. — Скинув наконец опостылевшую обувь, я растянулся на кровати во весь рост и прикрыл глаза.
Вроде бы и ясно все, однако, ни черта не ясно. Куча ошибок, куча недочетов человека, чей прямой доход зависит от их отсутствия. Да и почему, в конце концов, Подольских не смог разъяснить нам элементарные вещи? Та же погода. Вышли, рухнули в снег, принялись судорожно накидывать на себя теплые вещи и чуть не потеряли лицо перед офицерским составом и нашим встречающим, господином бароном. Тот же язык — что за спешка, отправлять в столь далекое путешествие двух представителей своей же конторы, не позаботившись выдать даже словарик основных терминов? Бред какой-то. Стоп, это не бред.
Чем больше я думал обо всем, тем более странной и поспешной начинала казаться вся наша экспедиция, мое назначение, карьерный взлет и полнейшее нежелание начальства освещать некоторые моменты.
— Славик, — тихо произнес я. — Похоже, нас подставили.
— С чего бы это? — Зимин удивленно уставился на меня со своей кровати.
— А с того, — пожал я плечами. — Чувство какое-то нехорошее. Раньше не понимал, что оно значить может, но чем глубже мы увязаем во всей этой истории, тем отчетливее и тревожнее оно становится.
— Конкретнее. — Славик свесил ноги с кровати.
— Недомолвок много, — пояснил я. — Взять ту же приемную дочку шефа. Вот что она тут делает?
— Куражится девка, — отмахнулся Зимин. — Хочется ей приключений, а что это, как не они? Кругосветное путешествие или экспедиция в дебри Амазонки по сравнению с этим так, легкая прогулка.
— Язык тот же, — не сдавался я, — ну ладно, мы с тобой прошляпили. Крыша у нас ехала от обещанных бонусов и весь мир тогда в разовом свете казался. Есть же люди, ответственные за подготовку, за инструктаж. Складывается впечатление, что нас просто выпнули сюда, и вертись как хочешь. Ну как, как, я тебя спрашиваю, вести торговые дела без знания языка оппонента. Ну, выучу я его, точнее основные термины из серии попросить воды или найти улицу, а остальное? Обычаи, устои, манера поведения. Откуда я все это возьму?
— Не гони волну, Митяй, — сморщился Славик. — Новые впечатления, шок, перемена климата. Да тебе сейчас даже чай с мятой покажется вселенским заговором. Предлагаю принять ванну и пообедать. На сытое пузо всяко веселее.
Вопреки обещанию барона, таинственная фигура под наименованием ментор появилась в нашем номере ближе к ночи. За это время мы успели принять ванну — надо отметить, что в этом обществе уже существовали центральное отопление и водопровод — и знатно отобедать крольчатиной в сухарях, запивая нежное мясо весьма недурным, на мой взгляд, пивом, принесенным одним из рыжих лакеев в большом ледяном кувшине откуда-то из погреба. Тепло потрескивающего поленьями камина, сытость и общая вялость наконец начали приносить свои результаты и, скроив из цветочного горшка вполне работоспособную пепельницу, мы дымили в потолок, растянувшись на шкурах, и предавались ленной неге. Иначе говоря, валяли дурака. Снег за окном ближе к ночи перерос в полноценную вьюгу, завывающую и бьющуюся в рамы, будто беснующийся дикий зверь, а мы вновь мечтали о будущем.
 
— Получу денег, — вздыхал Славик, — и автомобиль куплю. Никогда у меня машины не было, а теперь не просто старье на вторичке, а в автосалон пойду, как белый человек. Выберу там себе на вкус и цвет, куплю страховку и уеду на море.
— Это с твоим-то опытом вождения, — хохотнул я, наливая пиво из кувшина. — Тебе бы, друг ситный, без потерь вокруг квартала прокатиться, а он на море.
— Эх ты, а еще друг называется, — расстроился Зимин. — Нет, чтобы поддержать товарища, а он сразу мордой в косяки тыкать. Ладно я, а вот ты что со своей долей делать собираешься?
Я в задумчивости почесал щетину на подбородке. Если верить контракту и обещанию старика, куш мне светил немалый. Шутка ли, больше миллиона долларов. Сумма в моей голове не укладывалась. Нет, вы только не подумайте, что я её себе представить не мог. Очень даже мог. Способен был даже список детальный составить, на что можно потратить эту чертову гору дензнаков, но вот тот факт, что доллары были именно мои, точнее, когда-то будут в таком количестве, в голове моей не укладывался.
Спокойствие и тишину в номере разорвал настойчивый грубый стук в дверь.
— Явился, — поморщился я и, нехотя оставив удобное ложе, поплелся открывать дверь.
На пороге, закутанный в толстый серый плащ, стоял бледный седой старик. В цепких пальцах ментора, а то, что это был именно он, я почему-то не сомневался, имелся объемистый мешок, туго стянутый у горловины толстой пеньковой веревкой.
— Господа негоцианты, приветствую, — обронил поздний гость и, нисколько не смущаясь, втиснулся между мной и дверным косяком. — Я по поручению господина барона. Могу ли я войти?
— Да вы уж вошли, — ехидно заключил я, наблюдая, как ментор скидывает запорошенный снегом плащ на спинку стула. — Чем обязаны столь позднему визиту?
— Будем учиться говорить, — кивнул тот, не замечая проскользнувшего в моих словах сарказма. — Вам что удобнее? Практикую два способа. Первый из них долгий, нудный и требует большой практики. Бесплатный к тому же.
— А второй? — поинтересовался Зимин с кровати.
— Второй платный, — кивнул старик, развязывая веревку на мешке. — Простой, быстрый и почти безболезненный. Из побочных эффектов тошнота, головокружение, жидкий стул, но все это временно и не у всех.
— Выпить не желаете? — поинтересовался я у ночного гостя.
— Не откажусь. — Ментор засунул руку в мешок и вытащил на свет грубо сработанную шкатулку. — Камень знаний, — буднично сообщил он.
— Видите ли, господин… — Я замялся. Наглый и навязчивый незнакомец даже не потрудился представиться.
— Называйте меня ментор, — отмахнулся пришелец. — Имя мое вам ничего не даст, да и забивать голову такими пустяками господам негоциантам не следует. Найдутся дела и поважнее.
— Хорошо, господин ментор, — охотно согласился я. — Вы понимаете, мы люди не местные, и некоторые вещи, знакомые вам с детства, могут показаться для нас непонятными.
— Вы о способах? — заулыбался старик, выставив на обозрение голые десны. — Все просто. Первый способ заключается в изучении основных терминов и прочей дряни по определенной методике, его используют не столь обеспеченные люди, как вы. Второй же более эффективен. В основе способа стоит «камень знаний» — артефакт, способный вводить человека в транс. В состоянии особого транса человек способен усваивать информацию в колоссальных размерах. Выучить язык он, к примеру, способен за полтора часа, а то и меньше.